Ты у меня один...

Берристер Инга

— Если это по поводу моих расходов… — потупившись начала она.

— Нет, Шарон, твои расходы тут ни при чем. Я вызвал тебя из-за этого. — Он взял именно тот, лежавший отдельно, листок и через стол протянул ей.

Шарон неловко взяла бланк.

— Это счет из нашего отеля в Италии, — недоуменно сказала она. — Я понимаю… но вроде бы там ничего не тратила…

— Я же сказал, что дело не в твоих расходах, дорогая, — мрачно повторил Роберт. — По крайней мере, не в том смысле, в котором ты полагаешь. Посмотри на счет еще раз и внимательно

прочти. Или ты предпочитаешь, чтобы я за тебя это сделал? Я могу, и мы сэкономим немного времени, — резко заметил он, забирая у нее листок.

« Мистер и миссис Дуглас. Один двойной номер», — почти продекламировал он.

Шарон обескураженно уставилась на него. Кровь бросилась ей в лицо — из-за неприкрытого ехидства, которое звучало в голосе Роберта и из-за самого смысла, который он коварно вкладывал в сухую казенную формулировку.

— Но… Но это ошибка. Они ошиблись… Ты сам так говорил… Ты говорил…

— Неважно, что я говорил, — с небрежностью отмахнулся Роберт. — Важно, как это воспринял наш любознательный мистер Роуд. Нет сомнения, что подобный нездоровый интерес возникнет у каждого сотрудника, которому доведется сунуть нос в эту бумажку. Уже сам факт, что старику Генри приспичило конфиденциально побеседовать со мной, подтверждает, что каша заварилась. Ты согласна?

У Шарон слегка закружилась голова.

— Но ты же оплатил счет, когда мы уезжали. Они дали тебе чек…

— А теперь прислали копию счета сюда. Бог знает, сколько глаз его уже видело, прежде чем это интригующее досье на нас оказалось на столе у Роуда.

— Но… Ты ведь объяснил ему, что произошло? Что в отеле ошиблись, что не было лишних свободных номеров?

— Да, я сказал ему, — согласился Роберт, но… — Он запнулся. Дверь бесцеремонно распахнулась, и в кабинет ворвался Фрэнк. Вид у него был растерянный и смущенный.

— Робби, не знаю, что происходит, но я слышал… — Увидев Шарон, он замолчал и с любопытством перевел взгляд с ее побледневшего лица на сдержанно свирепеющего Роберта.

— Да, Фрэнк? И что же ты слышал? — откинувшись в кресле, поинтересовался Роберт.

— Ну… не думаю, что это что-то значит, но когда я проходил мимо канцелярии, я слышал, как девчонки болтали между собой, что ты и Шарон… что вы любовники, — с явным усилием выдал он. — Все так и гудят об этом. Что, черт возьми, происходит?

Пока Фрэнк доканчивал свой нескладный монолог, Роберт вышел из-за стола и встал рядом с Шарон.

К ужасу Шарон, прямо на глазах у Фрэнка он с подчеркнутой галантностью взял ее за руку и предупреждающе сжал запястье со словами:

— Мы надеялись, что это останется между нами чуть подольше, но… да, это правда, мы с Шарон…

— Но это же чудесно! — с энтузиазмом прервал его Фрэнк. — Только подождите, я скажу Джейн. А когда все произошло и почему вы ничего не говорили? Должно быть, были слишком заняты, — понимающе усмехнулся он. — Я знаю, как это у нас

с Джейн было, когда мы полюбили друг друга. Я не спрашиваю о твоих чувствах, почтенный братец, наверняка по уши врезался, если был так глуп, что надеялся, что вы сможете поселиться в одном номере и никто об этом не узнает. Ты еще не рассказал семье?

— Мы не… — рискнула вмешаться Шарон. Ей ужасно хотелось объяснить Фрэнку, что он все неправильно понял, что между ней и Робертом ничего не было, что из-за какой-то дикой ошибки…

Но Роберт тут же отреагировал, стиснув ее руку так, что Шарон не посмела вымолвить и словечка. Тем временем он, гладко играя роль счастливого любовника, не без изюминки, поделился с Фрэнком:

— Мы до сих пор не хотели никому ничего говорить. Сам понимаешь, это все так для нас ново, что мы намеревались… сохранить наши чувства только между нами.

— Ну, теперь вам вряд ли это удастся, — со смехом подмигнул ему Фрэнк. — Теперь-то, старина, наверное, уже полгорода в курсе, что вы четыре ночи провели вместе.

Шарон прикусила губу, чтобы не выдать своей горечи от того радостного оживления, которое слышалось в голосе Фрэнка. Неужели он не знал, неужели ему никакого дела не было, что она любит его, а не Роберта?

— Только подождите, я сам скажу Джейн, вот обрадуется, — продолжал безостановочно болтать Фрэнк.

— Нет! — взорвалась Шарон, и Фрэнк удивленно посмотрел на нее.

— Действительно, не стоит, — поддержал ее Роберт, снова предупреждающе, с нежностью стиснув пальчики Шарон. — Пока рано. Извини, но придется тебе подождать, братец. Нам нужно еще немного времени… для себя.

— Все равно вам скоро так или иначе надо открыться семье, — убеждал неугомонный Фрэнк. — До них обязательно дойдут эти слухи. Я знаю, что мама и тетя Мэри заходят сюда лишь раз в месяц или около того, но…

— Спасибо, Фрэнк, — перебил Роберт брата. — Я понял, что ты имеешь в виду, но…

— …К тебе это никакого отношения не имеет, — с готовностью закончил за него Фрэнк. — Что ж, не думаю, что мама или тетя Мэри будут того же мнения. Ты знаешь, что в воскресенье состоится ланч по случаю дня рождения тети Мэри. Тебе нелегко будет скрыть от них правду. Они догадаются. Тем более что все в семье привыкли, что вы или ссоритесь, или игнорируете друг друга. Когда они увидят, что вы держитесь за руки…

Шарон молниеносно попыталась высвободиться, но Роберт ей не позволил.

Если он не намерен говорить Фрэнку правду, тогда она сама сделает это, решила Шарон, отворачиваясь от Роберта.

— Фрэнк, пожалуйста, ты… — начала она, умоляюще простирая к нему свободную руку.

— Шеф, вам звонят от Бенсонов, — прервала ее секретарша Фрэнка, заглядывая в дверь.

— Спасибо, бегу, — ответил тот, задержавшись лишь для того, чтобы сочувственно обронить на прощание: — Знаете, лучше, если бы вы сами все рассказали. Теперь уж никак не удастся сохранить тайну.