Ты - Моё Море

Войнова Яна

— Трахал ее? — напрямик спросил Вадик.

— Да пошел ты!

— Еще раз спрашиваю, трахал ее? — Вадик стукнул пацана в солнечное сплетение.

— Иди на х*й! — огрызался папенькин недоносок.

— Трахал или нет? — рявкнул Вадик, нанося тяжелые удары ему в живот.

— Нет. Отпусти, козел, — процедил сквозь зубы мажор.

— Не дала? — ухмыльнулся Северов.

— Ты больной? Она мне как сестра! — возмутился Егор, корчась от боли. — Мы дружим с детства.

— Еще раз увижу тебя рядом с Лорой, убью, понял? — предупредил его Вадик не для красного словца, абсолютно не приукрашивая свое намерение. Он реально пришибет

паскуду.

— Только если тебя не посадят быстрее, — не сдавался упрямый мажор, за что и получил очередной удар по ребрам напоследок. Вадик подал сигнал охране, и они покинули квартиру сраного мажора.

Да не будет Рыжик втроем трахаться… Она не шалава, по ней же видно. Вернее, внутреннее чутье подсказывало, что она может стать раскрепощенной, страстной оторвой в сексе, но только со своим мужиком, которому доверится. Лора же не согласится на групповушку… Повидал Север много женщин, готовых на горячие оргии, да и поучаствовал лично, чего уж… Лора не такая. Или он ошибается?

На выходе из подъезда Вадик остановился и зажмурился. Когда Вадик жил в детдоме, забавная девочка Даша научила его одной игре. Если погода пасмурная и небо заволакивают темные тучи, надо загадать желание и, если появится солнце или даже маленький луч просочится, то оно обязательно сбудется. Они с Дашкой загадывали свои детские сокровенные мечты: чтобы на полдник давали сладкое овсяное печенье, а не хлеб с маслом, или чтобы толстая нянечка перестала их бить мокрой вонючей половой тряпкой. Даша мечтала о том, что приезжающие в детский дом люди окажутся ее родителями и заберут девочку. Он мечтал, чтобы мама, какой бы она ни была, оказалась живой. Дашина мечта сбылась. Его - нет.

Сейчас же Вадик отчаянно загадывал, чтобы Лора не трахалась с этим мажорным уродом. Он несколько минут стоял у закрытой двери подъезда, ощущая себя сопливым дебилом, злился на себя за то, что не решается выйти.

Матеря себя последними словами, Вадик толкнул дверь ногой, покинул подъезд и снова закурил. Сразу в машину садиться не отважился, мог пришибить ненароком рыжую заразу. Лицевой спазм мучительно усилился. На улице никакого, сука, солнца в помине не наблюдалось. Главное теперь - не убить Рыжика. Или хотя бы не сразу.

Лора выскочила из машины и бросилась к нему.

— Он живой? Живой? — заорала она на всю улицу.

— Лора, ты ща лучше ко мне не подходи, — предостерег Вадик, отходя от нее не несколько шагов и отворачиваясь. Он не мог на нее смотреть. Слишком мерзко. Слишком больно. А главное, с чего бы? Перепихнулась с ним пару раз, да и секс говняный, все равно что мертвую трахать. А у Вадика грудь жжет так, будто его раскаленным ножом проткнули и садистки прокручивают рукоятку, не вынимая из него острие.

— Просто ответь мне, Егор жив? — не унималась Лора, подходя ближе. Деваха чокнутая на всю башку, инстинкт самосохранения отсутствует полностью.

— Да жив твой хахаль. Не парься, — рявкнул Север, сплевывая на землю.

— Хахаль? Какой хахаль? Нет у меня никакого хахаля, я тебя спрашиваю, Егор жив? — запищала Лора. Она смотрела на Севера с нешуточной надеждой и неподдельной тревогой из-за мажора, и становилось до жути противно! Пожалуйста, пусть выглянет солнце!

