Убить босса!
Шрифт:
Глубокой осенью 2006 года начальник отдела РУБОП города Новосибирска Роман Метлиц-кий получил странное приглашение из Соединенных Штатов. Его приглашал в гости старый детдомовский друг Дима Верещагин. Поскольку поездка намечалась за счет старинного друга, устроившегося в Америке, по-видимому, неплохо, Роман принял приглашение с радостью, решив потратить отпускные дни с пользой для духа и тела. Через неделю, оформив визу, он сел в
Москве в кресло «Боинг-767» и через восемь часов оказался на земле пионеров Запада.
Верещагиным тут не пахло, но, прочитав надпись и разглядев, кто с таким невозмутимым видом его встречает, Метлицкий бросил сумку на пол, сел на неё и расхохотался.
Среди воров и ментов нет привычки обниматься и жать руки друг другу, однако это был, кажется, не тот случай…
Через некоторое время Мартынов знакомил Метлицкого с подчиненными и приговаривал:
– Генри Чески, президент. Хороший парень, но язык его когда-нибудь погубит. Мэгги Чески, его жена, рекомендую как мастерицу в приготовлении жаркого. Она наш… этот… чёрт бы побрал эту должность… чтобы выговорить её, брат Метлицкий, нужна пара бутылок «Пшеничной»… вот! – Special Projects Production Manager… кажется.
Метлицкий рассмеялся:
– Ответственная за спецрекламу, короче, да? – и шагнул к Маше: – Здравствуйте. Этот мерзавец и вас тут устроил?
– Он всех тут устроил, – выталкивая из-за спины Костю, одетого в джинсовый костюм, рассмеялась Маша. – Поздоровайся с другом семьи, курьер!
Метлицкий сжал руку мальчишки и почувствовал в ней силу. Так обычно жмут мужчинам старше себя пацаны, уверенные в могуществе отца и своем будущем.
– Он тут всех устроил! – продолжая смеяться, повторила Маша, вид которой позволил Мет-лицкому понять, как выглядят счастливые женщины. – Генри у него президент, сын – курьер, жена – вице-президент, а сам он ничего не делает, а только ходит в спортивный клуб учить боксу малолеток!
– Он и раньше не перетруждался, – хмыкнул Метлицкий.
– Не скажи, брат, – возразил Андрей. – Двенадцать лет кедры валить… Я вперед всех их вместе взятых пенсию себе заработал. Однако оставим пустые разговоры – не опрокинуть ли нам по стопке за встречу?
– В три-то часа дня? – усомнился Чески.
– Вот видишь, Метлицкий, – огорчился Мартынов, – насколько невыносима эта страна. Здесь выпивка до семнадцати часов считается моветоном. Но нас-то эти традиции стороной обошли, верно? Пойдем в офис, мне нужно тебе многое рассказать…
Они так и просидели вдвоем за столиком в тени деревьев, наполняя и осушая стаканы с виски. Метлицкий смотрел в лицо Мартынова и пытался понять, что все эти месяцы вело этого человека по жизни. Десять миллионов долларов, женщина, долг, честь?.. Не
– Ты мне одно объясни, Андрей. – Видимо, оставалось все-таки нечто, что тревожило его если не как мужика, то как милиционера. – Зачем ты таскал будущую жену этого отставного копа по всей Америке? Ты рассказывал мне два часа, я дал зарок не досаждать мелочными расспросами, но не задать этот вопрос не могу. В тебе что, настолько сильна ответственность за людей, которых ты приручаешь?
Мартынов посмотрел куда-то в сторону и искренне рассмеялся.
– Ты хороший мент, Метла, ей-богу, хороший! Но вы, менты и прокуроры, сами же учите нашего брата не повторять ошибок! Чем дольше с вами общаешься, тем больше набираешься уверенности в том, что правильные пацаны свидетелей не убивают! Убивают отморозки! А умные пацаны свидетелей берегут и лелеют! Сандра… вернее, Мэгги – она единственный свидетель того, что если я и нарушал закон, то исключительно из соображений самообороны и гражданской ответственности!
– Как ты договорился с ФБР?
– Очень просто. ФБР – не ФСБ. С ним, действительно, можно договориться. Я передал им письма с точным указанием деятельности «Хэммет Старс» за последние пять лет. Да за эту информацию они отвязались бы не только от меня, но ещё и выпустили бы всех пленников тюрьмы на Гуантанамо, попроси я их об этом!
– Значит, письма, действительно, были? – изумился Метлицкий. – Да ты на самом деле опасный человек, Мартынов!..
Андрей допил остатки в стакане и задумчиво посмотрел в сияющее влагой дно.
– Писем не было, Метла. Я их потом написал. Точнее, даже не я, поскольку писать ровно я не умел никогда в жизни. Для этой цели мне пришлось найти не стареющего душой патриота учителя Эдвардса и за пару сотен попросить его сочинить пяток текстов под диктовку. Старый мерзавец обозвал меня Гансом, но с работой справился блестяще.
Между тем к их столику направлялся, посматривая на часы, президент страховой компании Чески. Он выпивал только после работы, наверное, именно поэтому и заслужил пенсию после двадцати лет безупречной службы…
В истории этой остался ещё кое-кто, не рассказать о ком означало бы нарушить законы жанра.
Детектив отдела внутренних расследований Сомерсет МакКуин в настоящее время является напарником детектива Джордана из 125-го участка, что на 11-й Западной улице. Он уже почти сошелся с этим юрким малым, подозреваемым в «крышевании» восьми магазинов, и всякий раз, когда дело доходит до написания очередного отчета, Сомерсет вспоминает детектива Чески. Он сравнивает его с новым визави, пытаясь понять, чем эти двое похожи друг на друга. Не находит – и с чистой совестью начинает стучать по клавишам клавиатуры. Грязных копов, по мнению племянника сенатора МакКуина, Сомерсета, в полиции быть не должно…