Тысяча Сынов

Макнилл Грэм

— Что ты сказал? — спросил подошедший Собек, потирая руки.

— Ничего, — отмахнулся Ариман. — Это не важно.

— Они застали нас врасплох, но мы заставим их убраться обратно на Терру, — сказал Собек, и в сверкании глаз за визором своего Практика Ариман заметил отсвет его Хранителя.

— Мы убили воинов братского Легиона, — мрачно произнес Ариман, стараясь донести до сознания Собека мрачный смысл этого момента. — Теперь отступать некуда.

— А зачем нам отступать? Не мы начали эту войну.

— Это не имеет значения. Мы в состоянии войны, а это означает, что должны драться до самого конца. Или мы разобьем Космических

Волков, или Просперо станет могилой для Тысячи Сынов. Но в любом случае мы проигрываем.

— Что ты имеешь в виду?

— Что будет, если мы выстоим после этой атаки? Мы не сможем остаться на Просперо. Придут другие и закончат то, что начал Русс. Ну а если мы проиграем, и говорить больше не о чем.

Собек приподнял свою хеку, и по рукояти посоха пробежали огоньки.

— Значит, нам лучше не проигрывать, — сказал он.

Калофис восседал на хрустальном троне в храме Пирридов, на его броне плясали отблески пламени. Для любого, кто не был последователем этого культа, атмосфера внутри храма могла показаться невыносимой: раскаленный воздух, которым невозможно дышать, и горящий повсюду огонь.

В воздухе, оставляя светящиеся следы, танцевали духи огня и эфирные проявления стихии. Сиода оставалась над головой Калофиса, словно огненный ангел-хранитель. С момента начала бомбардировки планеты Сиода сильно увеличилась в объеме.

Вокруг трона стояли одетые в броню неофиты, образующие священную шестиугольную звезду, которая символизировала непостоянный союз огня и воды. В руках они держали кристаллы душ, высеченные в Отражающих пещерах, и внутри кристаллов мерцали янтарные огоньки жизненной силы.

— Ты уверен в этом, мой лорд? — не в силах скрыть тревогу, спросил Фарис, его Ревнитель.

Калофис, усмехнувшись, сжал пальцами резные подлокотники трона. В глубине хрусталя зажглись искры, и Калофис ощутил невероятную ярость, вспыхнувшую в сознании раненого существа, что находилось за стенами храма. Это существо ожидало своего шанса отомстить обидчикам.

— Я никогда и ни в чем еще не был так уверен, Фарис,— ответил Калофис. — Начинай.

Фарис отступил назад и кивнул неофитам. Те наклонили головы, и Калофис едва не задохнулся от устремившихся к нему потоков энергии. Трон окутался ярким сиянием, и Калофису пришлось приложить усилие, чтобы сдержать буйство силы, грозившей его поглотить.

— Я магистр храма Пирридов, — сквозь стиснутые зубы прошипел он. — Инферно служит мне, я повелеваю адским пламенем и научу тебя сжигать врагов.

Сиода спустилась вниз и окутала его тело. Калофис почувствовал, как его сознание рвется из плоти, чтобы наполнить другое тело, из стали и керамита, из кристаллов и ярости. Его мускулы уже не были сплетением мышечной ткани и нервных импульсов, а сочетанием гигантских поршней и оптических волокон, подчинявшихся психическому резонансу кристаллов. Вместо болтера его оружием стали пушки, способные истреблять целые армии, и кулаки, которые могли бы сокрушать огромные здания.

Калофис взглянул на поле боя глазами бога, взглядом гигантского существа, снова готового вступить в борьбу. Его конечности приобрели непривычную мощь, чувствам потребовалось несколько мгновений, чтобы приспособиться к чудовищным размерам и колоссальному весу. Он повернул свое новое тело, и шум сражения заглушили металлический лязг давно бездействовавших рычагов и свист возрожденной пневматики.

Пламя Сиоды распространилось

по чрезвычайно сложным механизмам, наполняя их новой жизнью. С оглушительным грохотом он сделал первый шаг и испустил клич, прозвучавший ревом боевой трубы.

Словно древний дракон, пробудившийся от тысячелетнего сна, «Канис Вертекс» снова устремился в бой.

Глава 28

СТРОЙ ДЕРЖИТСЯ

ОНИ ТОЖЕ ОТРЕКУТСЯ ОТ ТЕБЯ

ПОНЯТЬ ВРАГА

Золотистые гравициклы отличались изяществом: их вытянутые носы были похожи на орлиные клювы, а борта напоминали сложенные крылья. Фозис Т’Кар насчитал семь машин, спускавшихся к поверхности с явным намерением атаковать его позицию, расположенную на площади Рапторов. Управлявшие ими воины тоже сверкали золотом, а красные плюмажи шлемов развевались позади длинными стягами. Скорострельные орудия, установленные на уровне днища, беспрерывно извергали огонь, раздирая снарядами мощеную улочку, ведущую к площади Милаццо. [88]

88

Милаццо( лат.Mylae; Милы) — город в Сев. Сицилии. Около Мил в 260 г. до н.э. римский флот впервые разбил карфагенский флот в 1-й Пунической войне. В 36 г. до н.э. при Милах флот Октавиана разбил флот Секста Помпея.

Каждый взрыв вздымал в воздух фонтаны расколотого камня, но Фозиса Т’Кара это ничуть не беспокоило. Он перенес вес тела на правую ногу и взмахнул руками, как будто распахивал тяжелый занавес. Четыре гравицикла остановились на месте, словно зафиксированные натянувшимися фалами. Фозис Т’Кар швырнул их в высокую стену Тиморской библиотеки, разбив при этом статуи первых Кустодес.

Еще три гравицикла взорвались от посланного Хатхором Маатом в их двигатели сокрушительного электрического заряда. Горящие обломки рухнули на землю и кувырком покатились к позиции Тысячи Сынов, остановившись в каком-нибудь метре от ног Фозиса Т’Кара.

— Адептус Кустодес, — проворчал он. — Не такие уж они и страшные.

Вся северная часть Тизки пылала пожарами. В порту стеной поднимались столбы дыма, распространявшие запах горящего прометия, к которому примешивалась резкая вонь резины, смолы и металла. Над городом повисли плотные тучи, а вместо дождя падал горячий пепел. Мимо их позиции проходили сотни мужчин и женщин, спешивших к пирамиде Фотепа с охапками книг и свитков. Мостовые были усыпаны разорванными страницами и обгоревшими пергаментами. Резные статуи героев Рапторов, совсем недавно украшавшие площадь, почти все погибли при артиллерийском обстреле, и теперь с тротуаров смотрели их бесстрастные лица.

Среди гражданского населения встречались и контуженые, покрытые кровью солдаты Дворцовой Гвардии, покинувшие порт. Эти охваченные ужасом люди были остатками отрядов, первыми встретивших высадку противника.

— Я получил весточку от Атенейцев, — сообщил Хатхор Маат, подойдя к Фозису Т’Кару.

— И что они говорят?

— Идет Король Волков, — со злорадной усмешкой ответил Хатхор Маат. — Говорят, что он первым высадился в порту и теперь пробивается к нам.

— Пробивается? — повторил Фозис Т’Кар. — Я не думаю, чтобы это стоило ему больших трудов. Волки легко преодолеют заслон Гвардии Шпилей.