Убийца
Шрифт:
– А причем тут мои волосы?
– Хм, ладно один ноль в твою пользу, - пошел я на поводу у девушки, помогая ей подняться.
Спарринг продолжился уже без взаимных подколок, прерываясь только на советы, когда кто-то из нас пропускал удар или замечал новый прием в исполнении противника и желал повторения для лучшей отработки и запоминания.
Как я понял, любое тейгу снимает с тела владельца все природные ограничения. Точнее позволяет с легкостью входить в форсированный режим. Вроде того, когда бабулька спасая собственных внуков, поднимает бетонную плиту. Я себе
А если брать, к примеру, ситуацию с тренировкой, как сейчас. То подпитка от катаны, по всем признакам, идет минимальная, и превосходство скорости Акаме так же мизерное. Зато именно такое мизерное превосходство позволяет ей сводить, на нет, все мои обманные финты. Но в то же время не сильно помогает в преодолении моей защиты, до первой ошибки конечно. Спарринг оказался крайне напряженным и полезным в плане обучения, для нас обоих. Ведь признаюсь мне довольно редко, если не никогда не приходилось сражаться с более быстрыми противниками.
Из-за нашего фактического равенства, удары сыпались обоим в равных пропорциях, ведь достаточно было малейший неточности, помарки или просто повестись на обманный финт как противник находил брешь. Безболезненными такие тычки назвать было никак нельзя, но мы с Акаме сильно увлеклись напряжением схватки и не обращали внимания на синяки и усталость, пока буквально не свалились от перенапряжения.
– Ты великолепна.
– Выдавил я, лежа на спине и кое-как скосив голову в сторону так же блаженно растянувшейся девушки.
– Ты гораздо лучше, я просто быстрее.
– Признала она очевидный факт.
– Ты этому научился в своей деревне?
Скользкий момент...
– Я больше нигде не был, но учитель у меня был замечательный из военных, - сказал я и с гордостью и легкой толикой самодовольства добавил.
– А еще, он всегда называл меня гением. И утверждал, что, такие как я, рождаются раз в сто лет! Вот так!
– А тебя в империи научили так сражаться, ты говорила что служила...
– Не надо, я сейчас не хочу это вспоминать.
– Попросила девушка, уходя от расспросов о прошлом.
Не хочет и не надо, я не спешу, познакомимся поближе и расскажет, что привело ее к этим борцам за справедливость.
– Уже вечер, надо возвращаться.
– Предложила Акаме.
– Ага, только бы вот встать...
– Помоги...
В итоге мы как два алкаша, держа друг друга за плечи, и помогая переставлять ноги, добрели до озера, избавились от лишней одежды и в обнимку нырнули в прохладную
Во время купанья, я хоть и обнимал стройную малышку, но никаких мыслей виду крайней усталости у меня не возникло. Зато после купанья мы, натянув на мокрое тело одежду, почти нормально смогли добраться до базы.
Пожелав Акаме спокойной ночи, покряхтывая от начинающих возвращаться болезненных ощущений, я кое-как, доплелся до комнаты и блаженно растекся на стуле. Чуть повозился, и, расстегнув пояс с оружием, забросил его на стол, вслед за ним в дальний угол полетели и сапоги. Все теперь ничто не мешает релаксировать. Акаме хороша, очень хороша, до сих пор все тело ломит от ее ударов, ей не меньше досталось, но все же...
Легкое дуновение воздуха, принесшее с собой тонкий, едва уловимый аромат винограда, отвлекло меня от воспоминаний о недавнем спарринге. Легкие шаги, даже не слышимые, а скорее чувствующиеся по вибрации пола приблизились ко мне. А затем на плечи опустились ухоженные девичьи ручки, провели отточенными ноготками по шее и щеке, чуть задержавшись на мочке уха.
– Мррр...
– Услышал я приглушенно урчание и почувствовал, как мою щеку обожгло горячее дыхание.
Ручки заскользили по шее и вернулись на плечи, начав их сжимать и отпускать - на манер большой кошки, решившей поточить коготки. Хотя это и была большая кошка, к счастью пока она точила именно ноготки, и я расслабился еще больше, позволяя Львенку продолжить свою игру.
Удивительно сильные и умелые пальчики вдумчиво прошлись плечам и предплечьям, поднялись по шее, зарывшись мне в волосы, ласково оглаживая голову. Вновь гибкими змейками вернулись к шее, уделив ей внимание, после чего скользнули под еще мгновенье назад застегнутую рубашку, гладя меня по груди, а на голову навалилось что-то волнующе-упругое и нежное, я практически утонул в этих соблазнительных полушариях. Тихо блаженствуя от своеобразного массажа, я благодарно замурчал.
– Муррр....
– Мррр...
– Откликнулась Леоне.
Обогнув кресло, она легким движением смахнула со стола мой пояс с оружием, освобождая место под свою роскошную попку, не замедлив усесться этим упругим роскошеством на отвоеванный стол. Чуть дернула плечами, позволяя халату распахнуться и демонстрируя и верхнюю половину своих роскошеств. Откинувшись назад, выгибая спинку и демонстрируя все великолепие своей груди, Леоне дотянулась до моего бедра своей ножкой, коснулась, легонько поглаживая, и подбираясь чуть выше.
– Устал? После Акаме у тебя уже не осталось сил на свою кошечку?
– низким, грудным и чуть игривым голосом осведомилась она, продолжая массажировать мой пах своей ножкой.
– Остались...
– Радостно определила она, по недвусмысленной реакции моего тела.
У меня только от такого призывного голоса вмиг испарилась вся усталость. Перехватив рукой шаловливую ножку, я притянул ее к лицу и стал целовать пальчик за пальчиком, щекоча ненасытным языком нежную ступню...
– Мррр...
– томно заявила на это девушка.