Ты будешь там?

Мюссо Гийом

Шли дни, недели, годы.

Илена снова обрела смысл жизни.

И научилась ходить! Прихрамывая и слегка волоча ногу… она все же ходила!

Со всем энтузиазмом и нерастраченной энергией Илена преподавала морскую биологию в Стэнфордском университете и активно участвовала в акциях Гринписа, в кампании против выброса радиоактивных веществ в море и создании первых европейских отделений Гринписа в Париже и Лондоне.

* * *

Лето в Сан-Франциско.

Луч солнца освещает

холл больницы. Элиот купил колу и сел в одно из кресел.

Он смотрел новый канал Эм-ти-ви. На экране молодая певица в эпатажном остроконечном бюстгальтере эротично танцевала на сцене. Это была Мадонна.

В больнице царила непривычная тишина. Кто-то забыл на столике кубик Рубика. Элиот взял его и быстро собрал. Как и у всех, у него бывали хорошие и плохие дни. Сегодня все шло очень даже неплохо. Он чувствовал себя спокойно. Но в иные дни дела обстояли совсем неважно: одиночество и усталость окрашивали жизнь в черный цвет.

Вдруг послышалась сирена скорой помощи: привезли раненого. Элиоту предстояла очередная операция. Он вышел из задумчивости, жизнь для него снова обрела смысл.

1985 год

Верона, начало весны.

Элиот отправился в Италию на двухдневный конгресс по хирургии. Если он правильно понял слова двойника, именно сегодня должна была состояться встреча с матерью его будущей дочери.

Сидя на террасе, он смотрел, как заходит солнце над Пьяцца Бра. Багряный свет заливал римский амфитеатр, возле которого располагались десятки уютных ресторанов.

— Это вам, месье.

Официант поставил перед Купером бокал мартини, в котором плавали две оливки.

Что же делать? Элиот знал, что сегодня должен встретиться со своей судьбой, и волновался, что что-то пойдет не так. Он снова прокрутил в голове слова двойника, услышанные десять лет назад: «6 апреля 1985 года во время конгресса в Вероне ты встретишь женщину, которая тобой заинтересуется. Ты обратишь на нее внимание, и вы проведете вместе выходные. Тогда и будет зачата моя дочь».

Казалось бы, все просто, но только шестое апреля — это сегодня. Уже семь часов вечера, а итальянка все еще не появилась.

— Здесь свободно?

Купер поднял голову, удивленный тем, что фраза была произнесена по-английски с нью-йоркским акцентом. Перед ним стояла красивая молодая женщина в светло-розовом костюме. Возможно, по газете, лежавшей перед ним, она догадалась, что он тоже американец. Элиоту показалось, она была рада встретить соотечественника.

Элиот кивнул головой и предложил незнакомке присесть за его столик.

Они разговорились. Ее звали Памела. Она работала в сети отелей класса люкс, а в Верону приехала по делам.

«Это она? — спросил он себя, чувствуя волнение. — Наверняка это она. Все сходится».

Ведь его двойник не говорил ни слова о том, что женщина должна быть итальянкой. Элиот внимательно изучал

внешность женщины. Памела была высокой, с красивой фигурой и светлыми волосами — настоящая бизнес-леди.

Когда подали закуски, они уже оживленно обсуждали Майкла Джексона, Стивена Спилберга и Карла Льюиса. [28]

Поддерживая разговор, Элиот не мог избавиться от мысли: «Все-таки странно, я представлял ее совсем другой».

28

Карл Льюис — знаменитый спринтер, двукратный олимпийский чемпион.

После нескольких часов непринужденного разговора впереди их ожидала бессонная ночь любви. Но, несмотря на красоту Памелы, Элиот сильно сомневался, что близость с ней принесет ему радость.

Ему не верилось, что эта женщина станет матерью его дочери. Сложно объяснить почему. Внешне она была вполне привлекательной, но, судя по разговору, явно не блистала умом. В ней не нашлось той изюминки, которая могла бы его зацепить.

Да уж, если бы он не встретил своего двойника, никогда бы не подумал, что этот флирт приведет к рождению ребенка.

«Никак не пойму, чем мне может понравиться эта женщина?»

Повсюду стали зажигаться фонари, в ресторане прибавилось народу.

Элиот попросил счет. Официант был занят, и доктор решил заплатить у барной стойки. Расплачиваясь, Элиот достал из кармана «Мальборо» и поднес сигарету к губам. Он уже собирался достать зажигалку, как услышал:

— Вы неплохо оперировали сегодня утром, доктор.

Он поднял глаза на собеседницу: тридцатилетняя женщина сидела рядом с ним на высоком табурете, держа в руках бокал белого вина.

— Вы тоже были на конгрессе?

— Джулия Батистини, — представилась она, протягивая ему руку. — Я работаю хирургом в Милане.

У нее были зеленые глаза и рыжие волосы, и она ничуть не походила на итальянку.

Элиот присмотрелся к женщине и заметил очаровательный блеск в ее глазах — то, чего не мог найти в Памеле.

Доктор с облегчением подумал, что именно эта восхитительная женщина станет матерью его дочери.

— Я бы очень хотела пообщаться с вами на эту тему, — начала Джулия, — но…

— Что?

Она кинула взгляд на террасу.

— Мне кажется, вас ждет подружка.

— Не важно.

Джулия улыбнулась, радуясь, что одержала верх над соперницей, и с хитринкой в голосе произнесла:

— Ну тогда…

Сан-Франциско

1986 год. 5 часов утра

Элиоту 40 лет

В доме Элиота зазвонил телефон. Женщина, в голосе которой слышался легкий итальянский акцент, сообщила ему то, о чем он уже давно знал.