Убийца Гора
Шрифт:
— Шевелитесь! — крикнул человек с клеймом касты воров, и люди из обслуживающего персонала дома Кернуса тут же растянулись цепочкой, по которой с борта корабля к ним начали поступать различные ящики и коробки, быстро складываемые ими в транспортировочные корзины. Один лишь я не принимал участия в этой работе. Однако внимательно наблюдал за её ходом. К своему величайшему удивлению, я заметил, что надписи на большинстве выгружаемых коробок сделаны на различных земных языках. Я узнал английский, французский, немецкий, нечто напоминающее арабскую вязь и то ли японские, то ли китайские иероглифы. У меня, однако,
— Что это? — поинтересовался один из охранников.
— Арбалет, — ответил ему человек с клеймом на виске. — Он стреляет крохотными свинцовыми зернами.
Охранник посмотрел на него с явным недоверием.
— А где же лук и тетива? — спросил он.
— Здесь, в самом арбалете, — нетерпеливо пояснил человек. — Внутри этого патрона находится порох. Он горит. Если его поджечь прямо там, в самом арбалете, он вспыхнет и будет толкать свинцовое зернышко, и оно вылетит из ствола.
— Вот это да! — удивился охранник.
Человек с клеймом рассмеялся и продолжил принимать из глубин корабля новые ящики.
— Это наверняка запрещенное оружие, — заметил охранник.
— Для Царствующих Жрецов нет ничего запрещенного, — ответил человек с клеймом.
Охранник пожал плечами, взял винтовку — или арбалет, которым он его считал, — и, повертев его в руках, выискивая знакомые ему части оружия, отнес её в корзину.
— Ого! — с восхищением воскликнул один из тарнсменов, увидев, как человек с клеймом достает из корабля крупный слиток золота.
Да, такой груз находящиеся на этой площадке люди способны оценить. Золота оказалось много, слитков сорок, не меньше, и все они были аккуратно распределены и загружены в четыре остававшиеся наполовину пустыми транспортировочные корзины. По моим предположениям, золото было с Земли. Именно с его помощью дому Кернуса удалось приобрести столь значительное влияние в административных кругах города, именно на эти средства устраивались многочисленные празднества, игрища и соревнования.
— Сколько рабов? — спросил охранник.
— Десять, — ответил человек с клеймом.
Тут я увидел, как из недр корабля один за другим появились десять цилиндрических контейнеров, сделанных, очевидно, из какого-то прозрачного пластика. Каждый из них был герметически запаян и имел по два небольших отверстия, к которым, как я догадался, во время полета присоединялись шланги для подачи дыхательной смеси с какими-то усыпляющими добавками и отвода из цилиндра углекислого газа. Сейчас отверстия были открыты, позволяя воздуху свободно проникать в цилиндр. В каждый из них была помещена красивая, полностью обнаженная девушка в бессознательном состоянии. На левой лодыжке каждой из пленниц виднелась стальная лента с надписью. Все они, несомненно, были похищены с Земли и доставлены на Гор в качестве рабынь.
После того как верхние части всех цилиндров открыли,
— Теперь они проспят по крайней мере часа два, — сказал человек с клеймом.
Один из охранников криво усмехнулся.
— Зато проснутся уже в кандалах.
Остальные поддержали его дружным хохотом. Человек с клеймом вернулся на корабль, и боковая панель за ним закрылась. При этом не было вручено ни счетов, ни расписок на получение груза, ни документов, его сопровождающих, что является общепринятым при проведении законной сделки. Однако в данном случае соблюдение подобных условностей считалось вовсе не обязательным и, вероятно, нежелательным В отношениях этих людей гарантом выполнения взятых на себя обязательств была их жизнь.
Девушек поместили в корзины, уложили их на пол лицом вниз, и погонщики тарнов крепко связали им руки и лодыжки. Затем, поскольку их транспортировочные корзины не имели натянутой поверх бортов сетки, девушек связали попарно, одну головой к ногам другой. Подобный метод всегда применяется при перевозке рабов в открытых корзинах для того, чтобы они в порыве отчаяния не могли выброситься из корзин. Однако в данном случае эти меры предосторожности были явно излишними, поскольку девушки, одурманенные наркотиком, спали беспробудным сном.
И все же люди, сопровождавшие их, были профессиональными работорговцами, не привыкшими полагаться на волю случая и подвергать свой товар малейшему возможному риску. У меня лично тоже не было полной уверенности, что утренний холод не пробудит девушек ото сна и они не сделают попытки выброситься за борт корзины. Элизабет, как я слышал, во время перевозки из дома Кларка транспортировали в закрытой, сплетенной из толстых ветвей корзине, больше похожей на клетку. Такой метод более распространен. В корзину вдоль её длинной стороны помещают двух девушек со стянутыми за спиной руками и привязывают их запястья и лодыжки к проходящему в центре корзины по всей её длине толстому деревянному брусу. В качестве дополнительных мер предосторожности им набрасывают на шею петлю, концы которой затягивают на деревянном брусе.
Следует упомянуть, что рабы на Горе редко выходят на свободу. У них практически полностью отсутствует возможность побега. Они действительно лишены каких бы то ни было прав и остаются рабами до конца жизни, разве что по какой-либо счастливой случайности их владелец, не найдя им лучшего применения либо желая доставить себе удовольствие весьма необычным по горианским меркам способом, сам дарует им свободу. Так что этим девушкам с Земли остается только посочувствовать. Жизнь их теперь легкой не назовешь. А ведь Элизабет Кардуэл, напомнил я себе, тоже уроженка Земли. Возможно, некогда и её, так же как и этих, сегодняшних, доставили на Гор на черном корабле работорговцев.