Ты предал нашу любовь

– Сегодня Глеб взял машину и они куда-то ездили с твоим мужем, – сказала мне лучшая подруга.

Судя по её тону, разговор ничего хорошего не предвещает.

– Мне нужно было на регистраторе кое-что глянуть, я наткнулась на разговор, – меж тем продолжает она, подключая флешку к ноутбуку.

– Я бы молчала, но тебе точно нужно это знать, Варь…

Хочется

– Да не могу я с ней больше… не могу. Не люблю, не тянет… как с соседкой какой-то! К тому же, от Динки у меня ребёнок, а с женой – даже котёнка не нажили. Так что Варе придётся смириться с тем, что я от неё ухожу.

В счастливом браке длиною в семь лет у меня всё было хорошо. Кроме дурацкого предчувствия, что он рано или поздно рухнет. Так и случилось – сегодня муж пришёл и сказал, что он уходит к своей второй семье.

– Чёрт! – выругалась я, порезав палец.

Поднимала последний осколок стакана, который разбила, когда ставила его в кухонный шкафчик – и вот.

Обычно старалась не произносить имя рогатого всуе – глупо, но в этот момент казалось, что рядом материализуется что-то плохое. Но сегодня не выдержала, потому что с самого утра всё шло наперекосяк.

Началось с пряди волос, которые я подпалила утюжком, хотя это и казалось невозможным. Продолжилось всё на работе, где шеф пригрозил уволить меня, если опоздаю ещё хоть раз. Затем был переполненный автобус, в котором мне наступили на ногу так, что я выматерилась на весь салон. И при этом даже не извинились, что стало причиной выступивших на глаза слёз – от обиды и боли. И вот теперь стакан и кровь на пальце. Если всё пойдёт так и дальше – не миновать к ночи апокалипсиса.

Промокнув ваткой с перекисью боевые ранения, я вздохнула и присела за стол. Огляделась в кухне, которая вдруг показалась какой-то отчаянно пустой. Хоть волком вой. А дурацкое предчувствие, что вот-вот случится что-то ужасное, лишь подтрунивало надо мной. Поднимала из глубин души самые тяжкие мысли и подкидывало самые неприятные образы.

Когда раздался звонок в дверь, я нахмурилась. Ждала только мужа, Макса, который в очередной раз опаздывал домой, а гостей на пороге появиться было не должно.

Взглянув в глазок, я удивлённо охнула – по ту сторону двери обнаружилась Маринка, моя лучшая подруга. Обычно она не падала на меня, как снег на голову, и обязательно предупреждала о визитах. Так что это внезапное прибытие лишь подбросило дров в мой костёр душевных тревог.

– Привет, – мрачно поздоровалась она, стоило мне только открыть дверь. – Я так понимаю, Макс не дома?

Она зашла и огляделась, как будто рассчитывала увидеть в прихожей моего мужа. В сердце кольнуло острой иглой волнения. В последнее время с Максимом у нас всё было мягко говоря не радужно. Но сейчас я приказала себе не думать ни о чём и не изобретать проблем там, где их может и не оказаться.

– Не дома, – помотала я головой. – Что-то

Этот вопрос я задала в спину Марине, которая, деловито разувшись, направилась на кухню. Поругалась со своим парнем, что ли? Тот очень ревновал её к прошлому – Маринка какое-то время назад развелась, но с Глебом, её мужем, они оставались до сих пор в дружеских отношениях.

Увидев мой ноутбук, подруга удовлетворённо кивнула и, сняв пуховик, небрежно бросила его на спинку стула. Сама же стала копаться в своей сумочке.

– Сегодня Глеб взял у меня машину. Его в ремонте или что-то в этом роде, – начала она рассказывать, а я мысленно выдохнула с облегчением.

До поры до времени. Ведь в следующее мгновение речь пошла уже о Максе.

– Они куда-то ездили с твоим мужем, – продолжила, меж тем, Марина.

Судя по её тону, дальнейшее ничего хорошего не предвещало. Что я могла услышать в следующую секунду? Что Глеб и Максим отправились по шлюхам, а Мариша об этом каким-то образом узнала? Глупости! Макс, может, и охладел в мою сторону, но я была уверена – он никогда бы не стал мне изменять. Не стал бы делать это за моей спиной, ведь у нас были весьма трезвые, ровные и разумные отношения, полные уважения. Так что если бы он разлюбил меня настолько, что захотел бы другую – просто бы об этом сказал.

– Мне нужно было на регистраторе кое-что глянуть. Меня тут притёр какой-то придурок, – вытащив из сумочки флешку, проговорила Марина. – В общем, глянула и… наткнулась на разговор.

Она подтащила к себе мой ноутбук и вставила в него носитель. У меня мурашки по коже побежали от предчувствия того, что вот-вот на мою голову обрушится нечто, с чем я не смогу существовать, как бы ни старалась.

– Я бы молчала, но тебе точно нужно это знать, Варь…

Всё, мой приговор был произнесён. Иначе слова Марины я попросту не воспринимала. Мне что-то нужно знать. Что-то, что я услышу или увижу уже сейчас.

Захотелось сказать «нет!» и, закрыв уши руками, сбежать, но я, как заворожённая, смотрела и смотрела на экран. На нём – лента дороги, вечер, вернее, сумерки. Значит, это было каких-то пару-тройку часов назад. Сейчас зима и темнеет очень рано.

Макс в это время был с Глебом и они куда-то ездили? Почему не сказал мне? Мы сегодня созванивались лишь раз, коротко перебросились дежурными фразами и на этом всё.

По лобовому стеклу, которое я видела на экране ноута, мельтешили дворники, на них я и смотрела, потому что казалось, что это движение может загипнотизировать.

И когда я уже хотела спросить у Марины, зачем мне сейчас это скучное кино, раздался голос Макса:

«Да не могу я с ней больше… не могу. Не люблю, не тянет… как с соседкой какой-то! К тому же, от Динки у меня ребёнок, а с женой – даже котёнка не нажили. Так что Варе придётся смириться с тем, что я от неё ухожу.»

Мои глаза округлились, а в лёгких кончился воздух. Показалось, что кто-то ударил по спине точно между лопаток, отчего грудину как будто проломило чем-то огромным, мощным, несокрушимым. Я схватилась за край стола и покачнулась. Подсознание блокировало всё то, что уже поселилось в памяти отравляющими иглами боли и ужаса, каждая из которых была размером с десятиметровую пику.