Убийства в алфавитном порядке
Шрифт:
Отнюдь не в милиции заметили, что фамилии всех трех жертв недавних убийств начинаются на буквы, расположенные в алфавитной последовательности. Первым погиб Адамяк (буква «А»). Потом пришла очередь буквы «В», а теперь – «С». [4] Тот, кто впервые обратил на это внимание, пришел также к выводу, что следующей жертвой таинственного убийцы будет кто-то из тех, чья фамилия начинается на букву «D». А таких фамилий в Забегово хватало.
Это открытие подействовало на жителей городка как взрыв атомной бомбы. В комендатуру милиции обратился доктор Денбицкий, заведующий местной больницей, и
4
Фамилия «Червономейский» по-польски пишется с буквы «С».
Он был достаточно опытным сотрудником милиции, чтобы пренебречь паникой, которая возникла в городе. Поэтому он не отклонил предположение, что алфавитная последовательность фамилий убитых не случайна. По его распоряжению паспортный отдел подготовил список жителей Забегово, фамилии которых начинались на букву «D». В этом списке оказалось 23 человека. Места их жительства обозначили на большой карте города. Милицейские патрули день и ночь кружили по улицам, обращая особое внимание на пункты, отмеченные на карте голубыми флажками.
Были проведены доверительные беседы со всеми, кому грозила опасность. Их просили соблюдать максимальную осторожность и сообщать в милицию обо всем хоть сколько-нибудь подозрительном.
Воеводская комендатура, узнав об этих мерах, согласилась с ними. Там тоже не исключали, что все три убийства – такие вроде бы разные – совершил один человек, какой-то ненормальный, решивший омрачить смертью весь алфавит.
Естественно, всех жителей, фамилии которых начинались на «D», просили хранить тайну. Результатом было то, что уже на следующий день все Забегово трясло от разговоров. Каждый считал, что ему есть что сказать по этому поводу, и каждый хотел помочь милиции. В результате в комендатуру стали поступать сотни самых разных сведений. К сожалению, в них не содержалось ничего конкретного. Например, какой-то гражданин писал, что убийцей, совершенно точно, является Адам Ковальский, потому что когда Дорошевский шел по улице, то Ковальский очень внимательно смотрел на него и даже пошел в том же направлении. Нет сомнений, что следующей жертвой «вампира» будет Дорошевский, это же совершенно ясно, сама фамилия об этом говорит, а убийцей будет Адам Ковальский.
К огорчению милиции, такого рода сведения поступали во множестве. А ведь каждое сообщение необходимо было тщательно изучить и проверить (насколько это можно было сделать в условиях анонимности, ведь чаще всего сведения были анонимными), чтобы отыскать крупицу правды, которая могла помочь следствию.
Поэтому малочисленные кадры городской милиции раздваивались и растраивались, пытаясь справиться с вновь возникшими обязанностями и не игнорировать своих обычных повседневных дел. Служба движения выполняла конкретные задания, участковые следили за порядком, следственная группа была задействована почти постоянно.
Жизнь в городе и соседних гминах [5] текла своим привычным путем. Происходили несчастные случаи, драки, скандалы…
Майор Станислав Зайончковский вообще не выходил из здания комендатуры.
5
Административно-территориальная единица в Польше.
И тут в Забегово произошла очередная трагедия.
Снова гибнет человек
Хотя Забегово – самый маленький городок во всем Катовицком воеводстве, тем не менее он представляет собой важный железнодорожный узел и имеет большую товарную станцию. Город расположен в таком месте, где издревле перекрещивались торговые пути с востока на запад и с севера на юг. Через Забегово проходит товарная железнодорожная магистраль, по которой грузы из Силезии направляются во все концы страны и за границу. Железнодорожная станция в Забегово – самый крупный работодатель в городе.
Ночью 14 августа в квартире майора Зайончковского зазвонил телефон. Проснувшись и взяв трубку, Зайончковский, следуя профессиональной привычке, посмотрел на часы, лежащие на ночном столике. Было двадцать пять минут третьего.
В трубке послышался голос дежурящего по комендатуре капрала Вонсиковского.
– Звонил сержант Щигельский с железнодорожной станции, – докладывал капрал. – На железнодорожных путях нашли убитого.
– Кого? – Майор был полон наихудших опасений.
– Стрелочника. Его зовут Адам Делькот.
– Как он погиб?
– Застрелен из пистолета.
– Вызвать следственную группу. Пусть немедленно выезжает на станцию и приступает к фиксации следов. Я тоже сейчас там буду.
– Может, вам выслать патрульную машину?
– Нет, пусть она везет следственную группу. Так будет быстрее. Мне тут недалеко дойти до станции.
– Слушаюсь. – Капрал положил трубку. Майор быстро оделся.
«Адам Делькот, Адам Делькот… – думал он. – Ведь его фамилии не было в нашем списке. Этого человека не предупредили. Ну, дам я им…»
Через четверть часа Зайончковский слушал сообщение сержанта Анджея Щигельского, который вместе с сержантом Бытонем нес в эту ночь службу на железнодорожном вокзале.
– Ночь проходила спокойно, – докладывал старший сержант. – Нас ни разу не вызывали. Даже пьяных не было. В один час сорок семь минут в дежурку вбежал заместитель начальника станции, Стефан Менкош. Вы знаете его?
– Продолжайте.
– Слушаюсь. Гражданин Менкош был очень взволнован. Он сказал, что ему звонили с сортировочной горки – там на путях лежит убитый.
– Откуда звонили?
– С сортировочной горки, – пояснил сержант. – Это такая насыпь, с которой вагоны сами скатываются. Таким способом формируются составы товарных поездов.
– Понимаю. Не надо мне объяснять, что такое сортировочная горка. Продолжайте.
– Убит Адам Делькот, железнодорожник. Этой ночью он работал. Мы с Бытонем и гражданином Менкошем сразу отправились на место происшествия.
– Это далеко?
– Больше километра, гражданин майор.
– Продолжайте. – Майора раздражало то, что он должен вытягивать из сержанта слова.