Тюр
Шрифт:
— Ну, — сказал он, откидываясь на спинку дивана и увлекая её за собой. — В какой-то момент нам придется разбираться и с божественными делами. Хочешь разделить это со мной?
Когда она начала открывать рот, Тюр предупреждающе поднял палец.
— … Хорошо подумай, прежде чем отвечать, — предупредил он с лёгкой ухмылкой. — Ты думаешь, что люди сумасшедшие? Подожди, пока не познакомишься с моей семьей.
Как будто задумавшись об этом, он пожал плечами.
— Хотя мои братья оба женаты на человеческих женщинах, и как ни странно, это, похоже,
— Званый ужин? — она засмеялась, запустив в него подушкой. — Ты не шутишь?
— Никак нет, — сказал Тюр, и часть юмора испарилась из его глаз. — Локи и Тор настаивают на встрече с тобой. И я думаю, Сильвия и Лия, их жёны, всегда будут рады другой смертной приятельнице по несчастью, ведь они застряли с моими братьями.
Марион рассмеялась, снова ударив его подушкой.
— Значит, ты заставляешь меня иметь дело и с человеческими проблемами, и с божественными? — фыркнула она, снова ударяя его жёлтой подушкой с кисточками. — Кто бы сомневался.
— Они и правда доставляют тебе столько неприятностей? — спросил Тюр более серьёзным голосом. — Люди твоего отца? СМИ?
Марион глубоко вздохнула, позволив себе откинуться на диван и прильнуть к Тюру. Она устроилась поудобнее и снова вздохнула после того, как он обнял её одной рукой, сжав плечо и стиснув в объятиях.
— Сейчас уже полегче, — призналась она. — В основном мне задают вопросы о тебе, о слухах про какой-то реактивный рюкзак и о том, как мы вдвоём летали по округу Колумбия после той автомобильной аварии. Меня спрашивали о теориях заговора…
Она повернула голову, усмехнувшись ему.
— …Кстати, некоторые из них верны. Меня много раз спрашивали, как мне удалось избежать попытки похищения на Сен-Бартелеми. К счастью, я могу сказать им, что не помню большую часть произошедшего, и это будет чистой правдой. Ещё у меня есть запасной вариант: что большая часть событий до сих пор расследуется, и мне не разрешено говорить об этом, что отчасти тоже верно…
— …И отчасти не очень, — закончил Тюр, целуя её в висок.
— Кроме того, — добавила Марион. — Сейчас они сильно отвлечены расследованиями и обвинениями вокруг Роя Таггерта и Синдиката в целом. Это отнимает кучу времени у СМИ, поэтому в сравнении с этим я скорее являюсь второстепенным шоу.
— Второсортным шоу, хм? — он улыбнулся, целуя её лицо. — Это звучит… как типично человеческая причуда.
— Человеческая причуда? — фыркнула она, глядя на него. — Хочу ли я знать, что можно назвать причудой богов?
— Наверное, нет, — сказал он ей, сверкнув одной из тех убийственных улыбок.
— Тут ты можешь ошибаться.
Устроившись поудобнее на диване, Тюр откинул голову назад.
— Я скажу тебе, — пообещал он, подняв палец. — Но только если ты ещё раз станцуешь тот танец. Как на Сен-Бартелеми. Когда я впервые увидел тебя, ты чуть устроила мне сердечный
Она усмехнулась.
— Было настолько хорошо, м?
— О, это было очень, очень, очень хорошо, Марион, — прошептал он в ответ, опустив губы к её губам и изогнув бровь. — Слишком хорошо, если хочешь знать…
Кто-то прочистил горло.
Они оба подпрыгнули, затем развернулись, посмотрев наверх с дивана.
Там стоял мужчина в тёмно-синем костюме.
Прежде чем Марион успела как следует сфокусировать взгляд, Тюр выскользнул из-под неё, изменив позу так, что они сидели рядом на жёлтом диване, а не как до этого, когда Марион лежала на коленях темноволосого бога.
Когда Марион встретилась взглядом с мужчиной, стоящим возле них, она улыбнулась.
Отец улыбнулся ей в ответ, поправляя золотистый галстук между лацканами своего тёмно-синего костюма. Всё ещё слегка улыбаясь, он бросил притворно строгий взгляд на Тюра.
— Вы двое ведёте себя прилично? — спросил он.
— Дай определение «приличности»… — начала Марион с усмешкой.
Тюр перебил её.
— Конечно, сэр, — вежливо ответил он с нейтральным выражением лица.
Марион и её отец переглянулись.
А потом оба рассмеялись.
Марион одной рукой толкнула Тюра в бедро.
— Не старайся ему угодить, — посоветовала Марион богу. — Поверь. Ему это не нужно. Совсем. У него есть толпы людей, которые каждый день из кожи вон лезут, чтобы подлизаться к нему. Не говоря уже о том, что люди суют ему микрофоны под нос каждый раз, когда он соизволит открыть рот…
— Эй! — смеясь, воскликнул отец. — На чьей ты стороне?
— Его, — моментально ответила она, указывая большим пальцем на Тюра. — Сто процентов на его стороне.
Часть юмора исчезла из голубых глаз отца, сменившись тем понимающим выражением, которое она увидела, когда он впервые наблюдал за их общением с Тюром.
— Понятно, — пробормотал президент Соединённых Штатов.
Прежде чем Марион успела придумать хороший ответ, её отец сел напротив за стеклянный стол, расстегнув пуговицу на пиджаке и опустившись на жёлтую подушку.
— У меня есть новости для вас обоих, — сказал президент, переводя взгляд между ними.
— Хорошие новости? — спросила Марион. — Если это плохие новости, то они могут подождать до завтра?
— Это хорошие новости, малышка, — произнес отец, шире улыбаясь.
В его глазах по-прежнему оставалось то серьёзное выражение.
Он посмотрел на Тюра, а затем снова на Марион.
— Мы думаем, что нашли главу этого «Синдиката», — сказал он, и его голос был таким же серьёзным, как и его взгляд. — Как и подразумевалось в записях… он из организованной преступности. Теперь он в бегах, как Бен Ладен. Военные занимаются этим. У них есть группы спецназа, которые готовят сценарий на тот случай, если мы его поймаем. Его объявили международным террористом, поэтому маловероятно, что он сможет абсолютно незаметно работать из-за кулис, как делал это раньше.