Убежим вместе!

Филдинг Лиз

– Чтобы убедить его не жениться на мне, да? У вас ничего не выйдет.

– Неужели? – На какое-то мгновение ему хотелось ей поверить. Но тут вмешался здравый смысл. – Если вы так уверены в этом, Эмми, то вам нечего беспокоиться, поговорю я с ним или нет. Если он любит вас, ничто из предложенного мною его не переубедит.

– Мой отец считает, что всему есть своя цена.

– И вы с ним согласны? А что, если Фэрфакс докажет обратное?

Броди буквально разрывался на части: одна, назло Джералду Карлайзлу, хотела, чтобы Фэрфакс

не уступил никаким уговорам, другая, более настойчивая и уверенная, сильно сомневалась в том, что Эмеральде стоит выходить замуж за этого человека. Окинув взглядом роскошно обставленную гостиную, с нежно-голубыми обоями на стенах и старинными безделушками на столике, он подумал, что Фэрфакс должен быть сумасшедшим, чтобы отказаться от ста тысяч фунтов стерлингов. Как минимум!

Он обернулся и посмотрел ей в лицо.

– Знаете, Эмми, если вы хотите срочно пожениться, вам было бы гораздо проще получить разрешение на брак здесь, в Лондоне. Вы смогли бы пожениться за три дня, никто бы и оглянуться не успел.

– Я хочу настоящую свадьбу, – сердито ответила она. – В приходской церкви, и чтобы там присутствовали все. В том числе и отец.

– Вы серьезно? – А почему, собственно, он в это не верит? Может быть, потому, что Эмеральда Карлайзл вообще не похожа на обычную девушку? Но даже любая необычная девушка хочет, чтобы у нее была настоящая свадьба, со свадебным платьем, фатой и так далее. – А почему тогда вы не попросили Кита встретиться с вашим отцом?

Она сердито пожала плечами.

– Сначала надо все подготовить. А Кит хотел продолжать работу.

– Что может быть важнее, чем произвести хорошее впечатление на будущего тестя? – хмыкнул он. Эмми ничего не ответила на этот выпад. Он добавил:

– А вам известно, что, прежде чем пожениться, вам придется прожить во Франции не меньше месяца?

– Как месяц?! Я не знала…

– И приготовить целую гору документов, причем на французском языке.

– Не надо пугать меня этими юридическими ужасами. Броди. Мы все уладим.

– Очень может быть. Но тем временем я его обязательно найду, так что не проще ли вам сказать сразу, где он?

– А если я не скажу?

– Тогда мне придется отвезти вас обратно в Ханиборн и препоручить вашему отцу, а он-то, думаю, будет теперь очень хорошо за вами присматривать. Я могу просто позвонить ему, и он примчится сюда сам и избавит меня от лишних хлопот.

– А я скажу, что вы помогли мне сбежать.

– А я скажу, что вы угнали мою машину, когда я остановился на заправке.

– Это же ложь!

Беспощадная улыбка появилась на лице Броди.

– Знаю. Но как вы думаете, кому он скорее поверит? – (Эмми яростно уставилась на него.) – Вы же должны понимать, что я не могу взять на себя ответственность за ваш побег… – Он немного помолчал, потом махнул рукой, видя, что она упорно отказывается говорить, где ее жених. – Нет? Ну что же, конечно, Франция – страна не маленькая,

и потребуется несколько дней на поиски. А вам в это время будет гораздо удобнее дома, в детской, за запертой дверью.

Эмми фыркнула. Конечно, внезапное появление Броди выбило ее из колеи, но, в конце концов, не такая уж это проблема. Она не против, чтобы он разыскал Кита, но не раньше, чем она сама с ним поговорит.

– Есть одна идейка, – произнесла она. – Я не скажу вам, где Кит. Я сама отвезу вас к нему. – (Ответом был оглушительный хохот Броди.) – Честно…

– Честно? Так же как «я не причиню вам никакого беспокойства, честное слово»?

Эмми почувствовала, что краснеет. Второй раз за день: Броди становился серьезной проблемой.

– Мне очень жаль, что пришлось взять вашу машину, правда. Но не надо винить меня за это. Я увидела, что вы разговариваете с кем-то по телефону, и подумала, что вы решили сказать отцу, где я…

–..и оказаться вместе с вами в весьма неприятной ситуации?..

– О! – Она задумалась. – Так, значит, вы звонили не моему отцу?

– В тот момент мне это не показалось хорошей идеей. Но не могу обещать, что и дальше буду столь же великодушен.

– Тогда кому вы звонили?

– Одному человеку, который, как я надеялся, знает, где сейчас Фэрфакс.

– То есть тому противному сыщику, которого отец нанял, чтобы следить за каждым, кто посмотрит на меня более двух раз?

Броди не стал ни возражать, ни соглашаться. Но Эмми показалось, что в его глазах мелькнуло сочувствие. К тому же он не звонил отцу. Может быть, этот человек и заставлял ее краснеть, но, несмотря ни на что, он настоящее сокровище, подумала Эмми. Которое не мешает прибрать к рукам.

– И что же? – спросила она. – Он знает, где Кит?

– Нет, но, к счастью, ваш портье там, в холле, не знал, что о вашей поездке надо помалкивать. Юг Франции – это все-таки меньше, чем вся Франция.

Эмми должна была признать, что проявила ужасную беспечность. Но к тому времени, когда Броди мог бы это узнать, она была бы уже далеко…

– Неужели вы намеревались прочесывать всю Францию?

– Я хочу выполнить свою работу, а вам на время поисков лучше побыть в Ханиборне. Могу я воспользоваться вашим телефоном?

Губы Броди сложились в широкую, обвораживающую улыбку, и у Эмми внутри что-то дрогнуло. Слегка. Что же такого в этом человеке? Может быть, дело в том, что он не дал обвести себя вокруг ее тонкого пальчика? В том, что в нем был какой-то вызов? Эмми обожала принимать любой вызов и поклялась себе, что, когда настанут лучшие времена, в их поединке он окажется на лопатках. Но не сейчас. Сейчас гораздо важнее было убедить его, что она совершенно искренна.

– Я сделаю, что говорю. Броди. Я отвезу вас к Киту, и вы сможете высказать ему свои предложения. Но одно условие: обещайте, что, если он отклонит их, это будет окончанием вашей работы.