Вадик утвердительно кивнул, подозрительно поглядывая на стоявшую перед ним девушку. Лора облегченно выдохнула и счастливо улыбнулась. Сияет, млять, как гребанный фонарь в ночи, из-за смазливого сосунка. Пожалуйста, пусть

выйдет проклятое солнце!

— Спала с ним? — выплюнул Вадик. Лучше пусть не отвечает, пусть заткнется и молчит. Да, где же, мать его, чертово солнце?

Лора ошарашенно уставилась на него, будто он только что ей сказал, что земля плоская, а динозавры еще живы.

— Отвечай! Трахалась с ним? — рявкнул что есть мочи Вадик. Где, сука, это гребанное конченное солнце?

— Нет. Никогда, — выдала Рыжик. — Так ты поэтому?.. — Лора с шумом выдохнула, потерла лицо обеими ладонями. — Вадик, мы просто друзья с ним. С детства. Он мне как брат. Между нами никогда ничего не было. Егорка мне всегда помогал. Он хороший. Очень. Мы с ним с садика дружим, в школе за одной партой сидели, в университете вместе учились. Но он всегда был просто другом. Ничем больше. Не трогай его, пожалуйста. Он ни в чем не виноват. Он просто помогал мне.

Врет. Все врут. Лора тоже, хоть очень искренне. И ему п. здец как хочется ей верить. До жути. До желудочного спазма. Как тогда, в детстве верил, что мама за ним придет. Или, чуть позже, когда немного повзрослел, что его обязательно усыновят. До сумасшедшей боли озлобленному поломанному мальчишке внутри Вадика хотелось, чтобы он хоть кому-то был нужен.

— Тебе не выгодно его трогать, — продолжила убеждать его Лора. — Его отец — депутат, у него везде связи. А у тебя условный срок. Ты не настолько псих, чтобы… блин, ты же настолько псих! — воскликнула она словно самой себе. — Вадик, я очень тебя прошу, я умоляю тебя, не трогай Егора, — Лора подошла к нему ближе и притронулась к его ладони. Смурная девка. Один удар его кулака в висок - и ляжет мертвой на свежеуложенном асфальте. Совсем бесстрашная. Или безмозглая. — Пожалуйста, он мне очень дорог, — продолжала упрашивать за мажора, рыжая зараза. — Как друг! Клянусь тебе! — сразу пояснила и даже отгородилась ладошкой, будто присягу принимала. — У меня нет друзей, Вадик. Он единственный. Кроме него, у меня вообще никого нет, — напоследок призналась Лора и опустила кудрявую голову. Поникшая и грустная. От Лоры в этот момент разило мучительным тоскливым одиночеством, о котором Вадик Север знал все.

— Хочешь, чтобы я никого не убивал, Лора? — спросил он. Она с трогательной безмолвной мольбой взглянула на Вадика. — Хорошо. Но, право выбора у тебя только на одного. Так кого мне не трогать, Лора? Егора или Рому? Друг или муж, Рыжик? — издевательски злобно спросил он.

— Ты больной, Вадик, — Лора отшатнулась от него несколько шагов. — Я не буду выбирать.

— Кто-то из них умрет. Не обсуждается. Ты решаешь, кто именно. Сделаю, как скажешь.

— Это безумие! Псих ненормальный! — орала она.

— Егор или Рома? Решай, Рыжик! — давил на нее Вадик, тряся за плечи. Лора мотала головой из стороны в сторону, не желая делать ужасный выбор. — Значит, сдохнут оба, — решительно заявил Вадик, развернулся и направился к машине.

— Хрен с тобой, психопат! Егор… не трогай Егора! — со злостью выкрикнула она ему вслед.

— Его выбрала, потому что я Рому пока не нашел? Посчитала, что он в относительной безопасности? Глупо, Лора. Я его найду и прикончу. Клянусь тебе, — заявил он.

— Я тебе тоже клянусь, Северов. Когда у меня появится возможность, я снова сбегу. Даже не сомневайся в этом. Я все равно от тебя убегу, — процедила сквозь зубы Лора, стрельнула в него взглядом, полным искренней злобы, и села в машину.