У всех свои муравьи
Шрифт:
– Ой, вы только гляньте сюда! – восклицает досрочный пенсионер Йоханн Г., который не верит, что считающийся больным Йозеф К. сумеет выиграть в популярную среди завсегдатаев кафе «Михель» бауэршнапсер [9] всего с тремя козырями.
– Ничего, ты еще поглядишь! – уверенно заявляет Йозеф К. в ответ на замечание Йохана Г., потому что не сомневается, что выиграет с тремя козырями.
– Чего глядите как олухи! – Йозеф К. После того как выиграл игру.
9
Карточная
– Глядите-ка! – с характерным для моралистов нелицеприятным оттенком в значении: «Этого я не ожидал».
– Поглядите на него! – с налетом характерного для святош наигранного подобострастия в значении: «Этого я от него не ожидал».
– Глядите, что вытворяет! – таксист о манере вождения хозяина проезжающего мимо автомобиля.
– Нет, ну вы поглядите на этого идиота! – таксист с негодованием во второй раз комментирует вождение того же самого автомобилиста. – Вы поглядите… — произносит таксист еще раз, вылезая из машины.
Признавшиеся в ковырянии в носу
Чем занимаются немецкие мужчины за рулем, чтобы скоротать время? Такой вопрос задал своим читателям журнал «Плейбой», заранее предчувствуя, что часть опрошенных – таковых набралось три процента – признаются, что они «щупают» сидящую на «соседнем сиденье даму».
Тем не менее каждый восьмой немец за вождением убивает время размышлениями. Наиболее склонными к задумчивости оказались мужчины за пятьдесят, тогда как молодые обычно заняты «флиртом с автоледи, управляющими соседними автомобилями», что делает более зрелых автовладельцев еще более задумчивыми. Два процента немцев сознались, что используют время за рулем, чтобы ковыряться в носу. Неужто падет последнее упрямое табу?
Все мы знаем: мужчины становятся любителями поковыряться в носу, как только осознают у себя наличие ноздрей (и пальцев). Мотивом служит разносторонность их натуры: охотничий инстинкт, пытливый ум, жажда свободы, побуждение наводить вокруг чистоту, страсть к собирательству. Однако благородный мужчина всегда ковырял и молчал. Он копал в непознанных глубинах носа, скреб вслепую в темных каналах, выуживал наугад. А когда его застигали за этим занятием, он непреклонно отрицал. Любовные связи на стороне? Да, это он признавал. Ковыряние в носу? Никогда!
И вот впервые мы услышали признание – от немецких автолюбителей! Что-то мне подсказывает, за этими двумя процентами прячутся гигантские цифры, не поддающиеся статистическому учету. Но начало положено. У ковыряльщиков в носу пробудилось чувство собственного достоинства, и общество не вправе его игнорировать. Наступит день, когда они откроют нам секрет, что делают с тем, что нашли.
Забудьте про зонты!
Вчера с самого утра зарядил беспросветный дождь. Здравомыслящий человек и собаку в такую погоду из дома не выгонит, не то чтобы самому выходить. Но, как ни странно, безрассудство одолело здравомыслие широких масс. Всем понадобилось куда-то бежать. Все под зонтами.
Зонты бывают черными, белыми, красными, полосатыми, в крапинку и в клетку. Есть складные дамские зонтики, есть зонты, специально приспособленные под размер портфелей-дипломатов – для тех, кто держит сбережения в банке. Нажимаешь на кнопку, металлическая конструкция раскрывается, и вот уже зонтик над твоей головой. Когда мы первый раз в сезоне пытаемся под дождем открыть зонтик автоматически, что-то в его каркасе защемляется, и мы вынуждены спрятать
Но нет такого зонта, который бы безупречно делал то, что ему положено: укрывал бы от дождя. Наоборот, зонты как будто притягивают дождь. Нигде так не промокнешь, как под старым зонтом. И тот, кто не расстанется с ним вовремя, рискует насквозь промокнуть. Итак, выбросите его! Или поставьте к стенке. Забудьте про него. Ни для чего другого они не годятся.
Хотим грунтовые дороги!
Писать о сенсациях не наш стиль. Но в этот раз мы не могли умолчать. И вынудило нас нижнеавстрийское [10] радио «Ландескорреспонденц». Его передача на актуальную тему буквально взорвала линии связи. «В прошлую субботу, – говорилось в передаче, – в Грюнау была открыта шестикилометровая грунтовая дорога!»
10
Нижняя Австрия – земля и историческая область в Австрии.
А мы все печемся о пенсиях, о курсе евро, о реформах, сокращениях бюджета, убытках, урезании зарплат, закрытых предприятиях! Сколько можно! Нам хочется улучшения качества жизни. Мы хотим слышать о запусках новых объектов! Это не обязательно должно быть очередное новое здание. И нельзя все время увеличивать число выставок, поскольку для них просто-напросто не хватит экспонатов. Время для открытия каждый день все новых эротических ярмарок тоже пока что не пришло. Асфальт терпелив и открывает новые возможности. Новые участки автобанов – хорошо. Новые участки федеральных дорог – отлично. Новые повороты на федеральных дорогах – прекрасно – славно. Однако нам хочется особенного: нам хочется грунтовых дорог.
«Грунтовые дороги – артерии жизни», – это говорит не кто-нибудь, а глава земельного правительства. И сказал он не где-нибудь, а непосредственно на открытии грунтовой дороги в Грюнау, сделав этот «рыбачий угол» доступным для иностранных туристов.
Длина дороги всего шесть километров. Здесь мы не можем удержаться от критики, за что заранее просим прощения. Не было ничего – и вдруг целых шесть километров грунтовой дороги! Расточительность впечатляет! Требуем открытия дорог по одному километру за раз. Нам нравится близкая к народу политика малых шагов.
Белые чепцы
Дорогая тетя Анна! Ты знаешь, как мы тебя любим, и любим такой, какая ты есть (ты нам все равно не оставила выбора). Ты будто живешь в другом времени и не желаешь выходить из него ради нас.
Ты готовишь полдники с такой любовью, ты хвастаешь целую неделю приготовленным твоими руками бисквитным рулетом, прежде чем им угостить. Естественно, мы принимаем во внимание твое слабое сердце и из солидарности пьем твой не содержащий кофеина кофе, который ты подаешь с подслащенными взбитыми сливками. Другого у тебя так и так не получишь. Мы радуемся, что между жалобами на ишиас, ревматизм, а то и на оба заболевания одновременно ты иногда проявляешь интерес и к нашим проблемам, хотя с твоим слухом ты все равно улавливаешь только выборочно. Мы удивляемся твоей крепости, нам импонирует твое умение приспосабливаться к моде (к моде пятидесятых годов).