Ты все ближе
Шрифт:
– Ну я как всегда – не вижу, что делается у меня под носом, – оторвала меня от воспоминаний Сара. – Значит, все произошло в Париже, когда вы летали на конференцию?
– Да.
Подруга заказала нам еще по коктейлю, и я решила, что это последний, иначе разболтаю ей слишком много.
– Как ты могла пойти на такой риск? У тебя есть муж, Гарри женат…
Она явно считала меня сумасшедшей.
– Я его любила. – Я не понимала, люблю ли его сейчас, и от всей души надеялась, что Сара не спросит. – И думала, что он тоже меня любит.
– А
– Я и сама не ожидала.
У меня сдавило горло, и я сделала большой глоток, чтобы набраться храбрости.
– Мы с Гарри решили, что хотим быть вместе. Я должна была уйти от Тома, а он – от своей жены. Обо всем договорились.
– Что? Ты собиралась уйти от Тома и жить с Гарри? Когда?
– В прошлую пятницу.
Сара озадаченно посмотрела на меня.
– Погоди. Джейн сказала, что в пятницу Гарри уехал в отпуск, и планировал его заранее. Я еще удивилась, почему он никому ни словечка не сказал. Ты ведь знаешь, как он любит распространяться, куда поедет и все такое. Он даже не предупредил, что его не будет на работе.
– Гарри не собирался никуда ехать с женой. Он должен был уйти из дома. Мы забронировали гостиницу и должны были встретиться там.
Сара помолчала, лихорадочно соображая.
– В три часа, когда я уходила с работы, ты не сказала мне ни слова. Я спросила о планах на выходные, и ты ответила, мол, ничего особенного. Помнишь, я еще позвала тебя в кино, а ты заявила, что устала и будешь валяться перед телевизором.
– Извини, мне ужасно стыдно. Я собиралась все тебе рассказать в понедельник. Мы решили, что я скажу Тому, а он – Эмме, а после этого встретимся в гостинице. Но Гарри так и не появился.
– Но ты все сделала?
– Да.
– И заявила Тому, что все кончено?
– Да.
– Я бы так не смогла. Но надо было дождаться, когда Гарри уйдет от жены.
– Кто ж знал? Я ему верила.
– Нельзя быть такой наивной.
Мы помолчали.
– И что, ты приехала в гостиницу, а его там не было?
– Я прождала всю ночь. И все выходные.
Я все еще злилась на его предательство. Вспомнила, как сперва сидела в номере, радостно возбужденная, потом начала волноваться и обзванивать больницы, чувствуя себя полной дурой. А он в это время собирался в романтическое путешествие с женой.
– И что, даже не позвонил? – ошеломленно спросила Сара.
– Нет.
– А ты ему?
– Звонила пару раз. – Не буду говорить, что пару сотен раз. – Звонок переадресовывался на автоответчик.
– Наверное, он выключил телефон. Если ты не оставляешь сообщение, звонок не сохраняется. Нас предупредили, что Гарри не будет отвечать, им нужно отдохнуть.
– Я ничего этого не знала. Он так и не появился, и в понедельник я поехала на работу, надеясь, что он все объяснит. А меня даже не пустили в офис. Пропуск не работал. Потом спустилась Элинор и отдала мои вещи. – Вспомнив об унижении, я вспыхнула от стыда. – Она знала про меня и Гарри. По лицу было видно.
– Откуда? Разве он мог кому-то сказать?
– Нет, никому. Даже лучшему другу. Никто не знал.
– Послушай, а ведь это дискриминация.
– Не собираюсь. – Я покачала головой. – По закону можно, только какой смысл? Я и сама теперь не хочу там работать.
– Да, я бы на твоем месте тоже не захотела. Но как пронюхала о вашей связи Элинор? Не может быть, что она знала все с самого начала?
Я задумалась.
– По-моему, нет. В пятницу утром она пришла поговорить с Гарри, я еще кофе ей сделала. Она вела себя как обычно. Рассказала, что провела отпуск в Японии. В любом случае, не могу представить, чтобы Гарри рассказывал ей что-то личное.
У меня от напряжения заболела голова. Может, нас кто-то подслушал? Или увидел? Я поморщилась. Мы думали, что были максимально осторожны.
– Я звонила ему на рабочий, но трубку взяла Пола. Потом ты сказала, что он уехал отдыхать со своей беременной женой. – Я попыталась усмехнуться. – А я живу теперь одна в дерьмовой квартирке. И не могу даже сказать ему «спасибо».
Настала моя очередь удалиться в туалет. Я постояла в кабинке, прижимая к глазам салфетку, чтобы не разрыдаться. Если бы не оставила телефон на столе, то позвонила бы Гарри и высказала все, что о нем думаю. Когда я вернулась в зал, Сара с непроницаемым выражением лица смотрела на огонь в камине. Я задумалась, изменится ли ее отношение ко мне. Потеряю ли я единственную подругу?
Когда я подошла к столу, она встала.
– Я возьму еще выпить.
– Я перехожу на воду, спасибо. Мне только похмелья не хватает для полного счастья.
– А где ты живешь? – спросила Сара, вернувшись к столу с бокалом белого вина и стаканом воды.
– Сняла квартиру над цветочным магазином на Нельсон-стрит. Не то чтобы совсем ужас, но я не жила в таких условиях со студенческих времен. Надеюсь, это ненадолго. Том продаст дом, я получу половину суммы и что-нибудь куплю.
– Могла бы пожить пока у нас, – сказала она. – В гостевой комнате.
Я вспомнила ее славного мужа и неугомонных детишек. О такой семье я мечтала. Это было бы слишком тяжело.
– Нет, спасибо, мне нужно побыть одной, – через силу улыбнулась я.
– Все-таки надо было сразу позвонить мне. Как подумаю, что ты сидела в гостинице, одна-одинешенька… да еще эта беременная жена… – Сара помолчала и добавила: – Наверняка он уверял тебя, что не спит с Эммой, так? И ты ему верила?
– Мы об этом не говорили, – сказала я и покраснела.
– А ты… ты с Томом… – замялась она, – вы все еще спали вместе?
Я молча покачала головой. Все эти полтора года после редких случаев секса с Томом меня мучили угрызения совести – точно я изменяла Гарри. Очевидно, Сара приняла мое молчание за отрицательный ответ. Она погладила меня по плечу и посмотрела сочувственно. Затем сделала большой глоток вина – очевидно, для храбрости, и спросила:
– Как думаешь, он изменял жене только с тобой?
Глава 18
Я вытаращила глаза. За все полтора года нашего романа мне и в голову не приходило, что у Гарри может быть кто-то еще.