Ты выбрал ее, предатель
Шрифт:
– Думаю, ты согласишься, что это из-за нас и той атмосферы, что сейчас царит в доме. Мы должны все исправить. Вовремя приезжать с работы, да и в принципе чаще бывать дома. Искать точки соприкосновения, общаться и… Не знаю. – Я вздыхаю, чувствуя, насколько уязвима сейчас, когда фактически умоляю его взглянуть на нас и поддержать мои мысли.
Видит бог, я хочу, чтобы это сработало. Если еще не поздно, потому что этот его обед с Инной… Если это то, что я думаю… значит, мы уже опоздали.
Муж выпрямляется, и, отпив воды из бокала, говорит:
– То есть ты хочешь сказать,
– Именно поэтому я и сказала «мы», а не «ты». Боже, ты думаешь, я не осознаю всего этого? Мы с тобой поровну увязли в этом безобразии, пустив все на самотек. Я… Ты… откуда вообще взялось это разделение на мое и твое? Мы семья, Мурат. Или ты забыл? Только вспомни, как мы начинали…
После моих слов мы долго ищем что-то в глазах друг друга, но в итоге не говорим больше ничего. Разговор просто-напросто не идет, и я не пытаюсь продолжить Главное, что я сказала то самое – основное. Дала понять, что меня это беспокоит, и предел не за горами. Что дошло до того, что уже наш сын остро реагирует на все вокруг.
Когда я приступаю к своему салату, Мурат почти доедает свинину.
– Сегодня поедем к моим родителям. Папа устраивает посиделки. Шашлык и все такое. Сын уже там, будет хорошо, если мы… – Я сглатываю взявшийся откуда-то ком. – Ну знаешь, приедем туда вместе и проведем время с сыном и друг с другом.
Мурат смотрит на экран мобильного и, задумавшись, согласно качает головой.
– Хорошо.
Да, это не триумф, который я бы хотела почувствовать, но это возможное начало нас.
– Тогда подъезжай к шести или… как сможешь.
– Ты права. Получится хороший вечер.
Скупо, но это лучшее, что я могла услышать.
На моих губах появляется улыбка, и я не пытаюсь скрыть ее. Зачем? Если мы выберемся на правильный путь, я буду радоваться каждой ступени, что мы преодолеем.
Я еду в дом родителей, а Мурат – на работу. Время проходит быстро. Сама не замечаю, как дремлю на диване. Мирон занят рыбалкой вместе со своим дедушкой. Мама, кажется, колдует на кухне.
Не нахожу себе места, потому что шестой час давно прошел. Мужа нет, а я… все жду и жду. Ведь хотела хорошо провести сегодняшний день, а в итоге его снова нет. Хотя, казалось бы, он меня услышал и решил сделать ответный шаг навстречу. Да только увы… это был самообман.
Когда время подходит к восьми, я разочарованно блокирую мобильный. Мужа все еще нет. Никто не задает вопросов, потому что привычное «Задержусь на работе» выучил каждый из нас. Наверное, так же происходит, когда отсутствую я сама, пропадая на работе.
Через час я иду в дом, чтобы взять маринованные по любимому маминому рецепту крылышки и просто перевести дыхание. В итоге решаю позвонить мужу, но тут же слышу, как во двор въезжает машина. Затем хлопает дверь авто.
Спешу на выход, но останавливаюсь рядом с беседкой, словно на краю пропасти, услышав голос Мурата, говорящего с кем-то по телефону. Он стоит спиной ко мне и не видит, что у его разговора есть свидетель.
– Я сказал, что не могу приезжать по каждой твоей прихоти.
Глава 3
Меня будто обдает ледяной водой. Смотрю на широкую спину мужа и не могу поверить, что все это происходит со мной. Он что, с женщиной разговаривал? Глупый вопрос. Конечно, да. С кем ещё можно разговаривать в таком тоне?
Мурат оборачивается, в темноте, и, кажется, замечает меня.
– Рита?
А у меня ноги будто к земле приросли. Не могу сделать ни шага. И дышать не могу, потому что это как нож в спину со стороны мужа.
Мы отдалились, да. Утратили кое-что. Но когда всё стало настолько плохо? Когда мы стали чужими друг другу людьми? Мы же прекрасно находили общий язык. Между нами не было серьезных конфликтов. А сейчас… Сейчас я чувствую себя просто идиоткой. Наивной дурой, которая не видит того, что прямо перед глазами, и до сих пор носит розовые очки, не замечая очевидных вещей. И вместо того, чтобы принять факт, я до сих пор ищу какие-то оправдания мужу. Ведь за девять лет брака он не давал мне повода ревновать его или же считать, что у него есть другая. А сейчас…
Будто Всевышний пытается открыть мне глаза, а я упорно игнорирую все, что он подсказывает мне, говоря о неверности мужа.
– С кем ты разговаривал? – спрашиваю ледяным тоном, когда Мурат подходит вплотную. Темно, но я вижу, как заострились от усталости его скулы.
– С Шахмаром.
Шахмар – друг детства Мурата. Они вместе росли, строили бизнес, стали успешными благодаря работе двадцать четыре на семь. Да, возможно, муж не врёт. Но о каких обязательствах он говорил? Что такого мог сказать Шахмар, что Мурат ему так ответил? У Мурата к другу уважения вагон и маленькая тележка.
Бред, конечно. Я же умом понимаю, что это полная чушь. Но так хочется верить в слова мужа!
Я взрослая женщина. Неужели буду устраивать скандал? Доказательств его измены у меня нет. Поэтому… Господи, я не хочу сталкиваться лицом к лицу с его предательством.
Решаю не усугублять ситуацию. Я на нервах и могу сказать лишнего. Но не здесь… Не в родительском доме, потому что папе это точно не понравится.
Поэтому я перевожу тему.
– Ты опоздал.
Опускаю взгляд на шею Мурата и вижу, как пульсирует венка. Губы мужа сжимаются в тонкую линию. Он злится и нервничает одновременно.
– Извини, – отвечает коротко. – Не получилось выбраться пораньше.
Я киваю. Снова у него не получилось уделить побольше времени своей семье.
Заходим в дом. Поздний ужин придает немного сил и, я начинаю нормально соображать. Конечно, мысленно обещаю себе, что я обязательно подниму эту тему дома, когда Мирон уснет. Ибо поговорить с мужем необходимо. Я не хочу так жить… Не хочу постоянно думать о том, где Мурат и с кем он. Ведь лжет он так же легко, как дышит. В этом я убедилась как раз сегодня, когда он сказал, что работает в офисе, а сам со своей роскошной Инной обедал в ресторане.