Тысяча Сынов
Шрифт:
На груди и плечах Судьбостроителя имелось несколько татуировок в виде связанных рун: руны здоровья, руны силы, руны стойкости, но, как заметил Ариман, там не было руны обладания энергией. Он спросил об этом жреца, и тот как-то странно посмотрел на Аримана, а затем ответил:
— Говорить об обладании энергией так же глупо, как говорить, что тебе принадлежит воздух, попавший в легкие.
В свою очередь, Ариман учил Космического Волка более мягким методам манипулирования энергией Великого Океана. Судьбостроитель был опытным жрецом, но навыки его ограничивались
Но прежде всего ему пришлось познакомить рунного жреца с концепцией Хранителя.
Судьбостроитель сначала был шокирован общением Тысячи Сынов с существами подобного рода, но Ариману удалось убедить его в том, что Хранители мало чем отличаются от волков, сопровождавших сынов Русса. Спутник Судьбостроителя, серебристо-серый зверь по имени Ймир, оказался менее сговорчивым и каждый раз, когда Ариман призывал Аэтпио, грозно рычал и скалился, готовый вступить в бой.
Прежде такие секреты никогда не открывались посторонним, но Магнус сам поощрял Аримана к обучению Судьбостроителя. Если уговорами и объяснениями можно склонить на свою сторону такой Легион, как Космические Волки, говорил он, то с другими Легионами проблем быть не должно.
Охтхере Судьбостроитель был частым гостем на «Фотепе», но лорд Скарссен тем не менее предпочитал оставаться на борту корабля хищных очертаний под названием «Копье Фенриса».
— Хочешь, я помогу тебе с чисткой? — предложил Охтхере Хатхор Маат, сверкнув ослепительно-белыми зубами.
Сегодня у него были темные волосы и карие глаза. Несмотря на то что его лицо оставалось хорошо узнаваемым, черты стали резче, под стать окружающему пейзажу.
— Нет, — отказался Ариман. — Я не прибегаю к биомансии там, где могу обойтись и без нее. И вам не следовало бы этого делать. Когда вы в последний раз чистили болтеры руками?
Фозис Т’Кар поднял голову и пожал плечами.
— Давно, — протянул он. — А что?
— А ты хоть помнишь, как это делается?
— Конечно! — воскликнул Фозис Т’Кар. — Иначе как бы я мог его чистить?
— Валяй, прочитай нам очередную лекцию на тему «Не слишком полагайтесь на свои силы», — застонал Хатхор Маат. — Вспомни, что было бы с нами на Агхору, если бы мы тебя слушались. Без энергозащиты Фозиса Т’Кара примарх мог погибнуть. И сам Фозис Т’Кар был бы мертв без моей биомансии.
— И ты никогда не позволишь мне об этом забыть, — проворчал Фозис Т’Кар.
— В первую очередь мы Астартес, а потом уже — псайкеры, — сказал Ариман. — Вот о чем мы забыли в той переделке.
— Отлично, — сказал Фозис Т’Кар. Он жестом отпустил Ютипу и перехватил у него компоненты болтера, а затем ловко собрал их вместе, щелкнув напоследок затвором. — Теперь ты доволен?
— Так гораздо лучше, — заметил Ариман и собрал свое оружие.
— В чем дело? — спросил Хатхор Маат. — Или ты боишься расстроить своего нового приятеля?
Фозис Т’Кар сплюнул через ограждение, предоставив
— Этот проклятый Судьбостроитель преследует нас, как психнойен, почуявший незащищенного псайкера, — неожиданно злобно прошипел он. — Если бы не твои запреты, мы давным-давно выиграли бы эту войну.
Фозис Т’Кар обвиняющим жестом ткнул в сторону дымящихся развалин самой высокой башни горной крепости.
— Азек, примарх не придерживается таких строгих ограничений, так почему мы должны прятаться? — спросил он. — Или ты так боишься наших способностей?
— Возможно, — ответил Ариман. — Возможно, нам всем следует их опасаться. Не так давно мы скрывали свои способности от всего мира, а теперь вы устраиваете фокусы, лишь бы не запачкать руки. Иногда следует спуститься в грязь.
— Если опуститься в грязь, ничего не достигнешь, кроме грязи, — заметил Хатхор Маат.
— Да в этом мире и грязи-то не найдешь, — насмешливо заметил Фозис Т’Кар. — Эти крепости не оказывают почти никакого сопротивления. И как они могли продержаться так долго?
— Птицы-воины слишком растянули свою оборону, — пояснил Хатхор Маат. — Это Волки постарались. А тех, кого пропустили воины Русса, предали огню Несущие Слово. Три дня назад, чтобы очистить крепости, обнаруженные Азеком и Анкху Аненом, целую горную цепь подвергли плотной бомбардировке прометиевыми снарядами.
— Очистить?
— Это словечко из лексикона Кора Фаэрона, — пожав плечами, пояснил Хатхор Маат. — По-моему, подходит.
Кор Фаэрон был одним из главных помощников Лоргара и, по мнению Аримана, воплощал в себе все самые неприятные черты Несущих Слово. Этот человек был настолько ортодоксален, что не слышал никаких логических доводов.
— Потеряно столько жизней, — со вздохом заметил Ариман, глядя, как солдаты выносят из разрушенной крепости тела убитых и складывают их аккуратными рядами для сожжения.
— Неизбежные потери, — пожал плечами Хатхор Маат.
— Так ли это? — спросил Ариман. — Я в этом не уверен.
— Лоргар вел переговоры с Советом Феникса, — сказал Фозис Т’Кар. — Это великий примарх, но все его предложения были отвергнуты. Какие еще нужны доказательства вырождения этой культуры?
Ариман ничего не ответил, вспоминая свое знакомство со златокожим примархом Несущих Слово на торжественной церемонии в честь прибытия Тысячи Сынов. Целый день был посвящен пышному ритуалу встречи и приветственным речам, настолько же бессмысленным, насколько они были долгими.
Леман Русс не появился на церемонии и даже не позаботился прислать своих представителей. Вместе со своими воинами он сражался в восточных отрогах гор и не собирался тратить время на пустые ритуалы, если имелся повод подраться.
Это был редкий случай, когда Ариман полностью поддерживал мнение Короля Волков.
Наконец он отвлекся от мыслей о Семнадцатом Легионе и посмотрел наверх. Над головой простиралось слишком широкое и слишком голубое небо со стаями вездесущих птиц: чернокрылых воронов, длинношеих водоплавающих птиц и парящих в вышине стервятников.