У кота четыре лапы
Шрифт:
Его чего сегодня колбасит? Ну, видел он сон! Милка говорит, что сон, если он плохой, то его лучше не вспоминать. Мигунов и рад бы не вспоминать, но в том сне была Тишка! Как он может не вспоминать о дочери. Снежана толкнула любовника в бок. Клубнику она проглотила. Не дождалась ответного жеста, так сказать.
Пришлось в одну харю… Надо сказать, свидание сегодня совсем не задавалось. Снежана пропеллером вертелась и перед ним, и над ним, и под ним…Но Мигунову почему-то было совсем не до любовных утех. Ради чего, приехали, по-любому,
Потом любовники лениво плескались под душем, пили кофе, потому что от шампанского мог остаться запах, а Мигунов за рулём. Так-то, Игорь Владимирович никого не боится. Друзей в органах хватает, один Зельдин чего стоит. Как-никак, а обладатель артистической фамилии, к тому же друг детства и одноклассник, Сашка Зельдин работает в прокуратуре.
Зам прокурора, это тебе не хухры-махры. Тем более, что есть все шансы вскоре стать прокурором города. Сам прокурор скоро на заслуженную пенсию, а он своему заму он очень даже благоволит. И наверху, кому надо, Зельдин тоже по всем статьям подходит. Так что…не долго ждать другу Сашке повышения.
А честно, он всё это заслужил. На своём месте одноклассник, как не крути. Мигунов высадил Снежану у Торгового дома, и вернулся на работу. Почему-то ему казалось, что он там непременно сегодня понадобится. А предчувствие его ещё ни разу не подводило. Распахнул дверь в приёмную.
Алина вскочила.
–Ой, как хорошо! Игорь Владимирович, я Вам звонить собиралась. К Вам скоро с шахты приедут. Велели…
Споткнулась и быстро исправилась.
–Просили предупредить Вас.
Мигунов кивнул.
–Спасибо. Я у себя. И это…чаю крепкого сделай.
Алина вскочила.
–Конечно. Пять минут. Пирожное будете?
–Буду.
После чая, странно, но Мигунова разморило. Он откинулся в кресле. Подремать, что ли…кресло большое, мягкое, удобное. Значит, так… сесть вполоборота, если что, он думу думает, а не спит на рабочем месте. Когда в приёмной услышал шум, открыл глаза. Глянул на часы, висевшие напротив.
Ничего себе, целых пятьдесят минут хорька давил. Расправил плечи. Славно отдохнулось, теперь можно и поработать. Работа затянулась на три с лишним часа. Он даже Алину отпустил, потому что давно рабочий день закончился. Зато у начальства рабочий день ненормированный. Тем более, что вопрос был наисерьёзнейший.
Пришлось даже самому Ивану Васильевичу звонить, чтобы потом тому не пришлось мигуновские косяки исправлять. А Иван Васильевич своего зама внимательно выслушал и одобрил все действия Мигунова. Всё правильно Игорь Владимирович делает. Ну, так! Не зря высокое кресло занимаем.
Мигунов гостей выпроводил, тупо потаращил глаза на стену напротив, вздохнул и направился к выходу. Пора домой. И так, можно сказать, день был очень насыщенным. Пока добрался домой, расклеился совсем. Милка с ужином сильно к мужу не приставала. Типа, захочет, сам поест.
Ага! Щ-щаз! Размечталась! Мигунов
Подняла глаза на отца.
–Привет, папуль.
Не вынимая наушника, махнула рукой.
–Спокойной ночи.
Мигунов согласно кивнул. И тебе спокойной ночи, малышка. Осторожно прикрыл дверь. Обернулся. Дочка мотала головой из стороны в сторону, отец хмыкнул. Музыку любимое чадо слушает. Интересно, какую? Наверное, Бузову.
На кухне присел за стол.
– Я готов.
Милка живо расставила тарелки, подняла глаза.
–А?
Мигунов кивнул.
–Наливай.
С удовольствием принял рюмку с коньяком, залпом выпил, в этот раз не смакуя.
–Спасибо.
И принялся за еду. Ел долго с удовольствием, отставил в сторону тарелку и вдруг вспомнил.
–Мил…я сегодня сон видел. Тишка куда-то с вещами собралась.
Лицо Милы покраснело. Она села напротив.
–Ну-ка…рассказывай.
Игорь наморщил лоб.
–У подъезда сумки. Много сумок. И Тишка…говорит, я уезжаю.
–Уехала?
–Ты знаешь…не помню. Или проснулся. Но весь день настроение неважное было. Предчувствие какое-то…
Мила вздохнула.
–Не очень хороший сон. С сумками…уезжает.
Решительно поднялась.
–Хорошо, что проснулся. Значит, она никуда не уехала.
Мигунов согласился.
–Хорошо. Рано ей из родного дома уезжать. Маленькая она, пусть у мамки с папкой пока под крылом…
Обнял жену.
–Пошли спать, хозяюшка. И это…
Чмокнул Милку в щёку.
–Спасибо. Всё было очень вкусно.
Весна в этом году радовала глаз, почки нахально топорщились и старательно пытались вытолкнуть яркую зелень наружу, солнце светило необычно ярко и от того в душе буйным цветом расцветали цветы. Радовало буквально всё вокруг. Хотелось громко петь, но на ум шёл только вальс цветов.
Мигунов даже стих про кота, у которого в наличии были не только все четыре лапы, но и пушистый хвост, пытался пропеть на мотив этого вальса. Куда-то на нет сошёл роман со Снежаной. Вот, прямо так, взял и сошёл. А может, её дурацкая выходка разом отвратила Мигунова от любовницы.
Снежана завела себе кота и назвала его Тишкой. Вот, сучка! Мигунов счёл это оскорблением и тут же немного отретушировал любовнице макияж. Та пообещала накатать заявление в полицию, но так и не сделала этого. Поняла, что ничего она этим не добьётся. Наверное, потому что своего автографа Мигунов на лице ей не оставил.
Синяк доказательством не считается. Не фирменное, если что, клеймо. Дни бежали один за другим, закончился учебный год. Кристинка сдавала экзамены, и все домочадцы молились за хорошие оценки. Видимо, усердно молились, потому что оценки были замечательными. Мигунов тут же купил дочке новый смартфон.