У забора

Уэст Кейси

– Ты мне не сестра, Чарли. И они это знают. Они очень тебя защищают. Больше, чем ты думаешь.

– Что это значит?
– Прозвучало очень загадочно.

– Ты сказала, что это наша альтернативная реальность, верно? Где мы можем говорить все, что угодно?

Я насторожилась.

– Да.

– Мне нужно тебе кое-что сказать... думаю, это может помочь...
– Он замолчал.
– Но говорить это я должен глядя тебе в глаза.

Не дожидаясь моего ответа, он перепрыгнул через забор, и его бестелесный голос превратился в реального человека. Теперь я поняла, почему его голос звучал так безэмоционально. Все эмоции были заключены в глазах. В них было столько пыла, что мое сердце подскочило в груди.

Я встала, прислонившись спиной к забору.

– Ничего себе, ты должен профессионально заниматься прыжками в высоту. Ты когда-нибудь пробовал прыгать в школе?

Может, если я притворюсь, что это нормально, мое сердце перестанет вырываться из груди. Я не хотела, чтобы все изменилось. Не хотела, чтобы он сказал мне то, из-за чего сейчас стоял напротив меня с огоньком в глазах. Он был моим другом. Нет, моим лучшим другом. Слишком многое было поставлено на карту.

– Нет. Не пробовал.

– А должен, с таким-то прыжками. Этот забор, сколько, восемь футов в высоту, конечно, я не знаю, подпрыгнул ты с земли или с чего-то еще...

– Чарли.

– Чтобы перепрыгнуть, ты уперся одной ногой в забор или опирался на руки? Потому что...

– Пожалуйста, Чарли, я больше не могу держать это в себе. Ты должна знать.

– Остановись. Я не хочу знать.
– Я прикрыла глаза руками. В последнее время в моей жизни было слишком много перемен, и мне не хотелось добавлять в этот список еще и его.

Брейден схватил меня за запястья, убирая руки с глаз.

– Не прячься от этого. Ты уже знаешь. Ты должна знать.

– Ничего я не знаю.

– Подумай, Чарли.

Он отпустил мои запястья, но я так разнервничалась, что просто нуждалась в опоре, поэтому положила обе руки ему на грудь. Сквозь тонкую ткань я почувствовала его грудные мышцы и дико бьющееся сердце.

– Ты знаешь.
– Это был не вопрос.

– Думаю, да, но не хочу знать.
– Я не хотела потерять его как друга. Не тогда, когда я больше всего в нем нуждалась. Сейчас в моей жизни было все кувырком. Я уже не знала, кто я. Я словно была потеряна. И это было несправедливо по отношению к нему. Сейчас было не время выяснять, что я к нему испытывала, ведь я даже в себе не могла разобраться.

– Сейчас самое время. Ты повзрослела. Это тебе поможет. Они считают это плохой идеей, но ты сильная, я знаю, ты справишься.

Теперь я была в замешательстве.

– Кто считает это плохой идеей?

– Твои братья.

– Это их не касается.

– Конечно, касается.

–

Они не могут заставить тебя перестать испытывать ко мне чувства.

Он замер в полукивке.

– Что?
– На его лице мелькнуло смятение, а затем сменилось проблеском понимания. Он отступил назад, и мои руки соскользнули с его груди.
– Я... нет. Я не это хотел сказать. Ты думала, я собирался сказать тебе это?
– Он поднес руку ко лбу.
– Черт, прости. Нет, я хотел сказать совсем другое...

Я закрыла глаза и ударила руками по бедрам.

– Я такая идиотка, - сказала я, нервно хохотнув.
– Хорошо, что это произошло в нашем вымышленном мире, завтра хоть не будет так невероятно неловко.
– Обошла его и направилась к дому.

– Нет, подожди, Чарли. Пожалуйста.

Не оборачиваясь, я помахала ему на прощание и закрыла за собой дверь. Разумеется, я не нравилась Брейдену в этом плане. Я была его приятелем, его другом, его сестрой. Крепкой девчонкой, которая занималась спортом. И парню я могла понравиться только с толстым слоем косметики на лице. В любом случае, это не имело значения, ведь Брейден мне тоже не нравился в этом плане. Ну, возможно, всего секунду, но он только что сделал так, чтобы было легче противостоять этим чувствам.

ГЛАВА 21

На следующий день и днем после Брейден к нам не приходил. Наш дом еще никогда его так долго не видел. Совершенно очевидно, что он меня избегал, и это меня вполне устраивало, ведь я тоже его избегала. Я чувствовала себя полной идиоткой. Думала, через пару дней это пройдет, однако все стало только хуже - чем больше времени проходило, тем глупее я себя чувствовала. Интересно, что он хотел сказать мне той ночью? Почему я его не выслушала? Может, потому, что не хотела знать. Брейден выглядел таким серьезным. Что, если он уговорил маму уйти от отца и сейчас уезжал вместе с ней? Ужасная мысль. Я не хотела, чтобы Брейден уезжал. Нет. Это эгоистично. Если это сделает его счастливее, тогда, конечно, ему следовало уехать. От этой мысли мое сердце сжалось.

Я пыталась избавиться от напряжения с помощью бега, иногда предаваясь ему даже дважды в день. Было здорово открыть легкие и позволить ногам исчерпать бурлящую во мне энергию. На четвертый день после "постыдного разговора" я, завершив долгую пробежку, вошла в кухню и увидела сидящих у кухонного островка Брейдена с Гейджом.

– Привет, лузеры.
– Я спокойно могла притворяться, будто ничего не произошло. В конце концов, это был всего лишь разговор у забора. Я взяла из холодильника бутылку холодной воды и сделала несколько больших глотков.

– Мы с Брейденом только что обсуждали, что "Патриоты" взяли Амендолу. И я думаю, теперь это самая сильная команда в Лиге, благодаря дуэту квотербек-ресивер, ведь это сродни дуэту Монтана-Райс. Однако Брейден считает, что дуэт Роджерс-Кобб по-прежнему самый сильный. Разреши наш спор.

– Вы оба неправы. У "Денвер Бронкоса" есть Мэннинг. Конец истории.

– Один человек не делает всю команду.

– Делает, если это Мэннинг.