Убить Змея

Вайнин Валерий

Чтобы не заплакать, Даша закусила губу.

— А можно, я попробую? — спросила она после молчания.

— Ты уже пробовала.

— Ну еще разок. Можно?

— Валяй. Если уж тебе так приспичило.

Даша резко махнула рукой, потом — другой, целя Глебу в физиономию. Разумеется, оба раза она ударила лишь воздух. И, как обычно, движение Глеба неуловимо было для глаз: казалось, он просто продолжает стоять, заложив руки за спину.

Даша обернулась к Илье:

— Видел?

Илья заерзал на диване.

— Лосева, у меня сейчас крыша поедет…

— Попридержи

ее, Гольдберг: она еще всем нам очень пригодится! — отчеканила Даша и вновь посмотрела на Глеба. — Ладно, Мангуст. Теперь ответь: почему ты отдал Сашу и Таню Колесниковых на растерзание бандитам?

Брови Глеба взлетели вверх, глаза будто увеличились.

— Что ты городишь? Я недавно от них и…

— Так ты у них был?! — закричала Даша. — Был да сплыл! А эта сволочь к ним вломилась, и никто не защитил! Они все мертвы!

Глеб стал белее полотна.

— Нет, — замотал он головой, — этого быть не может.

Из Дашиных глаз наконец покатились слезы.

— Знаешь, что они с ними сделали?! — продолжала кричать она. — С Танькой, Сашей, бабушкой?! Тебе рассказать?! Хочешь подробностей?!

— Нет! — закричал Глеб. — Нет! Нет!

Даша сделала к нему шаг и каждой рукой, по очереди, хлестнула его по искаженному болью лицу. Пощечины прозвучали как выстрелы. Даша обернулась к Илье:

— А теперь видел? Ниндзя его не коснется, пуля в него не попадет… — Дашу сотрясали рыдания. — Илюшка, я… я никому… слышишь… угробить его не дам…

Раскачиваясь на диване, Илья обхватил руками голову.

— Боже мой!.. Боже мой!..

Между тем Глеб, на щеках которого багровели две Дашиных пятерни, вдруг тихо рассмеялся.

Перестав рыдать, Даша воззрилась на него в изумлении неописуемом.

— Как?.. И ты меня не прибьешь?

Следы от пощечин на лице Глеба рассосались.

— За что, родная? — вздохнул он. — За то, что ты своей жестокой выдумкой преподала мне урок?.. Спасибо, впредь буду умней. Не понимаю только, зачем надо было для этого ходить в библиотеку.

Слезы вновь потекли по щекам Даши.

— Фантастика! Он говорит мне «спасибо»!.. О'кей! Надеюсь, всё остальное пройдет легче. Сядь-ка на диван рядом с Ильей.

Глеб сел.

— Что еще ты приготовила? — усмехнулся он.

— Ничего хорошего, — буркнул Илья. Даша нервно прошлась по комнате.

— Вы уже определили верхушку змеиной Пирамиды? — спросила она.

Илья достал из кармана блокнот, раскрыл на нужной странице и протянул ей.

— Смотри сама.

Даша внимательно изучила начерченную в блокноте схему. Вверху странички — Змей (Хуан Родригес, президент фонда). От него две стрелки вниз: «глаза Змея» (директор школы Иван Зотов и сенатор Рой Колмен). От каждого «глаза» — еще две стрелки вниз: «клыки Змея» (Виталий Лосев, Марья Шлыкова, Элен Вилье и Сато Абэ). Даша вернула блокнот Илье.

— Двоих не знаю, — сказала она. И Глеб объяснил:

— Хуан Родригес (Змей) — господин в смокинге из твоего кошмара. А Черный призрак — это сенатор Колмен.

Даша задумчиво кивнула:

— Значит, всех расставили по местам.

— У

тебя возражения? — насторожился Илья.

— Один пустячок, — отмахнулась Даша, — о нем после. Только что я была в библиотеке и прочла там любопытную книжицу… не книгу даже, а брошюру под названием «Легенда о Мангустах и Змеях». Автор — некто Григорий Сидоров. Там и телефон его контактный указан. Так вот, милый, в брошюрке этой описано все, что ты нам рассказывал: и о Мангустах, и о Змеях, и о двоичной змеиной Пирамиде…

— Даш, мне это осточертело! — раздраженно перебил Глеб. — О чем только люди не пишут! О чудесах Бермудского треугольника, о космическом скафандре в рисунках пещерного человека…

— То есть легенда эта — не более чем совпадение фантазии с действительностью? Правильно я тебя поняла?

— Нечто в этом роде. Во всяком случае, обсуждать сей опус я не собираюсь.

Даша достала из кармана джинсов сложенный вчетверо листок.

— Тогда что ты скажешь об этом? Я кое-что выписала… Вот. «Семь заповедей Одиноких Мангустов, — прочла она громко. — Первая: найди Змея и убей его. Вторая: храни в тайне свою Сущность. Третья: используй свою Силу. Четвертая: не вмешивайся в дела Человечества. Пятая: не принимай от людей помощи. Шестая: воспитай ученика. Седьмая: если устал — уйди». Ну как, милый, стало интересней?

Глеб был просто ошеломлен. Он молчал несколько минут. Илья и Даша не сводили с него глаз. Наконец он встал с дивана.

— Черт побери… — пробормотал он. — Ты записала телефон этого Сидорова?

— Само собой. Но прежде чем звонить, скажи: не заметил ли ты в этих семи заповедях какой-нибудь ошибки?

От удивления у Глеба аж рот приоткрылся.

— Да, — кивнул он, — ошибка в третьей заповеди. Ты прочла: используй свою Силу. А надо «не используй свою Силу без необходимости». Почти наоборот.

Даша подошла к нему вплотную и заглянула в глаза.

— И ты собрался позвонить Сидорову и на эту ошибку указать?

Глеб с Ильей переглянулись.

— Ловушка! — воскликнули они одновременно. Даша нервно рассмеялась.

— Какие умные! Упражняетесь, наверное?!

Глеб подошел к окну и уставился в густеющие сумерки. Илья задумчиво гладил бородку.

— Выходит, Змей знает о существовании Мангуста?

— Неужели? — съязвила Даша. — И как же ты до этого допер?

Не обратив внимания на ее выпад, Илья продолжал рассуждать:

— Значит, Змей, по идее, должен был распространить подобные брошюры по всему свету.

Даша кивнула:

— Естественно. Только в одних странах она подписана именем, скажем, Джон Смит, а в других, к примеру, Шарль Дюбуа. Молодчина, Гольдберг, продолжай.

Илья покосился на Глеба.

— Что ж получается? Они знают о существовании Мангуста и пытаются его вычислить?.. Ничего себе хохмочка! Мангуст охотится на Змея, Змей охотится на Мангуста.

— Причем заметь, — ввернула Даша, — Змей знает, что Мангуст о нем знает. А наш Мангуст между тем убежден, что Змей в полном неведении. У кого из них, по-твоему, преимущество?