Убийца чародеев
Шрифт:
Гримуар показал, что осталось еще три с половиной километра. Поднявшись, я вытер краем майки кровь, выступившую на разодранном от падения локте. Соберись, сегодня нужно обязательно выполнить все задания.
Я закончил, когда закатное солнце уже начало теряться среди пушистых еловых лап. Шагая через лес, я думал только про то, что нельзя останавливаться, пока не дойду до столовой. Иначе, просто усну на месте.
Поздравляем, сегодняшняя тренировка полностью выполнена. Следующая тренировка назначена через сутки. Добавлен новый элемент к тренировке удара Стального
Живая мишень – нанести сто ударов Стального дракона по живой цели. Эквивалентно десяти тысячам ударов стандартной тренировки.
Ого, гримуар посчитал, что мне пора переходить к настоящим противникам. Я не был в этом уверен, но руки чесались попробовать.
Я ухмыльнулся, прикинув подходящую цель. Четвертый уровень. Медленные, неуклюжие, просто идеальная цель для отработки ударов.
Завтра идем охотиться на мертвецов.
Духовные кристаллы
Я ерзал на стуле, пытаясь поудобнее устроиться за партой. Все ученики сидели по одному, разделенные метром свободного пространства. На каждой парте лежала стопка листов, ручка и маленькая линза, забранная в круглую медную оправу и напоминающая монокль.
Сидя за спинами остальных, я смог немного расслабиться, спасенный от откровенно неприязненных взглядов однокашников. Диана сидела по правую руку от меня, увлеченно вертя в руках линзу.
Я раздраженно посмотрел на сухонькую старушку, с одуванчиком седых волос, склонившуюся над учительским столом. Анализ показал, что она никудышный маг, всего триста боевых очков. Пышное бледно–розовое платье, украшенное неисчислимым количеством бантиков, рюшек и оборок, придавало ей вид давно перезрелой кокетки. Подозреваю, что она попросту заснула, рухлядь магическая. Наконец, губы старухи очерченные вульгарно красной помадой издали покашливание.
– Меня зовут Белинда Францовна, я буду заменять вашу погибшую учительницу, - сказала она и жеманно захихикала.
Есть тип людей, который вызывает желание их убить, едва они раскроют рот. Белинда же принадлежала к другому типу, ты наоборот хочешь убить себя, чтобы избавиться от всепоглощающего чувства стыда. Лучше бы пошел с самого утра на мертвяков охотиться.
– Меня уведомили, что в классе для благородных особ, теперь обучается Сорняк. Это правда? – спросила старуху и махнула руками, словно сама не верила в эту околесицу.
– Сидит в конце, рядом с калекой, - сказала Роза, та самая, кто удостоил меня плевком в лицо. – Разве вы не чувствуете, какая от них стоит вонь?
– Успокойся, дитя, - сказала Белинда. – Я считаю, что это просто недоразумение, и в скором времени, мы их не увидим. А пока стоит относиться к ним, как и подобает аристократам – просто не обращайте внимания. У нас сегодня сразу две темы. Первая это феномен Сорняков, вторая – духовный кристалл.
Вот же старая кошелка, чтобы тебя моль поела. Сейчас польется целый ушат дерьма, обольют меня с головой. Но Белинда вместо лекции углубилась в журнал, водя по страницам желтыми пальцами и сильно щурясь.
– Диана Мизина, просветите нас, кто же такие сорняки, - обрадованно сказала Белинда, углядев нужную фамилию. – Думаю, что ученице с высшими баллами на письменном экзамене это под силу.
Ого,
– Сорняками называют магов, не родившихся в семьях домена и не получивших соответствующего воспитания. – начинает девушка, покосившись на меня. – В редких случаях потомки обычных людей приобретают способность управлять маной и передвигаться по уровням. Долгое время считалось, что Сорняки опасны и подлежат уничтожению.
– А почему Сорняки опасны? – перебила ее Белинда.
– Не умея управлять своей силой, они чаще всего сходят с ума и превращаются в одичавших. – ответила Диана. – Эти существа очень опасны и стремятся атаковать и поглотить любой источник маны. Но при должном обучении, они становятся такими же магами, как и все остальные.
Не встреть я учителя, такая же судьба ждала и меня. Одичавшие выслеживают и нападают на магов, предпочитая детей, которых легче убить. В каждой семье аристократов есть жертва одичавших, отсюда и растет ненависть к Сорнякам.
– Достаточно! – внезапно выкрикнула старуха, приподнимаясь над столом. – В будущем не отклоняйтесь от темы, я вас не спрашивала, как обучать сорняков. Начинаем новую тему. Разбейтесь по парам.
Естественно, что я оказался в паре с искривленышем. Мы придвинули парты и взяли в руки линзы, как велела Белинда.
– Духовный кристалл является центральным органом любого мага. – начала старушенция. – С его помощью накапливается мана и осуществляется основные механизмы управления заклинаниями. При смерти носителя кристалл превращается в жидкость и испаряются, его невозможно извлечь и провести необходимые эксперименты.
– А как же Архонты? – подняла руку Диана. – Известно, что при воздействии чистой маны можно достать духовный кристалл.
– И что дальше? – отмахнулась Белинда. – Да, он будет существовать, пока находится в оболочке из маны Архонта, но степень необходимой концентрации маны попросту уничтожит любой инструмент. А теперь, можно мне вернуться к теме, госпожа выскочка?
Диана покраснела и уткнулась в парту, словно найдя чистые листы бумаги невероятно интересным чтивом.
– Теперь возьмите линзы и наведите на грудь партнера, ровно на сердце, - продолжила Белинда. – При рождении кристалл совсем маленький, порядка двух миллиметров, но увеличивается с ростом организма. Наиболее распространенная форма это октаэдр. У Архонтов, про которых нам так любезно напомнили - гексоктаэдр.
Я навел линзу на грудь уже оправившейся Даины. В небольшой линзе не видно ничего, кроме расплывающегося красного пятна. Я поводил рукой, калибрую изображение и, увидел небольшой кристалл темно-вишневого цвета.
– Цвет кристалла очень важный показатель, - сказала старуха. – Откройте книгу на странице сорок и найдите в таблице цвет кристалла вашего партнера. Для магов нормальны любые цвета, кроме черного. Черный это цвет отродий, в битве с которыми погибали наши семьи.
Я отложил линзу и пролистал книгу, отыскивая страницу. Был представлен почти весь цветовой спектр, и я потерялся, пока отыскал нужный оттенок. Даже пришлось снова смотреть в линзу.