Ты моё счастье
Шрифт:
– Ничего не знаю, — иронично улыбаясь, протянул Костас, — отказ на твоё имя написан, да и в метрике рождения твоё имя указано. Так что…
– Ах, ты…
– Ладно — ладно, — поднимая руки в примирительном жесте, — да устрой ты её в какой-нибудь при…
Договорить мужчина не успел, так как неожиданный удар кулаком в живот, заставил его согнуться от боли
– Совсем очумел! — воскликнул Костас
Димитрос посмотрел на брата таким уничтожающим взглядом, словно перед ним был мерзкий червяк. Развернувшись,
Поравнявшись с ними, бросил через плечо:
– В присутствии нотариуса, что в скором времени подъедет, подпишешь официальный отказ от ребёнка, а после на глаза мне больше не попадайся.
Покинул комнату, оставляя младшего брата наедине с родителями в состоянии глубокого потрясения.
глава восьмая
Димитрос
Только успел перекинуться парой слов с матерью, как откуда-то из глубины дома донёсся злой голос деда
– Димитрос в мой кабинет сейчас же!
– Всё, приехали, — тяжело вздохнул.
– Шеф, что сейчас будет? — спускаясь по лестнице второго этажа, обеспокоенно спросила Анастасия
– Будет буря, это точно, — невесело отшутилс, шагая в направлении кабинета главы семейства.
– Ну, внучек, как это понимать? — размахивая передо мной бумагами, допытывался тот прямо с порога.
– Как написано, так и понимать, — спокойно ответил я.
– И почему только сейчас узнаю, что у тебя есть пятилетний ребёнок? Где ты его прятал все эти годы? — уже почти орал на внука
— Это ребёнок твоего любимого внучка, а не мой
– Хватит заливать, в бумагах всё прописано
– А вот тест ДНК говорит иное.
– Какой там тест, надо быть слепым, чтобы не заметить, что эта девчонка, вылитый ты.
– Повторяю, её отец Костас, а не я.
– Хватит упираться. Все факты на лицо, — хватая меня за воротник рубашки и слегка встряхивая, цедил глава семьи сквозь зубы
– Воля ваша, но и на смертном одре буду повторять, она не моя дочь.
– Не беси меня внучек!
Терпение моё иссякло. Сбросив руки деда с себя, развернулся и крикнул в сердцах:
– Всё, с меня хватит, ухожу! Не позволю сделать из себя козла отпущения! — рванул из кабинета, со злости хлопнув дверью со всей силы
Анастасия
Мы с Машей сидя в гостиной, услышали, как вскоре хлопнула и входная дверь, а затем взревел мотор.
Девочка сорвалась с места и побежала к входной двери с криком:
– Папа Дима, подожди!
Машина резко сорвалась с места. Выбежав за дверь, Маша увидела уже отъезжающую на бешеной скорости машину. Захлёбываясь слезами, стала сбегать по лестнице. Но всё-таки на последней ступеньке споткнулась, из — за слёз застилающих глаза, и приземлилась на колени. Двор огласил
– Папа, не уходи!
У меня от этого душераздирающего крика, едва не остановилось сердце. Даже родители не выдержали и выскочили на балкон, посмотреть, что происходит. Увидев, сидящего на земле ребёнка, оба тяжело вздохнули и вновь вернулись в дом, что бы всё же выйти на крыльцо. Глава семейства, прекрасно видел всё происходящее через окно своей комнаты.
В то самое время девочка отчаянно вырывалась из моих рук, когда я пыталась её успокоить. Вскоре вдали послышался визг тормозов и топот ног бегущего в нашем направлении человека.
Выхватив из моих рук едва не бьющегося в истерике ребёнка, крепко прижал к себе.
Бросив взгляд на одно из окон, заметила седовласого мужчину, наблюдавшего за происходящим. похоже, это и был дед моего босса.
Заметив мой взгляд в его сторону, лишь хмыкнул в седую бороду, наблюдая за этой немой сценой во дворе из окна своей комнаты.
Девочка так сжимала его за шею, что ещё немного и дышать будет всё труднее и труднее. Димитрос внёс в дом вцепившуюся в него и всё ещё всхлипывающую Машу. Остальные свидетели этой драматической сцены вошли следом.
Димитрос
Оторвать девочку от себя было невозможно. Пришлось лечь рядом на одной кровати в своей спальне.
Она вскоре расслабилась и уснула. Хватка её объятий ослабевала с каждой минутой.
Перевернувшись на спину и подложив руки под голову, задумался.
"Этот ребёнок успел так привязаться ко мне в течение всего трёх недель. Глядя на мирно сопящее чудо под боком, самому хотелось взвыть в голос, но что это изменит. Вот так волей случая перейти из статуса дяди к статусу отца.
Ребёнок конечно ни в чём не виноват, но всё же… Я до сих пор не могу понять, что же на самом деле чувствую по отношению к ней. Может жалость, а может раздражение за то, что одно её появление перевернуло всю мою размеренную жизнь с ног на голову. И какой идиот сказал, что мужчины не плачут. А мне сейчас хотелось именно разрыдаться. Так же, как это делала Машутка сидя на земле во дворе дома".
И всё — таки не сдержался, и одинокая слеза скатилась по моей щеке, но маленькая ладошка, как раз не вовремя дотронулась до моего лица, и тихий голосок прошептал:
– Не плачь, папочка. Я буду хорошо себя вести, и во всём тебя слушаться. Только не бросай меня, как мама.
– От этих слов я резко сел на кровати.
– Почему ты решила, что мама тебя бросила? — спросил, а у самого кошки на душе скребут. Ведь так и есть.
– Слышала, когда играла во дворе, как у открытого окна взрослые говорили: " Бедная девочка, как могла мать от неё отказаться", — точно пересказав услышанную фразу, поникла.
" Ну, родственнички, языки вам поотрывать бы", — молча негодовал Димитрос