Убить эльфа
Шрифт:
Знакомые симптомы, сообразила ведьма.
— И о чем ты хмуришься столь расчетливо, советник? — возмутилась Нора.
— Дела, — подмигнул Элло без тени смущения. — Всегда дела. Вот твоя часть задания: пойди и отвлеки президента Альянса. Надо выманить его из главного зала к гномам. Это вопрос государственной важности!
— В день свадьбы? Ах ты…
— Не ругайся! Сперва дослушай. Речь идет о подарке для Марши. — Лоэль торопливо поцеловал жену. — Гномы будут покупать президента с потрохами. Понятно?
— Нет!
— Нора, моя ты радость! Мы с тобой затеваем первую нашу общую семейную интригу. Смещаем придурка
— Восемь тонн золота? — тихо рассмеялась ведьма. — Опять?
— Девять, — с самым серьезным видом подтвердил принц. — Небольшой замок в предгорьях гномьего Гхросса и статус пожизненного почетного гражданина Альянса с полными регалиями и правом совещательного голоса в любых вопросах. Кое-кто панически боится покушений, перемен и нищеты. На сей раз все без обмана. Альянсу нужен нормальный руководитель. Гномам очень нравятся грызловые болота. Ррын хочет жить в столице без страха и продолжать свое парикмахерское дело. Я еще лет двадцать останусь советником. Ты тоже едва ли уедешь из Альянса, ведь захочешь привести свои родные земли в достойный вид? Очистить воздух, возродить плодородие полей — и так далее.
— Какой ты умный! — восхитилась Нора. — Хочу. Еще я настаиваю: мы поедем зимой отдыхать на север. Хватит изводить людей и себя. Злопамятности в тебе нет. Эти ны-кайга — нормальные люди. Подумаешь, сделали гадость, с кем не бывает, они же люди.
— А ты — эльф, — рассмеялся Элло.
— Да, и еще принцесса. Я великодушна к слабостям этих несчастных, — картинно повела рукой Нора. — Наш славный род а-Тэи не снисходит до обид, знаешь ли.
— О да. И я подчиняюсь, не задумываясь о последствиях!
Эпилог
Последствия, само собой, появились довольно скоро.
Через десять лет Барьер был опущен до минимальной высоты, поскольку порядка в Альянсе при новом президенте стало гораздо больше. Удалось почти безболезненно пережить первый, самый мучительный для экономики, этап тотальной замены технологий. Люди переучивались, страдали и выражали недовольство. Но признавали — Бильса через это прошла и теперь живет гораздо богаче и лучше. Да и здесь дело движется в нужную сторону, хоть и не без проблем. Малышам уже невозможно объяснить, что такое городской смог. Почему глупый рычащий вонючий автомобиль когда-то хранился в гараже на месте «эмки». И считался, странное дело, более престижным и дорогим, чем гномий скорпион! Хотя их всего-то пара десятков в Альянсе до сих пор. Причем они живые, не продаются ни за какие деньги. Или уж вовсе странное незнакомое явление — бездомные дети! Есть ведь госпожа Алесия, разве она допустит? Много непонятного. Старые провода электроснабжения, еще не везде снятые и убранные. Зачем они, если есть более простые способы подзарядки?
Но самое трудное и даже обидное непонимание — почему еще стоит Барьер? Неужели там, за ним, до сих пор опасаются Альянса, давно согласившегося считать мир живым? Уже состоялся первый выпуск собственных магов и ведьм с поисковыми жбрыхами. Отмеченный весьма пышно, даже королева Сэльви прилетала.
А над грызловыми болотами стояла благостная летняя тишина. Рой комаров и мошки отмечал лежбища старых магистральников. Молодняк — три десятка малых, не более метра в длину — грызлов деловито копался в иле, тренируя навыки
— Марька, прекрати выщипывать мех из маминого любимца, — строго потребовала старшая Марша у дочери Алесии. — Я тебе как президентша запрещаю. Меня тут все должны слушаться!
Благодушный тон сам по себе делал исполнение указания необязательным, но Алесия-старшая все же сочла необходимым защитить интересы ребенка. Хотя бы на словах. Тем более сама она занята. И вовсе не собственной дочкой.
— Своих малышей тебе мало, чужими распоряжаешься. Пусть, она всего лишь выбирает репьи, — возмутилась Алесия, выплевывая на ладонь две последние заколки и запасную резинку для волос. — Вот мы какие красивые. Нам эту прическу о семи хвостиках Ррын порекомендовал. Говорит, очень подходящая для редкостной породы рыжих эльфов. А Леся у нас рыжая, как солнышко. Интересно, в кого? Мама Ли у тебя светленькая, папа Раа вообще беленький.
Трехгодовалая эфрити, тоже рыжая и тоже Алесия, глядела на любимую няню с интересом. Каким-то чудом, непостижимым даже для самых могучих магов, она слушала и слушалась лишь немногих людей и эльфов, которых признавала достойными внимания. Главными для Леси были бабушка Сэльви и тетя Алесия. При них девочка была совершенно нормальным и безопасным ребенком. Не поджигала из любопытства взглядом кустарник, не пыталась сделать солнечную линзу и испечь из песка пирожки, не разгоняла ради шалости столь нужные дожди, усердно вызываемые магами…
Потому и жила уже второй месяц на грызловом болоте, давая отдохнуть долине эльфов от своей кипучей огненной непоседливости.
— Характер у котеночка до жути мамин, — усмехнулась Марша. — Интересно, наглые родители надолго всучили нам это секретное оружие королевы? Страна под угрозой… Нора вот-вот приедет. Надо с ней поговорить. Мы оставим милое чудовище на год, а она убедит королеву еще пять лет не снимать Барьер. Нэл просил.
— Почему? — расстроилась Алесия. — Так стало бы хорошо без дурацкой стенки.
— Ой, глупые вы все, кроме советника Элло! Он первым сказал, что как только нас признают спасенными и безопасными, перестанут оказывать помощь. Она еще очень даже требуется. Гномы ставят два завода своих странных стиральных машин, похожих на живые мешки для мусора. И отдают даром технологию. А сколько она стоит — лучше не думать! Опять же банкиры дружно против. Леська, живи спокойно на своем болоте, не лезь в политику!
— Вот они! — оживилась Алесия, вскочила на ноги и стала махать ползущему через топь скорпиону. На его спине сидела королева, гордо обнимая свою самую любимую внучку, не пожелавшую ехать, как полагается, в корпусе.
За последние годы семья а-Тэи пополнилась весьма существенно. Но милые, спокойные и домашние дети Диаля или Эдиля бабушку не так впечатлили, как рыжая Алесия, котенок, удивительно похожий на маму, Кошку Ли, если не внешностью, то поведением. И тем более белокурая дочка Норы. По настоянию короля ей дали имя Тиэса, принадлежавшее некогда древней повелительнице долины Рэлло. И теперь нынешняя Единственная твердила непрерывно, что сероглазая, лопочущая невесть что годовалая хулиганка и есть самая настоящая королева. Ведь ее слушаются все — даже сама Сэльви и король Рир.