Убийца магов

Носов Никита Сергеевич

Быстро объяснив о себе, система хотела было начать типичный расспрос еще одной умирающей души, как в их разговор вмешалось нечто.

Это нечто заволокло небольшой пеленой белый свет в зрении Вити и чем-то взбудоражило систему. Ну а на цвет это нечто было слегка фиолетоватым. При чем настолько слегка, что если бы система не встрепенулась, то Вит... нет, душа, не заметила бы.

В следующий момент бывшего Витю понесло в сторону, вызывая неприятное чувство укачивания, хотя неясно как он это ощущал.

Спустя некоторое время, которое не смогла

прочувствовать душа, они с фиолетовой дымкой окунулись в некий туннель.

Это было последнее событие, которое увидела душа перед тьмой.

Но события продолжались дальше, не собираясь останавливаться и дожидаться восстановления сознания одной душонки. Фиолетово-белый ком скатывался в атмосферу с орбиты, проходя через озоновый слой без сопротивления и падая аккурат на окраину одного большого континента.

И вот, опускаясь ниже и ниже, небольшой фиолетовый шар вышел из белого и отправился ближе к центру материка, оставляя свободное падение душе, бывшей Витей.

Через пару мгновений белый шар таки достиг земли и, проломив слабую соломенную крышу, что указывала на теплый климат, попал прямо в младенца, что на вид был уже синим и не дышал.

Бабка-повитуха уже констатировала смерть младенца и хотела сказать об этом родителям чада, как вдруг оно издало громкий плач, что до смерти напугало её. На её практике ещё мало детей оживало после обвития шеи пуповиной.

– Что там?
– Раздался обеспокоенный возглас мужчины, что наверняка был отцом этого ребенка.

Это немного вывело бабку из ступора и та начала обрабатывать новорожденного, что чуть менее минуты был мертв.

– Эко тебе вопрошать, лучше мать уважь, она тебе очень крепкого сыночка подарила.
– Громко сказала старая женщина, голос которой пытался казаться ровным от нахлынувшей радости.

Малыш же ревел не переставая, так как его голова пыталась вместить все воспоминания души, что попала в неё, из-за чего боль, которую это и породило, становилась нестерпимой для столь маленького организма.

– Ну-ну, пошли к мамочке.
– Проговорила бабка, запеленав его.

Тем временем душа уже полностью вошла в сосуд и теперь была заперта в этом теле младенца. Сознание проснулось, и начало было осматривать окружение, как столкнулось с проблемой. Сейчас его взгляд не фокусировался, и вообще, в место мира он видел (он вообще видел вместо мира) непонятную кашу, которая постоянно двигается.

Словом, он появился в клетке из плоти, которой даже управлять не может.

Его аккуратно пронесли в другую комнату, которая кардинально отличалась по освещенности (кардинально). Если в прошлой был полумрак, который рассеивался одной свечой, то тут же яркие лучи солнца били ему в глаза, вызывая их рефлекторное закрытие (оных).

Душа же все не могла прийти в себя, и постоянно задавала вопросы, на которые ему суждено узнать ответы не очень скоро.

– Дайте ему поесть.
– С улыбкой сказала старушка, передавая маленькое тельце порозовевшего кричащего ребенка его матери.

Молодая девушка

с черными водопадами волос мигом аккуратно подхватила обёртку, в которой был её младенец, и приложила к обнаженной груди, что уже была подготовлена для младенца.

Новоявленный отец же подозрительно смотрел на присосавшегося сына, пытаясь бороться со своими посторонними на данный момент мыслями. У его сына не было оболочки.

Этот, полностью определяющий путь в жизни, фактор мог раскрыться как сразу после рождения, так и в течение первых пяти лет. Даже существовало поверье, что чем раньше ребенок получит свою магическую оболочку, тем могущественнее он будет в плане магии.

В природе существовало множество видов, которые обходились без неё, но их приспособления сопутствовали жесткости и неприязненности окружающего мира, давая им гигантские плюсы.

Вот только люди не имели таких приспособлений, как твердая и толстая шкура или абсолютная сила челюстей, что делало их самыми слабыми даже среди сородичей. Так же ухудшало их положение то, что другие разумные расы не имели таких "слабых звеньев" в своем роду и все могли спокойно использовать всю доступную магию.

Даже тупые тролли умели дышать магическим огнем, делая их еще более опасными.

– Как назовешь?
– Спросил папа малыша.

Все же имя могла дать только настоящая мама ребенка по целому ряду причин. Во-первых это было закреплено исторический, во-вторых суеверия гласили, что в любом другом случае ребенок может быть отвергнуть богами или идолами, тем самым не получив оболочку. Ну и в-третьих множество женщин являлись великими волшебницами, из-за чего общество порицало участие мужа в выборе имен, ибо это считалось недостойным для них.

– Каргадель.
– Сказал мама, ласково смотря на пушок, что покрывал голову её сына.

В свою же очередь душа, что была в младенце, поддалась телу и теперь мирно и в унисон сосала грудь матери, впитывая в себя как можно больше сил с молоком. Ураган эмоций и вопросов утих, словно тропический дождь в экзотической стране.

Но как только малышу исполнилось два года, случилось страшное.

– ЭТО НЕ МОЙ СЫН!
– Орал отец, что сорвался из-за своих навязчивых идей.
– ШЛЮХА!

В течение этих двух лет он каждый день "грыз" себя за то, что его сын не получил оболочку. Как-никак он является хоть и низшим, но дворянином, который, по поверьям, носит кровь тех, кто получил благословление от самих богов, что снизошли до смертных.

Мама Каргаделя, Артель, сидела и плакала, закрыв уши, дабы не слышать такие слова от того, кого безумно любила.

Мальчик же сидел в своём деревянном стуле и беспокойно смотрел на отца и мать. Душ... Нет, Каргадель уже давно понял что тут да как, и не хотел усугублять положение своим ревом. Если в обычной ситуации это бы помогло, то тут все может дойти до рукоприкладства.

Отец быстро прошелся к столу и начал что-то писать на пергаменте, который то и дело рвался в разных местах от давления на перо.