Убей, если предам
Шрифт:
— Ну что, — спросила я, скривившись от боли. — Убьешь меня? Вроде «не доставайся же ты никому»?
Влад сплюнул в мою сторону.
— В нашем случае, милая, правильнее сказать «пристрелить крысу».
— Как поэтично…
— Ага, — хмыкнул Влад. — И главное, прямо в точку.
В комнате раздалось несколько громких хлопков. Выстрелы, подумала я, вспомнив за минуту до того, как потерять сознание, знаменитое «стреляли» из «Белого солнца пустыни». Ага, стреляли. Стреляли
Почти сразу после этого всё стало сливаться и уплывать куда — то далеко, но я всё же успела различить ещё несколько отдельных фраз.
— Добить её Влад?
— Нет, пускай подыхает медленно. Дадим гниде помучиться.
— Как скажешь…
Я поняла, что меня оставят на этой тихой дачке, про которую страхующие ребята наверняка не знают. Влад не дурак, и если он оставил меня в живых, значит, не боится. А ещё это означает, что раны наверняка серьезные. И если в кратчайшие сроки я не попаду в больницу….
Несколько раз я теряла сознание, несколько раз приходила в себя, хотя сознанием это назвать было трудно. Честно говоря, я не очень запомнила всего происходящего. Только невероятно холодную осеннюю траву и желтые листья на ней. Я ползла по этой траве. Долго — долго ползла.
Пришла я в сознание только в больнице. Кирилл сидел возле моей кровати. Заметив, что я открыла глаза, от тут же взял меня за руку.
— Привет, — широко улыбнулся друг детства. Слишком широко, на мой взгляд.
— Не переигрывай, — нахмурилась я. Кирилл занервничал.
— Прости меня. Я виноват. Такого не должно было случиться.
— Проколы бывают везде.
— Я же втравил тебя в это дело.
— Прекрати, — поморщилась я. — Меня раскрыли потому что раскрыли. Возможно, была утечка информации.
И я присутствовала при ней, — подумала я, решив поначалу не раскрывать всей козырей.
— Не возможно, — нахмурился Кирилл. — Точно была.
— Вот видишь, — успокоила я друга. — Ты тут совершенно не причём. Скажи, а кто меня привез в больницу?
Кирилл вздохнул.
— Тебя нашли жители небольшой деревеньки. Ты ползла по траве со стороны лесных коттеджей. Они нашли тебя, когда ты была уже без сознания.
— То есть в больницу меня привезли как неустановленное лицо. Документов — то при мне не было.
— Если ты думаешь, что Влад не знает про твое спасение, то вынужден огорчить. Наверняка ему уже доложили…Насть тут такое дело. — Кирилл замялся. — Операция наша накрылась.
— То есть?
— То есть самое большое наше начальство, можно сказать самые верхи, приказало уничтожить все данные по делу Шимова и его компании.
Я остолбенела.
— То есть как? Этот человек преступник.
—
Я закашлялась.
— Хорошие новости, ничего не скажешь. То есть всё дело развалили.
— Да. Конечно, мы всё же можем попробовать его посадить. Он ведь тебя чуть не убил. Когда ты дашь показания против него…
— Нет.
— Что, прости? — не понял Кирилл. — Конечно, много ему не дадут. Но даже генералы не смогут отмазать его совсем. У меня есть выходы в генпрокуратуру, если что, попрошу вмешаться дядю.
— Нет, — снова сказала я. — Я не буду свидетельствовать против Влада.
— Что ты такое говоришь? — наконец — то услышал меня Кирилл. — Ты понимаешь, что ты говоришь??? Или он тебе мозги в этом лесном коттедже окончательно отбил?
— А у меня палата одноместная, — неожиданно заметила я.
Кирилл сразу же сник, потеряв боевой запал.
— Ты постарался?
Кирилл кивнул.
— Как только узнал. До этого ты в общей лежала.
— Ну, это понятно.
— А за дверью палаты дежурит милиционер. Но ты не ответила…
— А что я могу тебе ответить? Ты ведь знаешь, почему он в меня стрелял. И я… — тут я проглотила горький ком, стоящий в горле. — Я это заслужила. Я предала его ради своей работы, ради закона.
— Только не говори, что ты раскаиваешься.
— Не знаю. Я пока слишком слаба, чтобы что — то понимать.
— Ты же самая принципиальная была в академии, — сокрушаясь, покачал головой Кирилл. — Не надо было тебе с ним спать.
— Извини, что не оправдала твоих надежд. Но ты ведь не скажешь, что не догадывался об этом.
— Нет, конечно, — отвел глаза Кирилл. — Но я думал, что это несерьезно. Агенты часто спят с объектами разработки, в этом нет ничего нового.
— Ты что, подсылал меня с целью охмурить Шимова?
— Да нет конечно. Мне нужен был в группировке свой человек. Ты подходила идеально. Юрист, училась в московской академии И даже за рубежом. После академии пять лет прожила в Москве и вот, наконец, решила перебраться в родной город. Отличная анкета, отличный послужной список.
— И отличный липовый повод вернуться, — фыркнула я. Кирилл улыбнулся.
— Ну да, только про это знало очень мало людей. Ты была идеальным кандидатом для внедрения. Операцию готовили с особой тщательностью, поэтому нам было так важно выбрать правильную кандидатуру. Неважно, мужчину или женщину. Я, кстати, совершенно был уверен, что между вами отношения не сложатся.