Уборщик

Демченко Антон Витальевич

некронома, ведомые моими "откровениями" заявляются на самое древнее кладбище

Лесных княжеств, и начинают призывать Тьму. Опять же по моим инструкциям.

– Извините, Сатх. А зачем она вам понадобилась?
– Тихо спросила Эль.

– Весточку братцу хотел передать. Что бы подстраховал "на льду".
– Объяснил

Сатх.

– Младшему?
– Зачем-то уточнил Рад.

– Ага.
– Кивнул тот.
– Кстати, я тут с ним поболтал, и выяснил, что вы уже

знакомы.

Это правда?

Ученики недоуменно переглянулись.

– Мраком его зовут.
– Подсказал Сатх, и заметив как вытянулись лица чаромутов, улыбнулся.
– Не соврал, негодяец! Точно знакомы.

– Ох-ре-неть.
– Прошептала Эль.

– Не надо.
– Моментально отреагировал Сатх.
– Я еще недоговорил.

– А тут и договаривать нечего.
– Вздохнул Турн.
– Вы устроили здесь тарарам, прекрасно зная, что Яру поручат наводить порядок. А уж о том, что бы все местные

мертвяки были уничтожены в прах, вы позаботились с помощью некронома. Где

еще взять сверхпослушных умертвий трехтысячелетнего возраста... Кто может

сказать?

– В королевских гробницах?
– Подала голос Мила. А в голове Эль вдруг зазвучал

голос Ярослава.

– "Ага. Так и представляю картинку. Подхожу это я к усыпальнице Краковских

королей, с ломиком на плече, мешком за спиной, и вежливо так прошу: Господа

стражники, у вас тут лишних косточек родоначальника позапрошлой династии не

завалялось?... Да и сохранность у них не ахти. А этот хитрец, к тому же, своими

жрецами, так уши мне прожужжал, за пять-то лет, что ой-ей-ей!".

– М-да.
– Отхихикав, произнесла Эль, и обратилась к Сатху.
– А тех колдунов вам

жалко не было?

– Жа-алко-о?
– Зло прищурился Сатх.
– Как ты думаешь, какие обряды они

отправляли? Учитывая все, что ты сейчас знаешь о моей недолгой "человеческой"

жизни, и то каким образом я стал призраком? Как я еще не почернел от их

жертвоприношений!

– Хм...м. Сатх, а вы разобрались в том, как вас угораздило влипнуть в эту

историю?
– Задумчиво произнес Турн.

– Еще не пытался. Правда, есть у меня кое-какие подозрения, что это была

грандиозная подстава!
– Вздохнул Падший.

– Ну-у. . Информации для анализа, конечно, маловато.
– Протянул Турн, и ехидно

улыбнулся напрягшемуся Сатху.
– Но то, что есть, указывает... подчеркиваю это все

только мои мысли... Так вот, все указывает на вашу большую и чистую любовь!

– Не понял.
– Почесал затылок Сатх.

– Слушайте.

Жила была красивая богиня по имени Ли. Малоизвестная богиня. И

племена ей в управление достались отсталые...
– Завел Турн, но, заметив удивление

на лицах слушателей, пояснил.
– Это вольный пересказ становления Пресветлой

Ликки, в моем изложении. Так вот. Как бы богине приобрести себе побольше

почитателей? Думала она, думала, и придумала. У соседнего племени

покровителем выступает забавный такой бог, по имени Эсс, вот с него она и решила

начать свое восхождение. Окрутила богиня Эсса, и заставила плясать под свою

дудку.

Сатх покраснел, но сдержался.

– Долго плясал бог. Предложенную Ликкой схему чудотворения наладил, что бы

верующие его не отвлекали от любови неземной. И тут Ликка делает второй шаг.

Является она жрецам Эсса, и от его имени приказывает поставить алтарь для

жертвоприношений... человеческих. Вы же помните, как тот жертвенник в храме

Эсса звался? Алтарь Предвестницы! Поставили. Еще бы! Предвестница-то

пообещала каждого жреца волшебником сделать. Сделала, запитала их частью

силы, что с кровью жертв ей уходила, под прикрытием культа Эсса. Но ведь такое

незамеченным не остается. Вот только наказывают того, кому храм поставлен.

Учуяв, куда ветер дует, Ликка вызывается покарать своего "любимого", который об

всем этом и слыхом пока не слыхивал. А дальше как по нотам. Богиня бросает

презренного Темного, хотя от человеческих жертв, сама не белее сажи. Тот уходит в

пьяный загул. Далее, вовремя подставленные "приятели", воплощение в

собственном племени, и Ликка наносит "coup de grasse". Эсса приносят в жертву

самому себе на ее алтаре. Ситуёвинка! Мощное проклятье полученной силой

поверженного бога. Жрецы кровавого культа живьем замурованы в полу храма.

Все. Тайна скрыта, использованный бог на свалке. А у Ликки целая куча

верующих, и титул Пресветлой.

По окончании рассказа, повисла тяжелая липкая тишина. Наконец, Сатх поднял

потемневшие от боли и гнева глаза на окруживших его смертных.

– Если это правда... Я возьму вас под свою руку. Если ложь...

– Правда, братец, правда чистейшая!
– Раздался ломкий басок откуда-то от могил, и на мгновение в реальности проявился уже знакомый чаромутам силуэт из тьмы.
–

Идем, Эссатх, мать давно ждет...

– Что ж.
– Вздохнул Сатх.
– Слово я держу. А сейчас, ребята, извините. Кажется, мне пора.

– Куда?
– Изумились чаромуты.

– Вы что думаете, вы одни учитесь? Знаете, сколько у меня хвостов