Убить дракона

Каннингем Питер

– Птеро?
– тупо удивился Морган и уставился в небо. Глаза его расширились от ужаса. Его взгляд, да близкие удары крыльев по воздуху заставили Виктора оглянуться. У Моргана слова застряли в горле.

Рептилии, издававшие над ними громкие крики, не были птеро. Их тела были намного меньше, размером примерно с человека, костистые крылья длинные и узкие, головы лысые и круглые, как у коршунов, кожа красная, как огонь. Их клювы с желтыми, иглообразными зубами усеивали янтарные пятна. С жадным, примитивным голодом в глазах они смотрели вниз на землян.

Морган, обретя дар речи, произнес одно только слово:

– Рамы.

Виктор

холодно смотрел на новую опасность. Восемь рамов били крыльями над ними, остальные кружили на некотором расстоянии. Они выглядели не особенно опасными. Нескольких выстрелов должно хватить, чтобы прогнать их. Он поднял излучатель и прицелился в того, который был ближе всех.

Обратив все внимание на рамов, Виктор не заметил, что Морган снова на ногах, пока земной агент не обхватил его сзади и не повалил на землю лицом вниз. Виктор с удивленным свистом выдохнул воздух и выпустил излучатель из рук. Морган метнулся к нему и неловко схватил здоровой рукой. Отскочив на шаг, он прицелился в голову Виктора. В это мгновение один из рамов закричал и бросился с неба. Морган рывком поднял дуло пистолета и открыл огонь. Луч света не попал в чудовище, которое с криком увернулось. Второй рам летел по пологой, плоской, заранее подготовленной спирали.

– Еще раз проклятье, нет никакого выбора!
– пробормотал Морган.

Когда рам сложил крылья, чтобы упасть вниз, Морган отступил к передатчику, неуклюже зажал его под мышкой и как можно быстрее побежал к безопасному лесу, бросив Виктора на произвол судьбы.

Виктор прижался к почве, застыв, затаив дыхание и напряженно стиснув зубы. Фосбер говорил, что рамы глупы. Может быть...

С громким криком один из рамов упал прямо на Виктора и скользнул над ним, помчавшись вслед за Морганом - движущейся, бросающейся в глаза жертве. Услышав шелест крыльев, Морган бросил взгляд через плечо и увидел, как чудовище обрушивается на него. Он в панике сделал только один выстрел, прежде чем рам упал на него сверху. Раздался крик Моргана и резко оборвался. Спустя некоторое время оттуда, где он был, послышалось жадное квохтанье рамов и звуки разрываемого мяса.

Виктор игнорировал их, он не мог позволить себе думать об этом. Выжить было важнее. Его рука коснулась кинжала. Он поднимался сантиметр за сантиметром, держал кинжал наизготовку. Большая часть стаи поднялась вверх, чтобы присмотреть где-нибудь поблизости новую жертву. Пара рамов мешала своим сородичам из стаи. Они низко склонились над окровавленной жертвой, шипели друг на друга и тяжело дышали. Передатчик и излучатель валялись в грязи возле этих чудовищ.

Лес был слишком далеко. Виктор не смог бы добраться до него незаметно и не смог бы одним ножом удерживать на расстоянии от себя стаю рамов. Ему нужен был излучатель. Рамы поблизости были заняты, остальные находились слишком высоко, чтобы играть какую-то роль. Он пополз к оружию.

Один рам закричал. Тварь заметила его. Отбросив всякую осторожность, Виктор устремился к излучателю, схватил его в земли, обернулся и выстрелил наугад на гремящий звук крыльев. Два рама отвернули - один с легким ранением в верхнюю часть ноги, другой с поврежденным крылом. Стая тотчас же ринулась на своих раненых сородичей и стала рвать их в воздухе. Останки упали на землю, чтобы разделить участь предыдущей жертвы. Ужин для всех, подумал Виктор, и моя последняя возможность для бегства. Он бросился к лесу...

