Тюремщик
Шрифт:
А тьмы вокруг постели Армана становилось все больше. Сам он вдруг глухо вскрикнул, выгнулся – и снова рухнул на кровать, забился в конвульсиях. Внезапно все затихло. Только что тюрьма выла и ревела,и вот наступила тишина. Иден вытирал рукавом тюремной робы вспотевший лоб, нож выпал из его пальцев и глухо ударился об пол.
– Подействовало?
– с надеждой спросила я.
– Да, - глухо ответил Иден, а Арман открыл мутные от боли глаза.
– Лейтон?
– проговорил изумленно. – Какого черта?
– Сказал
– Счастливо оставаться, господин тюремщик, Розалин. Если что, я у себя.
И вышел из омнаты. Только я видела, что сразу за дверью начинаются ступеньки, круто уходящие вниз. Тюрьма привела сюда Идена, она же и увела.
– Что это значит, Розалин? – Арман приподнялся на локте, но ответить я не успела, потому что в комнату ворвался Шелли.
– Папа! Папочка! – вскрикнул малыш и почти упал на Армана. Тот сдавленно охнул – видимо, хорошенько получил локтями сына по ребрам.
– Шелли, что за манеры?
– проговорил с едва заметной улыбкой.
– Я думал, ты тоже станешь духом.
И Шелли глухо всхлипнул, а Арман крепко обнял сына и прижал к себе. Следом за Шеллом появился Брист. Он опустил морду на постель и дождался, пока хозяин потреплет его по ушам.
– Уже так поздно.
– Арман взглянул на часы.
– Тебе давно пора спать, Шелли. Мигом в постель!
– Но папочка…
– Будешь спорить?
– Нет, – насупился Мишель.
– Розалин, убедись, что он лег, - попросил тюремщик, и я пошла за Шелли в коридор. К нам тут же присоединился Джесси. Как бы мне хотелось, чтобы Арман позволил ему остаться и учить Шелли! Но я понимала, что тюрьма вряд ли это позволит. Она и так уже слишком недовольна самоуправством и своеволием своего тюремщика. А рисковать жизнью Армана больше нельзя, в следующий раз все может закончиться гораздо хуже.
Мы с Джесси уложили Шелли спать.
– Ляжешь в гостиной? Или пойдешь в мою комнату? – спросила я брата.
– Лучше в гостиной, – ответил Джейсон. – Оттуда ближе к спальне Шелла. Если что, услышу.
А они подружились за эти страшные дни. И даже Брист привык к Джейсону. Вот и сейчас пес крутился рядом с нами, а потом лег у постели Мишеля, охраняя его сон. Джесси пошел в смежную гостиную, а я вернулась к Арману.
Тюремщика не было в комнате. Я различила звук льющейся воды,и постель уже была застелена чистым бельем. Откуда у него только силы взялись? Но Арман Ферри, видимо, действительно был несгибаемым человеком. Десять минут спустя он появился из ванной. Его волосы были влажными от воды, чистую рубашку я заметила на кровати, а на самом мужчине были только штаны. Он явно не ожидал мeня увидеть в своей спальне.
– Прошу прощения.
– Арман подхватил рубашку.
– Ничего страшного, – ответила я. – Решила убедиться, что тебе действительно лучше.
– Лучше, - кивнул мой сладкий и страшный сон. – Может, объяснишь,
– Его привела тюрьма, когда твое зелье закончилось и не подействовало, – ответила я.
– Надо же… Я думал,тюрьма с радостью меня добьет.
– Видимо, не все так просто.
Я улыбнулась. Арман поймал мой взгляд и улыбнулся в ответ.
– Спасибо, - сказал он.
– Как Тайнеке и Лиси? Все получилось? Они не стали снова бестелесными?
– Они в порядке. Помогали мне ухаживать за тобой. И, кстати, мой брат тоже здесь. Духи позволили ему присматривать за Шелли, пока я была с тобой.
– Бардак, – вздохнул Арман, взял со стола графин с водой и долго пил прямо из горлышка. – И все-таки зря Иден вмешался. Я и так далеко не светлый маг, нечего было вливать в мое тело столько тьмы. Теперь у меня такое чувство, что смогу оббежать Атеррас с десятого нижнего до десятого верхнего на скорость.
Он еще может шутить! Но было заметно, что Арману действительно лучше. Егo лицо уже не было таким смертельно бледным, и сил умыться хватило. Видимо, ритуал Идена подействовал как надо.
– Я рада, что ты поправился, – сказала ему, подходя ближе.
– Это было очень страшно! Не делай так больше.
– Хорошо, что я почти не помню эти дни. – Арман протянул руку и осторожно убрал локон с моего лба. – Я очень благодарен тебе, Розалин. И за меня, и за Шелли. Он, наверное, очень испугался.
– Да, очень. Даже Брист дрогнул.
Арман тихонько рассмеялся, а затем вдруг наклонился и поцеловал меня. Я почувствовала, как вспыхнули щеки, но отстраняться не хотелось. Поэтому вместо того, чтобы напомнить кое-кому о приличиях, обвила руками его шею и прижалась всем телом, растворяясь в чужом тепле.
– Розалин!
Теплое дыхание защекотало шею и лицо. А мне хотелось большегo. Хотелось, чтобы весь кошмар последних дней улетучился. Поэтому, когда руки Армана скользнули сначала на спину, а затем ниже, я даже не сопротивлялась. Только целовала и целовала, ловила дыхание, пахнувшее зубным порошком, растворялась в ласке, гладила сильные плечи и позволяла ласкать в ответ.
– Рози,или останови меня, или…
Голос Армана звучал глухо.
– Или, - ответила я,и тюремщик опустил меня на крoвать. Он действовал быстро, будто опасаясь, что передумаю. Распустил шнуровку платья, накрыл губами грудь. Я сдавленно охнула и подалась навстречу. Только бы он не останавливался! Еще, еще… Сама снимала с рмана едва наброшенную рубашку, гладила плечи, руки,торс. Казалось, что он весь состоит из сплошных мышц.
На миг пришла мысль: « что же я делаю?», но стоит ли думать об этом в стенах Атерраса? Мира за ними будто не существовало: с его приличиями, законами, догмами. Были только я и Арман. И мне не нужен был никто в целом мире, кроме него. Наши тела сплетались, становились единым целым.