Ублюдок
Шрифт:
– Это еще не все! – прокричал Вэйю.
Подросток остановился и оглянулся.
– Решение старосты! – объявил Вэйю. – Это второй серьезнейший проступок, совершенный безродным Киро.
«Мразь! И тут не забыл унизить! – вспыхнула мысль в голове подростка».
– Посему, – продолжил Вэйю, – за третью такую провинность Киро должен быть наказан строжайшим образом. Изгнание из деревни. Без права вернуться! Приказ старосты Сияцо.
Киро равнодушно отвернулся и зашагал прочь.
На его спине появились новые украшения. Пять кровавых
***
Во сне – серая пелена. Утром – боль в быстро заживающей спине. Все-таки второй этап развития сказывается. Физическая и духовная сила растет. Как, впрочем, и регенерация.
Еще очень рано. Солнце не встало. До пробуждения деревни – все те же четыре часа. А значит тренировке быть.
Терпкий чай на бегу, быстрые сборы. Хмурое лицо дяди Шамира.
– Тебя что-то тревожит? – спросил Киро.
– Не знаю, – рассеяно ответил тот. – Неправильный вопрос. Скорее: кто-то тревожит.
– И кто же? – не унимался подросток.
– Тоже не знаю. Никак понять не могу. Просто чувствую. Будто прошлое по пятам идет… Ладно, собирайся давай и марш на тренировку.
Киро метнулся в подсобку, прихватил два копья. Себе и дяде. С недавних пор они начали тренироваться с реальным оружием.
Огороды, рисовое поле, тропа. Трава, мокрая от росы. Излюбленная поляна.
Вначале по традиции разминка. Дальше…
Вдалеке раздался низкий гул походных труб. Застучали барабаны. Всего десть секунд и все стихло. Однако Шамира было не узнать. Он моментально побледнел. В глазах разлился ужас. Плечи опустились, и статный мужчина вмиг превратился в дряхлого старика.
Киро опешил. Он не знал, что сказать. И лишь переводил взгляд с дяди на южный лес.
Звуки труб и барабанов больше не повторились. Шамир помотал головой, выходя из оцепенения. Обернулся к подростку.
– Дядя, что это было? – испуганно спросил Киро.
– Имперцы, – хрипло ответил Шамир.
– И что это значит?
– А это значит, Киро, что ты должен готовиться к бою! – ответил дядя и схватил подростка за плечи. – К настоящему, реальному бою. В котором ты можешь запросто погибнуть. Готовься… Совсем скоро они будут здесь!
Глава 6. Долги
Из леса выбежал дозорный.
Ужас в глазах. Бледное лицо. Сбившаяся в кучу маскировочная накидка. Драные штаны. Видимо, он мчался по лесу не скрываясь.
– Напали! Напали! – заголосил дозорный. – На нас напали!
– Мы слышали, – ответил дядя Шамир. Его голос был спокоен. Безэмоционален. – Походные трубы. Барабаны.
Дозорный остановился рядом. Закивал головой. В ужасе округлил глаза.
– Кто это, Шамир? – спросил он.
– Это тебя надо спросить, – ответил дядя. – Ты их видел? Успел разглядеть?
– Да, – выдохнул дозорный.
– И что ты успел увидеть?
– Лишь солдат. Человек двадцать. Все отлично вооружены, – затараторил дозорный. – А еще стяг.
– И что на нем
– Сокол и тигр, – растерянно ответил дозорный. – Я не знаю, что это.
– Ты и не должен знать, – задумчиво сказал дядя. – Эта эмблема впервые на нашем континенте.
Дозорный вздрогнул. Отшатнулся. Трясущимися руками вытер пот с лица.
– И кто они?
– Имперцы, – коротко ответил Шамир. – Захватчики с другого материка.
Дозорный отступил еще на шаг назад.
– Ну, чего уставился? – рявкнул на него дядя. – Беги в деревню. Предупреди старосту! Пусть уводит женщин и детей. И пришлет сюда всех воинов. Мы постараемся задержать захватчиков. Насколько сможем.
Дозорный кивнул и хотел, было, уже бежать, но остановился, спросил:
– Куда уводить людей? Что сказать Сияцо?
– Он знает куда, – ответил Шамир. – У него есть друзья. Они примут. На какое-то время.
Дозорный взвился и бросился в деревню
– Успеет? – тихо спросил Киро. Подросток прилагал все силы, чтобы голос не дрожал.
– До деревни не далеко, – ответил дядя. – Успеет. Главное, чтобы староста сделал все необходимое.
– Сомневаешься в нем? – спросил Киро.
– И да, и нет, – задумчиво протянул Шамир. – Только Боги знают, что у Сияцо на уме. Но будем надеяться.
Киро промолчал. Ему нечего было сказать. Да и не хотелось. Подростка внезапно затошнило. Захотелось развернуться и убежать. Далеко-далеко отсюда. Лишь бы не участвовать в схватке. Не убивать людей. К такому он не готов. Да и никогда не будет готов.
Лишить жизни. Забрать возможности, планы, надежды, радости и горести. Лишить всего. Как такое можно сделать? Какое он имеет право распоряжаться судьбами. Живых людей!
– Ты как? – спросил дядя Шамир. Видимо он заметил мертвенную бледность на лице подростка.
– Боюсь, – буркнул Киро. – И сомневаюсь.
– Это нормально, – серьезно сказал дядя. – Бояться и сомневаться – это в порядке вещей. Значит ты еще живой.
Киро не понял последних слов Шамира. Конечно он живой. Стоит на этом самом холме. Рядом. Четырнадцатилетний подросток, которому сегодня предстоит убить человека. Возможно не одного. Так каким он еще должен быть?! Или дядя имел ввиду что-то другое?
– Что мне нужно будет делать? – в голосе Киро все-таки проступила нервная дрожь.
– Бояться, – ответил Шамир. – Но действовать решительно. Всего один удар. Понимаешь? И тогда умрешь либо ты, либо твой враг. Выбирать тебе. Подумай над этим. И запомни. В любом случае кто-то умрет.
Подросток кивнул. Сегодня тут разгуляется смерть.
– Знаешь, – вдруг вкрадчиво сказал Шамир, и голос его почему-то прозвучал, словно гром среди ясного неба, – в бою держись ближе ко мне. Не отходи дальше, чем на три шага. Спиной к моей спине. Не нервничай и не суетись. Следи за дыханием. Обманывай врага. В этой схватки не будет чести, про которую я тебе говорил. Бой изначально нечестный.