Тысяча лун

Барри Себастьян

У меня так и чесались руки подобрать винтовку.

– Это ведь ты тогда отсидел в Ливенуорте, –

заметил шериф Флинн, глядя на Томаса Макналти с изрядной долей дружелюбия, словно такой вопрос был в порядке вещей. Словно шериф знал про Томаса что-то совсем обычное, как дождь, и просто произнес это вслух. Томас Макналти, видно, решил, что самый удачный ответ на такой вопрос – молчание.

– Его выпустили с документом и все такое, – сказал Джон Коул.

– А я что, я ничего, – ответил шериф Флинн.

Фрэнк Паркман заржал, и оттого у

него из трубки полезли пузыри слюны.

– Вы, небось, удивитесь, когда я скажу, что приехал вам помочь, – сказал шериф Флинн. – Вы, небось, удивитесь, когда я скажу, что ко мне приходил законник Бриско. Вы, небось, удивитесь, когда я скажу, что миссис Флинн-старшая ходила в школу с Розали Бугеро и вспоминает ее с нежностью.

– Сильно удивимся, – ответил Джон Коул.

– Я так и думал, – продолжал шериф. – Я хочу выяснить, кто обидел Теннисона Бугеро и кто обидел Винону Коул. И потому я сюда приехал за семь миль под жарким солнцем.

Конец ознакомительного фрагмента.