Убик
Шрифт:
— Неужели, мистер Чип? — Провизор подал ему кубическую картонную коробочку. — Вот, пожалуйста. Откройте, и вы увидите…
— Знаю, — сказал Джо. — Знаю, что я увижу. — Он закрыл глаза и сосредоточился. Вперед, приказал он флакону почечного бальзама. Переместись вперед, в настоящее… —Аэрозольный баллон, — сказал он вслух.
— Нет, мистер Чип, это не баллон, — сказал провизор. Он ходил по аптеке и гасил лампы. Потом открыл кассу, переложил деньги в металлический ящик и запер его на ключ.
— Ты — аэрозольный баллон, — вкладывая в эти слова
Погасла последняя лампа. В свете уличного фонаря, проникающем в окно, Джо видел коробочку, кубическую коробочку на своей ладони.
— Все, мистер Чип, — сказал провизор, распахивая дверь. — Пора по домам. Она допустила ошибку, как видите. И саму ее вы больше не встретите, слишком далеко она ушла по пути к своему новому рождению. Она и не вспоминает о нас — ни о вас, ни о Рансайтере, ни обо мне. Ей видится свет: может быть, грязно-красный, а может быть, ярко-оранжевый…
— То, что я держу в руке, — это аэрозольный баллон, — сказал Джо.
— Нет, мистер Чип, — сказал провизор. — Мне очень жаль — мне на самом делеочень жаль, — но — нет.
Джо поставил картонную коробочку на прилавок, повернулся и, пытаясь сохранить достоинство, начал свое долгое, медленное путешествие через аптеку — к прямоугольнику двери, которую провизор держал открытой для него. Оба молчали, пока Джо наконец не миновал дверь и не оказался на ночном тротуаре.
Аптекарь вышел следом и запер дверь.
— Я буду жаловаться изготовителю, — сказал Джо. — На вашу… — он замолчал, что-то сдавило горло и не давало ни дышать, ни говорить. Потом это прошло. — На вашу регрессивную аптеку, — закончил он.
— Спокойной ночи, — сказал провизор. Он еще постоял, глядя на Джо, потом пожал плечами и зашагал по тротуару.
Слева от себя Джо различил во мгле скамейку. Наверное, там была автобусная остановка. Или трамвайная. Джо заставил себя дойти до скамейки и сесть. Там уже сидели два или три человека, они брезгливо отодвинулись, освобождая место — наверное, приняли за пьяного. Ему было все равно. Он чувствовал только, как прогибается под ним скамейка, не выдерживая огромного веса. Остались минуты, подумал он, несколько минут… если я все правильно помню… Боже, за что это все? Второй раз, второй!
А все-таки мы не сдались, с мрачным удовлетворением подумал он. Мимо неслись огни машин, мигали неоновые надписи, светились окна. Сопротивлялся Рансайтер, и Элла так долго билась, дралась, царапалась… А я — я чуть было не превратил этот чертов бальзам для почек в настоящий «Убик»… Да, еще бы немного — и мне бы удалось сделать это. Почему-то он был абсолютно уверен, что именно так оно и есть.
Трамвай, грохочущее железное чудовище, с жутким скрипом остановился перед ним. Сидевшие рядом люди вскочили и стали подниматься на заднюю площадку, чтобы потом пройти в салон.
— Эй, мистер! — окликнул Джо кондуктор. — Вы едете или нет?
Джо не ответил. Кондуктор подождал немного, потом дал сигнал отправления. Трамвай шумно тронулся с места и вскоре исчез из поля зрения. Желаю удачи, подумал Джо вслед трамваю. Всего
Он откинулся на спинку скамейки и закрыл глаза.
— Извините, пожалуйста, вы мистер Чип?
Джо вздрогнул. К нему наклонялась незнакомая девушка в плаще из синтетической страусиной кожи. Он смотрел на нее, быстро приходя в себя. Хорошенькая и стройная, в шляпке, перчатках, английском костюме и сапожках на высоком каблучке. В руке она что-то держала, и Джо уже понял, что именно. — Вы из Нью-Йорка, из Ассоциации Рансайтера? Мне не хотелось бы по ошибке передать эту вещь кому-то другому.
— Да, я Джо Чип, — он внимательно всмотрелся в ее лицо. В первый миг ему показалось, что это Элла, но нет — он никогда не видел этой девушки раньше. — Кто вас послал?
— Доктор Сандабар, — сказала девушка. — Молодой доктор Сандабар, сын основателя фирмы.
— А кто это? — Имя ему ничего не говорило. Хотя нет — на флаконе бальзама… — Это человек, создавший почечный бальзам? Вытяжка из листьев олеандра, ментоловое масло, древесный уголь, хлорид кобальта, окись цинка… — Силы покинули его, и он замолчал.
— Использование последних достижений науки может обратить вспять процесс обращения вещей в свои предшествовавшие формы. «Убик» продается во всех хозяйственных магазинах Земли по общедоступным ценам. Предназначен только для наружного применения. Загляните за ним туда, где вы обычно совершаете покупки, мистер Чип.
— Заглянуть — куда? — Джо окончательно пришел в себя. Он с трудом поднялся на ноги. — Вы ведь из девяносто второго года. То, что вы процитировали, взято из рекламного ролика Рансайтера. — Вечерний ветер обдувал и раскачивал его, и казалось, что еще немного — и его просто унесет куда-нибудь. Он сам себе казался кучей тряпья, которая каким-то чудом сохраняет форму человека.
— Да, мистер Чип, — девушка вручила ему сверток. — Вы вызвали меня из будущего, когда там, в аптеке, пытались преодолеть регресс. Я прибыла прямо с фабрики, мистер Чип. Если вы слишком слабы, я могу распылить препарат, хотите? Я официальный представитель фирмы и технический консультант. Я знаю, как его применять.
Она осторожно вынула пакет из его трясущихся рук, разорвала упаковку и направила на него струю «Убика». В сумерках баллончик блестел, буквы счастливо сверкали…
— Спасибо, — сказал он немного погодя.
— Вам лучше?
— Да. Да, конечно.
— На этот раз потребовалось гораздо меньше препарата, чем тогда, в гостинице. Вы потеряли меньше сил. Того, что осталось в баллончике, вам хватит до утра.
— А потом? Смогу я раздобыть еще?
— Ну конечно же. Раз уж сейчас у вас получилось вызвать меня сюда, то почему не получится снова? Теперь вы знаете, как это делать. — Девушка медленно отступала в тень.
— Что такое «Убик»? — спросил Джо, желая, чтобы она задержалась.