Ты будешь моей
Шрифт:
Когда Вудроу ушел заниматься хозяйством, Элизабет, оставшись одна, стала размышлять о том, что рассказала Дикси. Ей многое стало понятно, но единственное, с чем она не могла согласиться, — это с объяснением Дикси, почему Рене выбрала себе в любовники человека много старше ее. Как доктору Элизабет был знаком этот психологический феномен, объясняющий притяжение молодых девушек к пожилым мужчинам. Но ведь Рене никогда не страдала из-за отсутствия отца, она была совсем крошкой, когда тот умер, и у нее не осталось никаких воспоминаний
Элизабет замерла. Внезапно она увидела схожесть судеб Рене и ее дочери. Маленькая Лаура тоже никогда не видела своего отца. Неужели история повторится? Неужели Лаура пройдет тем же путем, что и Рене, — сначала бунт, потом побег? Неужели ее жизнь закончится так же трагично?
Застонав, Элизабет закрыла лицо руками. Стоп, сказала она себе. Ведь она сама тоже потеряла отца, но ее жизнь сложилась совсем иначе. Определенно, существуют какие-то другие причины, которые привели Рене к бунту. Она напрягла память, но не смогла вспомнить ни одну из них.
Элизабет встала и пошла в ванную, чтобы вытащить белье из стиральной машины. Не собираясь долго задерживаться в «Таннер-Кроссинг», она взяла с собой совсем мало одежды.
Занявшись бельем, Элизабет услышала звук открывающейся двери. Сердце ее дрогнуло. Вудроу. Он пришел домой. Она не хотела анализировать свои чувства и понимать, почему при виде, него ее сердце наполняется такой радостью. Было достаточно того, что она просто это чувствует. Этому мужчине она могла открыть свою душу без всякого страха осуждения с его стороны.
В отличие от Рене, Элизабет совсем не бунтовала в юности, не сбегала из дома и уж точно не искала в мужчинах отца. Но с детства она мечтала о семье, своей собственной семье, хотела любви, тепла и чувства защищенности, и это желание возрастало с каждым годом. Она надеялась найти все это в отношениях с Тедом, но так и не нашла.
Но зато Элизабет встретила Вудроу. За три коротких дня с ним она испытала и почувствовала больше, чем за три года, проведенные с Тедом.
Может, я влюбилась?
Элизабет прижала руку к сердцу, эта мысль была настолько острой, настолько шокирующей, что она почувствовала боль в груди.
Нет, сказала она себе, невозможно! Или возможно?..
— Доктор? Ты где?
При звуке голоса Вудроу Элизабет подпрыгнула.
– Я здесь, - отозвалась она, затем глубоко вздохнула, стараясь успокоиться перед тем, как выйти в комнату.
Он сидел на краю дивана и снимал носки. Рядом лежали его ботинки.
При виде него сердце ее растаяло.
— Привет.
Вудроу поднял голову и улыбнулся.
– Привет. — Он встал и расстегнул рубашку, глядя Элизабет в глаза. — Ты скучала без меня?
Она кивнула, при виде его обнаженного торса губы ее пересохли. Он был такой... мужественный. Такой невероятно, потрясающе мужественный! Ей захотелось прикоснуться к нему, положить ладони на его грудь, дотронуться
Элизабет сжала кулаки, ногти ее вонзились в кожу. Никогда прежде в ее голову не приходили такие мысли и желания. Она никогда не мечтала о сексе, наоборот, всегда старалась избежать близости с Тедом.
— Доктор? С тобой все в порядке?
В голосе Вудроу звучала тревога. Элизабет сделала глубокий вдох и подняла на него взгляд.
— Нет, — сказала она. — Но я сейчас приду в себя.
Не отводя от него взгляда, она положила руку ему на грудь.
— Ты нужен мне, Вудроу.
Элизабет увидела искру изумления в его глазах и тотчас же поняла, что тело его откликнулось на ее молчаливый призыв. Когда они занимались любовью в прошлый раз, он обращался с ней бережно, словно она была фарфоровой статуэткой, готовой разбиться от любого неосторожного прикосновения. Но сейчас она хотела не нежности, она хотела секса: горячего, неуемного, страстного.
Продолжая смотреть в глаза Вудроу, Элизабет положила другую руку ему на плечо. Тело его было таким красивым, таким сильным! Трепеща, она погладила пальцами завитки волос на его груди, вокруг сосков, а затем, не в силах устоять, прижалась губами к месту, где билось его сердце и провела языком вниз по его теплой коже. Она ощутила вкус соли, услышала бешеное биение его сердца, и рука ее скользнула еще ниже.
Вудроу дернулся от этого прикосновения, напрягся и застонал.
— Мне это словно снится, — выдохнул он, — пожалуйста, не буди меня.
Возбужденная его желанием, Элизабет слегка толкнула его, и он откинулся назад на софу.
Они занимались любовью долго и ненасытно, пока оба не упали в изнеможении.
— Док? — слабым голосом спросил Вудроу. — Может, ты приняла какую-то таблетку, пока меня
не было?
— Угу, — смеясь, ответила Элизабет.
— Или, быть может, это последствия свежего деревенского воздуха?
Она игриво взглянула на него.
— Ты не жалуешься?
— Черт возьми, нет! Ты можешь проделывать эти штуки в любое время, как только... — Зазвонил телефон, и Вудроу зарычал от досады. Придержав Элизабет за бедра, он прижал ее к себе. — Я не хочу отвечать.
– Но, возможно, это важно.
Потянувшись, она достала с дальнего конца стола телефонную трубку и приложила ее к его уху. Бросив на нее хмурый взгляд, Вудроу прогремел в трубку:
– Пусть это будут хорошие новости.
Послушав секунду, он разочарованно произнес:
– Сейчас? — затем вздохнул и добавил: — Хорошо. Мы приедем как можно скорее.
– Что-то случилось? — с тревогой спросила Элизабет.
Вздохнув, Вудроу покачал головой.
– Нет. Это Эйс. Все мои братья собрались в доме. Они хотят с тобой познакомиться.