Убить де Косто
Шрифт:
Ночь Дикой охоты перевернула всё с ног на голову, и я не была уверена в том, что вообще когда-нибудь смогу это забыть.
Однако в Италии бабушка устроила меня в свой ресторан, и мне удалось накопить немного денег. У меня было наследство, что отец оставил мне после своей смерти, но я не могла с ним ничего сделать, пока мне не исполнилось двадцать один. Да и честно признаться, мне было как-то плевать на все эти деньги, что он мне оставил. Всё это перестало иметь для меня значение, как только я оказалась в зале суда в качестве обвиняемой, потому что никакие деньги не стоят того, что я пережила.
Отец не всегда был богат, а значит, и
В Италии бабушка вернула меня к жизни. Я чувствовала себя свободнее и спокойнее без всех этих разборок. Бесы меня подставили и единственное, зачем я могла вернуться в этот город, так это чтобы отомстить.
Я любила свою мать, но отчасти я не понимала её. Она была холодной и расчётливой женщиной, которая умело пользовалась людьми. После смерти отца она закрылась в себе и вовсе перестала обращать на меня внимание. Она могла изредка позвать нас с Агатой в клуб и напоить до смерти, словно мы были её подружками. Она могла потащить меня за покупками и примерять наряды, пока я ждала её в холле магазина. Она могла быть для меня кем угодно, но не матерью. И даже несмотря на это, я её любила. Именно поэтому я и вернулась домой, ей стоило просто позвать меня и вот я здесь.
Охранником моей матери – Барн, катил мой маленький чемодан к машине, пока я мирно шла за ним. После моего переезда мама купила себе новый дом, потому что старый слишком сильно напоминал об отце. Наверное, она втайне винила меня в его смерти, но никогда бы в этом не призналась.
Я залезла в чёрную машину. Дверь за мной захлопнулась. Машина поехала. Я даже не была удивлена тому, что мама меня не встретила. Всё это было слишком очевидно, я знала эту женщину слишком долго, чтобы разочаровываться. Сколько бы я ни разговаривала с бабушкой, она всегда говорила, что Лукреция де Косто женщина-змея. Бабушка по отцовской линии презирала мою мать, а в поводе она никогда не нуждалась.
Время близилось к вечеру, и я довольно сильно устала после перелёта, учитывая то, что я не переставала нервничать.
Родной город был для меня штормом в осеннее утро. Когда промозглый дождь, словно град сыпется с неба, а северный ветер пробирается до костей. Я планировала уехать отсюда через пару месяцев обратно в Италию, по правде задерживаться здесь надолго мне не хотелось. Все эти разборки банд ужасно выматывали, да и сейчас я считала себя выше этого.
Машина остановилась возле высокого белого забора и Барн, открыв ворота, въехал на территорию. Передо мной раскинулись апартаменты в стиле минимализма. Большой дом, выкрашенный в белый, почти весь состоял из окон. Небольшая лужайка прямо перед домом служила зоной отдыха и переходила в террасу. Через большие панорамные окна я видела часть гостиной. Левее находился большой гараж, который был скорее похож на парковку, потому что по размерам он был как половина дома.
Я вышла из машины и уставилась на всё это, не понимая, как моя мать, от классической архитектуры ушла в это. Со стороны дом казался бездушным и чужим. Пока Барн доставал мой небольшой чемодан, я прошлась по подъездной дорожке.
– Детка! – Крикнула мама. – Добро пожаловать домой!
Она звонко и совершенно неискренне рассмеялась и подбежала ко мне, чтобы обнять. Я крепко прижалась к её груди втягивая запах пионов и цитруса. Она слегка отстранилась, и я взглянула на неё. Морщины, что она так упорно скрывала под ботоксом, всё равно проявлялись, чёрные волосы были заплетены в низкий хвост, а веко слегка нависало
– Привет, мам. Я тоже рада вернуться. – Я лгала родной матери в лицо, даже не переживая о том, что была не искренна.
– Идём, у меня есть для тебя новость. – Она широко улыбнулась, и я улыбнулась ей в ответ.
Мы зашли в дом, что сквозил не уютом. Честно говоря, я не знала, что произошло с моей мамой. Наверное, её подменили. Всё было отделано на современный лад, большая гостиная, пристроенная кухня с островом, да даже лестница со стеклянными бортами. Моя мать была ценителем искусства, и она всегда любила классику. И этим я пошла в неё. Но это… Это было что-то странное. Она подтолкнула меня в гостиную, пока мимо нас проскользнул Барн с моим чемоданом на второй этаж. Я последовала за матерью, не зная, что и думать. А когда я зашла в зал, то встала на месте как вкопанная.
– Мам, кто это? – Я смотрела на мужчину, что походил на актёра. На вид ему было лет сорок. Он стоял возле камина, источая ауру опасности.
– Дорогая, я хочу познакомить тебя со Стивом, моим женихом. – Хихикнула она, пока он направлялся к нам.
– Какого чёрта, мам? – Тихо прорычала я, надеясь, что никто это больше не услышит.
– Тебе не нравится? – Боги, она даже не наругалась на меня.
– Не в этом дело. – Я ущипнула себя за переносицу, отгоняя мигрень. – Cagna. – Выругалась я, но тут же опомнилась и натянуто улыбнулась Стиву. – Инес де Косто.
– Приятно познакомиться. – Кивнул он.
– Взаимно. – Ответила я, хотя мне хотелось закатить глаза.
– Это ещё не всё. У Стива есть сын, его зовут Габриэль Мерсери. Милый, ты не знаешь, где он? – Поинтересовалась она у Стива, а меня бросило в ледяной пот.
Одна фамилия этого урода говорила мне всё, что нужно знать. В кожу словно воткнули тысячи иголок, и я была готова сорваться с места, чтобы это чувство прошло.
– Он вроде был в гараже. Мне его позвать? – Спросил Стив у моей мамы, но я её перебила.
– Не стоит, я сильно устала.
– О, конечно. Детка, ещё кое-что. Мы со Стивом завтра уезжаем в Милан на несколько месяцем, для встречи с деловыми партнёрами.
Я резко повернулась на мать, не находя слов. Что-то явно происходило, и меня это злило, потому что я не понимала, зачем тогда здесь я?!
– Деловая встреча длиной в пару месяцев? – Удивлённо спросила я.
– Да, детка. – Улыбаясь, кивнула она.
Мама умела строить из себя дурочку, но я знала, что это всего лишь прикрытие. И если она продолжала играть роль непонимающей милой дамы, значит, Стив точно не был в её кругу доверия, или же в нём не была я. От последней мысли в сердце неприятно кольнуло.
Мой мозг буквально взрывался от вопросов, и это приводило меня в замешательство. Сбитая с толку, я посмотрела на маму, а затем на Стива. Но те вели себя так, словно ничего не произошло.
Мать проводила меня до моей комнаты на втором этаже. Я распахнула дверь, и будь я проклята, прикусила язык. Золотистые стены были украшены лепниной, мебель из тёмного дуба контрастировала со светлыми оттенками пастельного. Большая массивная кровать располагалась посередине комнаты, а люстра с хрустальными подвесками мягко освещала помещение. Я точно знала, откуда это всё здесь, что-то было из моей старой комнаты, а что-то из кабинета отца, в котором я часто проводила время. Моя комната здорово отличалась от остального дома, и я не могла точно сказать, радовало ли меня это или же нет.