Краем глаза Виктор заметил, как блеснуло что-то красное, и обернулся, чтобы открыть огонь. Но прежде

чем он успел выстрелить, мощный удар крыльев сбил его с ног, когти рванули одежду и кожу, когда рам напал на него и повалил на землю. Виктор вскинул вверх пистолет. Внезапное движение отвлекло внимание рама, который повернул голову, чтобы проследить за новым нападением. Его череп с силой молота ударил Виктора по руке. Огненная молния боли пронзила руку, затем она онемела. Рам радостно заквохтал и подвигал когтями, чтобы лучше захватить жертву. В то же мгновение, когда захват ослаб, Виктор поднял ногу и ударил своего противника в грудь. Существо оказалось удивительно легким, словно кости его были обтянуты бумагой. Оно с криком отскочило назад, но почти мгновенно бешеными ударами крыльев восстановило равновесие.

Прежде чем Виктор успел подобрать излучатель, рам снова оказался над ним. Одна из его лап легла на запястье Виктора, сковав руку с кинжалом, когти второй лапы вонзились в его правое бедро. Красная кожа рама заполнила мир стеной пламени. Густой, горячий смрад яда рептилии дымом обжег ноздри. На челюстях чудовища смешались темные, зловещие ручейки человеческой крови и яда, сочащегося из его зубов, брызжущего на кожу и одежду Виктора и шипящего, как раскаленные угли. Глаза цвета старого золота были плоскими, как камни, лишенными всяческого разума. Эти бездумные, золотистые глаза закрылись, когда ударил клюв рама.

В последний момент Виктору удалось уклониться. Зубы рама не попали в его шею, а разорвали бок от сгиба руки до бедра и, словно удар лазера, оставили после себя след из крови, разорванного мяса и янтарной боли. Вскрикнул от отчаяния, Виктор освободил руку с ножом и полоснул рама по шее. Чудовище закричало, приподнялось, забило крыльями в воздухе и снова обрушилось на голову Виктора. Когда клюв снова опустился, Виктор вскинул кинжал и по самую рукоятку вонзил его в тупой глаз рама. Рептилия взвилась в воздух, слепо хватая его и с жалобным свистом рассекая крыльями, а Виктор судорожно старался уползти за пределы его досягаемости. Наконец, тварь упала на землю и, вздрагивая, осталась лежать красной кучкой. Виктор остановился, чтобы перевести дыхание.

Воздух, казалось, стал слишком разреженным, Виктор не мог вздохнуть достаточное его количество. Разорванный бок жгло, как огнем. Теперь у него не было оружия, а рамы...

Он поднял взгляд. Рамов гнали по небу, их крики тонули в яростном вопле огромного золотистого птеро, который напал на них и отогнал к Утесам-пальцам. Из страха перед размерами птеро рамы отказались от борьбы и бежали от ярости нападающего, чтобы найти себе более легкую жертву.

Губы Виктора зашевелились. Шатаясь, он встал на ноги, а птеро пошел на посадку, его свист был резким и приветственным. Виктор открыл рот, чтобы заговорить. Но имя Гонала лопнуло, прежде чем он успел произнести его. Он упал в траву вниз лицом.

– Значит, это правда, - пробормотал мужчина.
– Это действительно не так уж и плохо. Смотрите, я убил дракона. Я стремился к этому всю жизнь, подбородком он указал на все еще вздрагивающее тело рама. Хриплый смех вырвался из его горла.

Птеро заверещал и поднял голову. Боком он отступил от человека и подпрыгнул. Через несколько секунд он исчез из поля зрения.

– Я не упрекаю тебя, - прошептал мужчина, - хотя было бы прекрасно, если бы...

Голос его запнулся и смолк. Дыхание было судорожным и неровным. Он улыбнулся самому себе. Смерть героя. Он закрыл глаза и провалился в темноту.