Ты нас предал
Шрифт:
— Надя, сядь и послушай, — он усадил меня на стул в кухонной зоне и сел напротив. — Сегодня у меня была пара телефонных и личных бесед с нужными людьми. Я кое-что узнал.
Ренат говорил спокойно, уверенно оперируя информацией, я внимательно слушала. Сначала он рассказал о том, что при разводе вовсе не обязательно доказывать, что ты не беременна. Даже если муж этого потребует — его просто никто не будет слушать, это нашей системе не интересно. Беременность — не тот факт, который может помешать разводу. Я задумалась — Богдан вообще вряд ли
— Дальше ситуация такая: если твой ребенок родится в течение трехсот дней с момента развода, то его автоматически запишут на твоего бывшего мужа.
Да, об этом я и сама знала, этого больше всего и боялась. Значит, выхода у меня не было… Я уныло опустила голову. Значит, придётся ему сказать?
— Подожди, слушай дальше, — продолжил Ренат. — Если за время беременности ты выйдешь замуж, и родишь уже в новом браке, ребёнка запишут на нового мужа, если он согласен.
— Как? — вскинула я голову. — Вот так просто? Без всяких анализов?
— Надя, анализы — это всё в сериалах, понимаешь? Всем плевать. Системе — плевать! Вот если твой бывший, узнав о ребёнке потребует анализ — тогда да, тогда могу назначить экспертизу, и по результатам её настоящего отец ребёнка впишут в свидетельство о рождении и его будут считать отцом с юридической точки зрения. Но как он узнает, если мы никому не скажем?
— Значит, он всё-таки может это сделать?
— Может. Но… — Ренат сел рядом, обхватил мои ладони сильными руками. — Если ты будешь моей женой, и ребёнок будет моим, то он не станет этого делать. Поэтому… Я хочу повторить своё предложение. Выходи за меня, Надя. Я спрячу тебя. Я смогу защитить тебя и ребёнка и… Я приму его. Смогу.
Он достал из внутреннего кармана пиджака коробочку, открыл. Там лежало очень красивое, нежное кольцо с довольно крупным бриллиантом. Я не особенно разбиралась в драгоценностях, хотя Богдан дарил их мне, но понимала, что такая вещица стоит совсем не дёшево. Но не цена была главной. Кольцо явно было сделано на заказ, оно было необычным, довольно широкий ободок,покрытый гравировкой, и сам камень не стандартной огранки. Значит, Ренат готовился к тому, чтобы сделать предложение. А я огорошила его беременностью. И всё равно он не отступил, и даже предложил помощь.
Разве можно было в такой ситуации ответить отказом?
Но… Хотела ли я быть женой младшего брата бывшего, всё ещё любимого, мужа?
Пути назад точно не будет. Перед Ренатом я буду нести ответственность как законная жена. Мой ребёнок будет называть ЕГО папой…
Хочу ли я действительно этого?
— Я согласна, — ответила я, приняв решение.
Я думала об этом. Была вероятность, что Ренат предложит мне выйти за него ещё раз. Это не было такой уж неожиданностью, но всё же меня удивило, что он решился. Он готов принять моего сына… Это очень большой поступок.
Только как будет на самом деле, а не на словах, я не знала. Но если
Любовь? Нужна ли мне любовь после всего этого?
Лучше тёплый крепкий тыл. Лучше пусть меня любят, а не я. Я уже…налюбилась. Хватит с меня.
С Ренатом я точно буду как за каменной стеной, а именно этого мне сейчас не хватает. А чувства… Стерпится-слюбится.
— Правда? — просветлело лицо брата моего пока что мужа.
— Правда, — ответила я, впрочем, не ощущая бешеной радости. Когда мне сделал предложение Богдан, я прыгала до потолка… Была счастливой, влюблённой дурой. Теперь я другая. — Но… Ты сам уверен, что хочешь этого?
Ренат вынул из коробочки кольцо и надел его мне на безымянный палец.
Так странно… Совсем недавно там было другое кольцо. Кольцо Богдана…
Но я давно его сняла, конечно. Теперь же его брат надевает мне кольцо в знак нашей помолвки.
— Да, хочу, — притянул он меня ближе к себе, а заволновалась — мне придётся быть женой ему по-настоящему. Ренат захочет меня уложить в постель, и будет иметь на это полное право. Смогу ли я? Но отступать теперь поздно…
— Твоя семья нас не поймёт и не простит, — сказала я ему, останавливая его жаркие поцелуи. Сначала разговор. Я не уверена, что Ренат не поддался просто слабости сейчас… И до конца понимает, что ему предстоит.
— Однажды поймут и простят, — сказал Ренат, сжимая мою талию крепче и притягивая меня к своим бёдрам ближе. — Если хотят, чтобы я был счастлив, то поймут. А моё счастье — это ты… Тебе можно?
— Что — можно? — не поняла я.
— Заниматься любовью, — ответил он.
— А-а… Можно, но подожди ты! — я снова попыталась выпутаться из его объятий. Как-то всё слишком быстро, я не ожидала от него такого напора сразу. — Мы не договорили.
— Ну хорошо, — отпустил он меня и сложил руки на груди. — Говори. Слушаю.
— Твоя мать тебя заклюёт, если узнает, что ты хочешь жениться на мне, — сказала я.
— Мы не живём с моей матерью, здесь она тебя не достанет, — ответил он. — Кстати, квартиру-то поменять придётся.
— Зачем?
— Как — зачем? — поднял брови Рен. — Для ребёнка нужна комната. И для наших с тобой…детей.
Я устремила взгляд на него.
Дети? Общие дети с Ренатом?
Об этом я как-то не думала.
— Я… Для меня не так просто забеременеть, ты же знаешь, — опустила я голову.
Снова эта тема. Да, сейчас я ношу ребёнка. Но он не от Рената. А когда я смогу забеременеть от него — и вообще, хочу ли от него детей! — я не знала. — Ты помнишь? У нас может никогда не быть детей, кроме этого ребёнка. Ты готов на это?
— Ничего, — улыбнулся ободряюще Ренат. — Сейчас беременность наступила, значит, всё не так уж плохо. Найдём выход, и ещё родим с тобой. Дочку…
Господи, от этих далеко идущих планов закружилась голова, и я присела на стул. Положила пальцы на виски.