Убить фейри
Шрифт:
— Я никогда тебя не прощу, — невнятно произнесла она, прежде чем ее ноги подкосились, но что-то смягчило ее падение.
Темная ночь. Она распласталась под ней и осторожно уложила на пол, ее прикосновение было теплым и нежным, как прикосновение Баста.
— Я никогда не попрошу тебя об этом, — тихо ответил он.
Как только глаза Меры закрылись, она уже не могла их снова открыть. Ужасные крики Лисандры превратились в колыбельную, а затем и вовсе стихли.
Глава 23
—
Она уставилась в деревянный потолок, вцепившись пальцами в кожаный диван. Когда села, то поняла, что находится в кабинете капитана, правда пока не понятно, кабинет принадлежал Рут или Ашерату.
Белый кожаный диван. Значит, кабинет Ашерата. Ну, технически этого ублюдка Соломона Кейна.
Мера была одна, и глупая, иррациональная часть ее скучала по Басту, даже если чувствовала одновременно облегчение и уныние оттого, что его нет рядом. Она потерла лоб, чувствуя надвигающуюся головную боль.
Мера ненавидела то, как сильно скучала по нему, какой одинокой чувствовала себя, когда его не было рядом, даже после всего, что он сделал.
Дверь открылась, и вошла Рут.
Ее капитан.
Она широко улыбнулась, когда увидела, что Мера проснулась, и возле глаз появились морщинки.
Мера сдержала унизительные слезы, но, черт возьми, как же она скучала по Рут.
Кэп села рядом с ней, заключив ее в медвежьи объятия. — Я так рада, что с тобой все в порядке, Печенька.
Мера обняла ее в ответ, все еще не придя в себя. — Что случилось?
— Много чего. — Рут отпустила ее и обхватила ладонями ее щеки.
Сейчас она была не капитаном, а скорее Рут, женщиной, которая ее вырастила. Женщиной, которую Мера назвала бы своей матерью, если бы это название не ассоциировалось для нее с монстром.
— С чего мне начать? — спросила Рут, пожимая плечами. — Капитан Ашерат прибыл в наш участок с тревожными уликами. Мы поговорили с окружным прокурором и получили ордер на обыск банковских записей Соломона. Мы выяснили, что он брал взятки у светлых дворов, особенно от Летнего, за день до того, как обратился к властям с уликами против Фэллона. С тех пор было до смешного легко обвинить его в нескольких коррупционных преступлениях.
Мера с облегчением вздохнула. — Значит, капитан Ашерат восстановлен в должности?
— С отличием. Комиссар долго извинялся перед ним. Я думаю, он может даже получить медаль. — Рут наклонилась ближе и прошептала: — Ему также приказали очистить участок в Тир-на-Ног. Сегодня Фэллон начал увольнять каждого грязного полицейского. Это было… занимательно.
Мера усмехнулась. — Держу пари.
— Именно поэтому здесь собрались люди со всех районов, по крайней мере, на данный момент, — продолжила капитан. — Ашерату нужна помощь во время перехода. Он нанял оборотней, вампиров, ведьм и людей, чтобы
— Светлые дворы не сдадутся без боя.
— Второй шаг — это чистка дворов. Комиссар поговорил с Советом, и после всего, что произошло, фейри официально потеряли большую часть своих привилегий в Таграде. Если они нарушат закон, то столкнутся с последствиями, как и все остальные. — Рут постучала себя по виску. — Это единственная возможность для Фэллона навести порядок в районе. Мы не можем допустить, чтобы детективы нарушали закон при раскрытии дел. Это безумие.
Совершенно верно, но все не так черно-бело, как казалось. — Спор с дворами может привести к гражданской войне.
— Мы готовы, — бесстрашно заверила Рут. — Дворы много говорят и могли бы представлять угрозу, если бы их поддерживал весь их народ, но это не тот случай. Ты будешь удивлена количеством низших фейри и сидхе, которые уже приходили к нам, желая рассказать правду.
— Серьезно?
— О да. Буквально вчера спрайт сообщил, что Весенний король устраивал незаконные бои между оборотнями и вампирами. Фэллон собирает доказательства, чтобы засунуть его в камеру до конца его дней. Осталось недолго. — Она злорадно ухмыльнулась. — Все выглядит хорошо, Печенька.
У Меры в животе поднялась желчь. — А как же Летний?
— Благодаря тебе и Басту мы записали признание Закери на пленку. Это только укрепило наши позиции перед комиссаром. Я не думаю, что мы смогли бы сделать все это без вас двоих. — Она гордо улыбнулась Мере и похлопала ее по плечу. — Летний двор опозорился, что заставило Осенний и Весенний подчиниться. Вы с Бастом фактически убили двух зайцев одним выстрелом.
— Понятно… А где Баст? — спросила Мера, игнорируя растущий ужас в груди.
— Заканчивает давать показания, — немного печально ответила Рут. — Он действительно убил более двадцати сидхе, Печенька. Но это была самооборона, так что его скоро оправдают. — Она прищурилась на Меру. — Если только тебе нечего добавить?
Мера попыталась скрыть охватившую ее панику. Она вспомнила образ черноглазого фейри с острыми клыками. Этот фейри, не задумываясь, убил стольких фейри. И Мера боялась…
Его голос эхом отдавался в ее памяти. «Ты отказалась бежать. У меня нет выбора».
Баст убил этих фейри, чтобы защитить ее, и Мера не могла, хотя и должна была, сдать его за это.
— Они не переставали нападать на него, — заверила она, чувствуя горечь на языке. — Особенно Закери.
Кэп ей не поверила, Мера слишком хорошо узнала этот острый прищуренный взгляд. Рут осмотрела ее голову, затем виски. — Интересно, как ты потеряла сознание? У тебя нет синяков.
— Это был всплеск магии, — выпалила Мера. — Это сразу вырубило меня.
Кэп приподняла белоснежную бровь. — Тебя? Серьезно?