Убить волка
Шрифт:
— Беспорядки на четырех границах затронули пять военных округов. Как обстоят дела в гарнизонах на местах, вы в курсе. В этом году постоянно сокращались расходы на содержание войск и квота на выделенный им цзылюцзинь. Поэтому наши гарнизоны с трудом могут содержать несколько отрядов с тяжелой броней, а большинство вообще имеют на вооружении только легкую, — ответил Чан Гэн. — Хотя отряды в легкой броне быстро передвигаются и их легко мобилизовать, они довольно уязвимы. Если нам преградят дорогу воины в тяжёлой броне или пара единиц военной техники, то враг без проблем возьмет в кольцо наших солдат.
— Из-за слов Вашего Высочество этот дряхлый старик теперь не может найти себе места от стыда. На протяжении последних лет институт Линшу действительно не выпустил ничего стоящего, — Чжан Фэнхань виновато понурил голову. — Я лишь ничтожный старик, который зря занимает свою должность. В следующем году я планировал просить правителя об отставке, но неожиданно на нас свалилось национальное бедствие. Боюсь, что теперь мне не дано умереть своей смертью.
C теплотой в голосе Чан Гэн мягко произнес:
— У господина Фэнханя столько заслуг перед государством, что хватит на тысячи лет, не стоит скромничать.
— Тысячи лет... Разве будет спустя тысячу лет существовать Великая Лян? — Чжан Фэнхань поджал тонкие губы. — Когда я присоединился к институту Линшу, то надеялся, что смогу убежать от мирских забот, сосредоточившись на работе, и всю жизнь посвящу механизмам и железной броне. Но оказалось, что наш суматошный мир слишком тесен. Даже если злодей и честный человек на развилке выберут разные повороты, рано или поздно они могут вновь сойтись на перекрёстке. Чем быстрее ты пытаешься от чего-то убежать, чем сильнее хочешь совершить нечто выдающееся, тем больше вероятность, что в итоге твои усилия ни к чему не приведут... Хотя этот ничтожный господин мечтал лишь об участи скромного механика, с руками, перепачканными машинным маслом.
Чан Гэн улыбнулся, но промолчал, поскольку понимал, что господину Фэнханю нужно излить душу, а не выслушать его мнение.
За два поколения противостояние между Императором и Аньдинхоу в Великой Лян достигло своего пика. Хотя не это стало главной причиной постигших страну несчастий, а давняя беда с пустующей из года в год казной.
Чжан Фэнхань продолжил:
— Каждый день мы управляем положением колонн из башни Циюань. Хотя иностранцы пока только разведывали обстановку и не рискуют поднимать в небо большую часть своих Соколов, но радиус действия противовоздушной сети имеет свой предел. Говорят, в черте города иностранцы каждый день при помощи веревок запускают бумажных змеев [1]. Боюсь, что такими темпами в ближайшие дни запас железных стрел у колонн иссякнет. Что мы тогда будем делать? У маршала Гу есть какой-нибудь план?
Всего в распоряжении северного гарнизона осталось меньше сотни Черных Орлов, включая тех, кто серьезно пострадал — потерял руку или ногу. Стоит противовоздушной сети отказать, и город будет захвачен врагом.
Чан Гэн ответил:
— М-м-м, он в курсе и пытается найти выход.
Чжан Фэнхань уже и так места себе не находил от беспокойства, а услышав его слова, вообще не знал плакать ему или смеяться, и что думать о Яньбэй-ване. Что «героем становятся с молоду» [2] или что он немного туповат? Казалось, даже если на его глазах будут рушиться небеса, молодой
Чжан Фэнхань намеренно понизил голос:
— Сегодня во время ежедневной аудиенции во дворце куда-то запропастился командующий императорской гвардией Хань. Ваше Высочество это заметили? При дворе уже ходят слухи, что пусть Император для виду и обрушил свой гнев на послов Запада, но в действительности же он планирует перенести столицу.
Чан Гэн улыбнулся, но брови его были нахмурены:
— Император не пойдет на это, пока положение не станет безвыходным. Вижу там экипаж института Линшу, позвольте мне помочь вам подняться... О, вот и дядюшка Хо?
С крайне обеспокоенным видом Хо Дань подбежал к нему:
— Старый слуга сегодня припозднился, прошу простить мое опоздание.
— Ничего страшного, — Чан Гэн махнул рукой. — Что же задержало дядюшку Хо?
Хо Дань внимательно посмотрел на него из-под полуопущенных век.
— Прошлой ночью Аньдинхоу был ранен вражеской стрелой. Мне доложили только рано утром. И я сразу... Ох, Ваше Высочество!
К изумлению Хо Даня и Чжан Фэнханя, еще недавно мирно прогуливавшийся Чан Гэн резко изменился в лице, вскочил на коня и стремительнее ветра унесся прочь.
Перед девятью воротами городской стены еще не развеялся дым сражения, — только с рассветом западное войско свернуло знамена и перестало бить в барабаны [3] — когда Гу Юнь наконец получил возможность немного передохнуть.
Наплечник черной железной брони погнулся, но стрелу удалось вытащить. Им занимались два гарнизонных лекаря: при помощи ножниц и щипцов они попытались аккуратно поддеть поврежденный наплечник, чтобы его снять, но окровавленный металл прилип к одежде.
Когда Чан Гэн подбежал поближе, то ненадолго задержал на Гу Юне взгляд, но вскоре отвернулся. Вид у него был страшнее, чем у раненого.
— Ох... — прошипел Гу Юнь и резко выдохнул прохладный воздух. — Нельзя ли побыстрее? Вы там, что, вышиванием занимаетесь?.. Как прошло?
Вместо ответа Чан Гэн сделал глубокий вдох и отпустил лекарей, чтобы самому посмотреть на застрявший в ране осколок. Чан Гэн взял в руки большие железные кусачки и, удерживая Гу Юня за здоровое плечо, начал резать металл. Его движения были невероятно быстрыми, острые кусачки с легкостью резали деформированную броню. Вскоре по руке Чан Гэна потекла чужая кровь.
Он будто забыл, как дышать, а на лице застыло напряженное выражение. Наконец Чан Гэн прошептал:
— Почему ты не сказал мне, что тебя так серьезно ранили?
С лица Гу Юня все ещё не сошла болезненная гримаса, когда он до скрежета сжал зубы и ответил ему:
— Да ерунда это... Что послы Запада сказали на аудиенции?
— Что хорошего они там могли сказать? Без конца несли чушь — прямо на весь золотой дворец, — Чан Гэн чуть переместил дрожащие пальцы, удаляя присохшие из-за свернувшейся крови пластины брони. — Они заявили, что требуют от нас прекратить репрессии и поборы по отношению к западным странам и объявить земли возле крепости Цзяюи зоной всеобщей свободной торговли. При этом любая деятельность на данной территории должна вестись в соответствии с законодательством западных стран и...