Ты - не вариант

Дэви Аллен

— Не поговорил о чем? — спрашивает Илья.

— Что между нами.

— А что между вами? — он задает логический вопрос. — Ты сам- то знаешь?

— Знаю, — утвердительно отвечаю я. — Я хочу быть с ней.

В раздевалке сначала повисает тишина, а затем тихий свист капитана.

— А почему ты не поговорил с ней? — Мороз встает со своего места и подходит ближе.

— Я не знаю, — но он недоверчиво вскидывает бровь. — Ладно, просто не уверен, что хочу услышать ее ответ. А что, если она не хочет сейчас ничего? Подумайте сами, она ведь

недавно была в других отношениях…

— Тебя это волнует? — перебивает Илья.

— Нет, — меня действительно это не волнует. Мне все равно на всех, кто был у Даши до меня. Меня волнует только она.

— Тогда скажи ей о чувствах.

— Мороз, ты говоришь об этом так легко, что бесит, — выдавливаю я, усмехаясь. — А что, если она откажет?

— Ты этого боишься? — спрашивает, не отводя глаз.

— Отчасти.

— От какой еще такой части? — быстро смеется он. — Да или нет?

— Да, — признаюсь я, опуская голову себе на ладони. — Наверное.

— Так сделай, чтобы не отказала, — Веня пожимает плечами, но смотрит на меня с понимаем.

— Это как?

— Это уже ты должен ответить, как, — он разводит руками.

— Если хочешь, чтобы она была твоей девушкой, придумывай сам, — добавляет Илья.

— Хочу, — решительно произношу я.

— Тогда действуй, если что поможем, — он хлопает мне по плечу. — Ты только скажи.

— Обязательно, поможем, — поддерживает друга Мороз.

— Спасибо, пацаны, — с благодарностью говорю я.

— Было бы за что, — быстро бросает капитан, садясь рядом со мной.

— За все, — парни улыбаются мне и на душе становится чуточку спокойней.

Но я совру, если не скажу, что что-то внутри беспокоит меня. Может это не уверенность в том, что я способен на серьезные отношения? А может это банальное переживание на счет будущего разговора с Дашей и ее ответа? Но одно я знаю точно, я влюблен. Не знаю, когда и как это произошло, но это произошло. Случилось само по себе. До встречи с Дашей я строго настрого запретил себе ввязываться в какие-либо длительные отношения, но теперь я понял, мне никто и никогда не нравился настолько, чтобы мои внутренние убеждения таяли на глазах, стоило только девушке улыбнутся мне.

В этот момент я принимаю для себя решение, на этот раз я не дам собственным мыслям и сомнениям лишиться любимой девушки.

— А я тебе говорил, тебе идет? — голос друга вытаскивает меня из собственных мыслей.

— Что идет?

— Быть счастливым, — смеется он, обнимая меня за плечо.

— Да, иди ты, — слегка бью его локтем в бок, но мои губы сами изгибаются в широкой улыбке.

— Ты чего делаешь после тренировки? — Илья зашнуровывает коньки.

— А почему ты спрашиваешь? Куда-то пригласить меня хочешь? — смеюсь я.

— Ага, на свидание, блин, — он закатывает глаза. — У меня машина в автосервисе, свечи меняют, вот хочу попросить у тебя подбросить, это по пути к твоему дому.

— Я после трени не домой, — переодеваюсь в тренировочную форму.

—

К Даше? — улыбается друг.

— За Дашей. Она сейчас у Полины, они празднуют новоселье. Она же переехала. Блин… — застываю, держа в руках экипировку. — Ты можешь мне билеты хорошие попросить у тренера? Я Полине обещал за приглашение на чай.

— Могу, — Илья кивает, внимательно смотря на меня. — Какое новоселье? Куда переехала Полина? Какое еще приглашение на чай?

Надеюсь, это не секрет.

— Если честно, мало, что знаю, — я пожимаю плечами.

— Но адрес ты знаешь? — в ответ молча киваю. — Ты точно возьмешь меня с тобой.

Илья не спрашивает, он утверждает тоном, не потерпевшим возражения.

— А если мне за это Полина голову оторвет? — на полном серьезе спрашиваю я.

— Не оторвет. Я билеты еще лучше достану.

— Другой разговор, но только потому что ты мой друг, — он кивает и задумчиво отворачивается.

Раздевалка потихоньку наполняется сокомандниками. Каждый делится историями о празднованиями прошедшего Нового года. Выходим на лед с хорошим и в приподнятом настроении, готовые с новыми силами рванутся в бой.

— Так, хоккеисты, — призывает нас Николаич. — Идите сюда.

Мы подъезжаем к тренеру, выходящему на лед в своем обычной спортивной форме с символикой команды, с отросшими волосами и трехдневной щетиной на лице.

— Во-первых, всех с наступившим Новым годом, — он выдавливает легкую улыбку. Мы в ответ стучим клюшкой об лед, радостно восклицая. — Во-вторых, на этом хорошее заканчивается.

Мы все переглядываемся, пытаясь понять, к чему он клонит. Я вопросительно смотрю на капитана, но тот лишь пожимает плечами.

— Не знаю с чем связано и что случилось, но у нас изменилось расписание, — продолжает тренер. — Поэтому завтра утром мы должны быть в аэропорту. У нас начинаются неделя выездных матчей.

По арене разносится возгласы недовольства и разочарования.

— Знаю, парни, но ничего сделать не могу, — он разводит руками. — Поэтому завтра в шесть утра всем быть у комплекса, собранными.

— То есть домашняя игра отменяется? — спрашивает Снегирь.

— Не отменяется, а переносится, Снегирёв, — рявкает на него Николаич, а затем обращается к капитану. — Илья, зайди потом ко мне в тренерскую, я билеты отдам.

— Хорошо, тренер, — кивает друг.

— Что стоим? Тридцать кругов с ускорением, — кричит Николаич, дуя в свисток.

Глава 28

Марк

После изнурительной тренировки, мышцы уже начинают побаливать, поэтому я стою под горячей водой дольше обычного.

— Нам пора ехать, хватит намывать свою задницу, — слышу я голос друга возле своей кабинки. От резкого звука вода попадает в глаза и в рот, на секунду теряюсь в пространстве, но быстро прихожу в себя.