Ты будешь мой
Шрифт:
Крик звенит в ушах ещё какое-то время, пока я смотрю на девушку. Она тяжело дышит – так, будто захлёбывается воздухом. И, если прислушаться, можно разобрать характерный сип – у неё наверняка проблемы с дыханием и частый кашель. Вот уж не повезло, так не повезло.
– Вы так думаете?
– я смотрю на юбки королевы (потому что ей самой очевидно неудобно под моим взглядом). Юбок много – как носят знатные дамы. Не меньше трёх, коричневые, затейливо расшитые золотыми нитками. И очень жаль, что такая сложная и красивая вышивка пачкается
– Я его т-тебе н-не от-тдам, - тяжело дыша, выпаливает королева, отвлекая меня.
– Кого? – я снова смотрю ей в глаза, и девушка сжимается от моего взгляда – как побитая, озлобившаяся собака.
– Рэяна, - выплёвывает королева, глядя на меня с вызовом.
Улыбаюсь.
– Не нужно, госпожа. Он мне не нужен.
Глаза девушки – красивые, но и без того довольно большие для её лица – удивлённо расширяются. Будто её Рэян – такое сокровище, от которого просто невозможно отказаться.
– Н-не лг-ги м-мне.
– Я не лгу, госпожа, - ловлю себя на том, что разговариваю с ней, как с испуганным зверьком. – Я ведь его даже не помню.
Королева хмурится, смотрит на мою жемчужину – и снова мне в лицо.
– Он-н люб-бит т-тебя, - обличающе говорит она, поджимая губы.
Я не выдерживаю – смеюсь.
– Правда? Меня столько человек любит, Ваше Величество – жаль, что я не могу ответить им всем взаимностью. Но на всех меня не хватит. Госпожа, пожалуйста, не надо расстраиваться, у меня нет никаких прав на вашего мужа. И я не хочу никаких прав. Пожалуйста, живите счастливо. Если вы меня отпустите, я уйду и не буду вам мешать.
– Т-ты см-меёшься надо м-мной, - в глазах девушки полыхает гнев, и я со вздохом качаю головой.
– Нет, госпожа. Я говорю правду. Если бы я знала, что вы уже обвенчались, я никогда бы не стала вмешиваться, - и это правда. Просто незачем бы было. До мысли, что убить я не способна, я могла бы дойти и без дополнительного подкрепления в виде грустного принца-тени.
– Д-да, я усп-пела раньше, - усмехается королева. Потом, прищурившись, говорит: - Т-ты в-всё рав-вно умрёшь.
– Умру, - соглашаюсь я. Понятия не имею, какая я фэйри, но что-то во мне твёрдо знает: на пирсе я сделала выбор. Хоть никакого выбора по сути не было.
Королева встаёт и кивает – как будто согласна с моими мыслями.
– Д-да. И я н-не б-буду т-тебя п-пока уб-бивать. Рад-ди т-тебя Рэян сд-делает всё. А т-ты в-всё равно ум-мрёшь. Мн-не не выг-годно уб-бивать т-тебя сейчас, - она говорит так, будто саму себя в этом убеждает. И я молчу – мне нечего ей сказать. Я даже не могу придумать, что сделать, чтобы она перестала смотреть на меня, как на врага.
Но кое-что спросить я должна:
– Ваше Величество, - королева замирает в дверях. Боится? – Почему вы меня прокляли?
Оборачивается. И снова этот ненавидящий взгляд.
– П-потом-му чт-то Рэян люб-бит т-тебя. А
– И только поэтому? – я всё ещё не могу поверить. Кого-то можно любить настолько сильно, чтобы причинять вред? Она же делает больно этому Рэяну. И явно собирается шантажировать с моей помощью.
– К-конечно. Р-разве м-мало?
Мне действительно нечего сказать – я её просто не понимаю. И королева резко отворачивается, возится с замком и потом идёт, спотыкаясь – прямо как я с моими больными ногами – по тёмным ступенькам наверх. Мимо стражников – как в тумане. Интересно, она их вообще замечает? Или видит только туман?
Бедная девушка.
***
Илва
Я оттягивала разговор с Рэяном как могла. То, что он узнал свою морскую девку, говорило только об одном: ещё одно заклятье спало. Он вспомнил.
Ну что ж, проклятья вечными не бывают, я это знала. И какая теперь разница, раз мы муж и жена. Он мой навсегда. Так или иначе, поймёт, что меня нужно любить. Что ему выгодно меня любить. Угрозы – сначала, как кнут. Пряник тоже будет, но позже.
Он полюбит меня, я его заставлю.
Ну а пока – с русалкой я разобралась, ладно уж, пусть живёт. Пока. Всё равно же помрёт – скоро, так что она мне не опасна.
Остались её помощники.
Герцог Никэла Мартин успел исчезнуть, пока стража разбиралась с морской девкой и устроившим скандал при слугах Рэяном – впервые видела, чтобы он так грубо нарушал приличия. Русалка точно сводит его с ума, и это нужно использовать.
Мартина искали. Надо сказать, предприимчивый герцог меня удивил – он почти успел ускользнуть. Почти – его вместе с фэйри сняли с корабля, уходящего в Никэл. И в отличие от фэйри, побережец отнёсся к своему пленению с юмором.
Зубоскалил он в моём кабинете, то и дело бросая странные взгляды на портрет русалки. Уверял, что морская девка его заставила, заколдовала, окрутила – и дальше по списку. Сейчас он тоже не в себе. Но моя красота его немедленно вылечит… Зря он про красоту. Грубую ложь терпеть не могу.
В темницу я его не отправила – пока. Пообещала послать королю Никэла сообщение, пусть он решает, что делать со своим подданным. А герцога пока – под домашний арест.
Вот так скоро все гостевые комнаты займу арестантами…
Герцога увели, я посмеялась, но осадок остался – я думала, этот никэлец умнее. Неужели и впрямь влюбился в морскую девку?
Вот фэйри развлёк меня куда лучше.
Для разнообразия я приняла его тоже в кабинете – спускаться в темницу, к ней, мне не хотелось. И думать об этом даже не хотелось – так что я нарушила давнюю традицию встречаться с фэйри исключительно в пыточной. Ну ладно, здесь же исключительный случай: фэйри, служившие друг другу, мне ещё не попадались.