Убийца Богов

Француз Михаил

— Ты прав. Мне этого не понять. Неэффективно. Глупо…

— Тогда просто поверь мне и закидывай дальше, — пожал я плечами. — Рыбалка должна продолжаться!

Глава 4

Незаметно подкралась осень. На улице стало холодать. Не то, что бы это было критично, но и приятного в этом мало. Очень мало. Я бы сказал, что это ужас, как неприятно!!!

Я не люблю холод. Я это понял окончательно, когда не смог уснуть в течение всей ночи от того, что зуб на зуб не попадал. А по моим прикидкам

в этой местности всего лишь конец августа, ну, максимум, начало сентября.

Пришлось озаботиться нормальной печью, запасом дров, нормальной теплой одеждой — всем тем, о чем мало задумываешься летом. Как и о том, что я зимой буду есть.

Тут уж пришлось забыть о забавах типа «достань дракона», которые прочно вошли в привычку. Я с гордостью могу записать себе в актив не только памятную «рыбалку», но и «городки» с драконом (правда сбивать пришлось разные мишени, я — обычного размера, Рене — драконьего, да и битки были у нас… масштабированные), «чемпионат по шашкам» с драконом, «крестики-нолики» с драконом, «боулинг» с драконом, «охоту» с драконом, «подводную охоту» с драконом, «шашлыки» с драконом…

Когда наступит зима, я совершенно серьезно планирую Рене еще и на «лыжи» поставить. Правда, мечта увидеть дракона на велосипеде, скорее всего так мечтой и останется — не потяну я велосипед нужного размера… а жаль.

Но холода заставили временно отставить свои затеи в сторону. Более неотложные дела требовали моего внимания.

С печью я провозился две недели: пока нашел глину, пока приловчился с ней работать, пока подобрал нужные камни, пока сложил их требуемым образом… Возни было много.

Потом пришла очередь одежды: открылся сезон охоты на хищников и крупно-рогатую живность, такую, как олени, лоси, вепри…

Но, охота — полдела. Выделка шкур — вот задача, потребовавшая сил больше, чем выдалбливание пещеры. Ведь шкуру надо снять, выскоблить от лишних пленок, обезжирить, вымочить в специальном дубильном растворе, раскроить и сшить.

Хорошо, что я не поленился, еще будучи наемником в замке Руан, и потратил время на то, чтобы научиться выделывать шкуры у местных мастеров. Причем я с мазохистическим упорством вызнавал, как именно и из чего добываются все необходимые для процесса вещества. Уж очень памятны мне были те «шорты» в которых я бродил по просторам зоны отчуждения Стены.

Так что задача была у меня хоть и трудоемкая, но выполнимая.

Хорошо, что хоть с утилизацией мяса проблем не было — целый дракон под боком (которому шашлыки, кстати, понравились). А то бы меня совесть загрызла — ведь забивать на шкуры мне пришлось столько животных, сколько я и за год не съел бы.

С задачей я справился — одежда и постель с одеялами у меня появились. В процессе, пока шкуры высоливылись и когда они после дубления сохли, я занимался сбором грибов и орехов, поскольку прекрасно понимал, что одно лишь мясо за целую зиму мне настаеб… опротивеет настолько, что я рискую вовсе вегеторианцем стать.

А так, хоть какое-то разнообразие будет.

Дрова… Та еще задачка.

Ведь из железа у меня только нож Дара. А его жалко. Наломать деревьев-то не долго. Как и натащить их. Но вот как сделать из них полноценные дрова? Никак.

Я просто не смог придумать такого способа. Пришлось ограничиться именно ломкой и укладкой чем-то навроде поленницы не слишком толстых сучьев. С другой стороны — целый огромный лес рядом.

Так что собрал я много.

За всеми этими делами, я и не заметил, как выпал снег.

Оказалось, что драконы — «птицы» перелетные. С первыми серьезными морозами Рене замуровал свою пещеру, сделал мне крылом и смылся… падла. А я ведь так его хотел увидеть на лыжах. Эх…

* * *

Зима тянулась. Она казалась просто бесконечной. И скучной.

Спасали лишь тренировки, которые я возобновил. Да и то, какие тут тренировки? Бег, фри-трейс, отработка ударов и ката… Собственно и все, что я смог изобразить в имеющихся условиях.

Единственно, я разнообразил места, в которых занимался: бег под водой и бег с горы либо на гору, это совсем разный бег. Собственно, как и отработка ката — на дне замерзшего озера или на высоком скальном плато. То же и с медитациями.

Долгими же зимними вечерами я занимался резьбой, шитьем, даже наскальной росписью. Красок конечно у меня не было, но царапать по камню другим камнем, по-тверже, я мог.

Зима тянулась… Тяжелые мысли о недавнем прошлом иногда возвращались и накатывали с такой силой, что усидеть на месте было решительно невозможно. Тогда я вставал и бежал. Просто куда глаза глядят, без цели, без дороги. Ночью или днем. Просто бежал на пределе сил. Стараясь хоть капельку заступить за этот предел. Только так можно было не думать. Только так можно было не вспоминать.

Иногда такие забеги длились неделями.

* * *

Но заканчивается рано или поздно все. И хорошее и плохое. В конце концов морозы пошли на спад, солнце на небосклоне стало задерживаться дольше. А потом и ручьи начали звенеть восславляя весну.

Я снова начал гулять по лесу. Именно гулять, а не выбираться на охоту, тренировку, либо вообще нестись сломя голову, не разбирая дороги.

Постепенно сошел весь снег. Набухли и распустились почки, отцвели цветы, вымахала и заколосилась трава. Весна грозила вот-вот переплавиться в лето.

Я выполнял ката на козырьке перед замурованным логовом дракона. Это была сорок восьмая форма ушу. Тайцзи Цуань — стиль медленный и плавный. Его еще иногда называют медитацией в движении за то, что выполняется форма от начала и до конца не прерываясь, не останавливаясь, не отвлекаясь от того, что делаешь «пусть даже рядом с вами дракон пролетит».

И дракон пролетел. Рене не смог найти лучшего времени для возвращения, как прямо посреди выполнения мной этой формы.

И я выполнил принцип «пусть даже…». Я не отвлекся на него. Я продолжил медленно, плавно и максимально сосредоточенно выполнять движения.