Твонк
Шрифт:
– Может, у него рентген в глазах, сверхзоркость или дар телепатии не знаю. Может, он вообще не хочет, чтобы я читал?
– Это уже что-то, - буркнул Фицджеральд.
– Ты знаком с теорией машин этого типа?
– Роботов?
– Подчеркиваю: с теорией. Человеческий мозг, как известно, коллоидная система. Компактная, сложная, но медлительная. Представь теперь, что ты создаешь механизм с мультимиллионной радиоатомной управляющей системой, окруженной изоляцией. Что это такое, Керри? Мозг! Мозг, обладающий невообразимым числом нейронов,
– В теории.
– И я всегда так думал. И все же интересно, откуда взялось твое радио.
Подошел посыльный.
– Мистера Вестерфилда просят к телефону.
Керри извинился и вышел. Вернулся он, загадочно хмуря черные брови. Фицджеральд вопросительно посмотрел на него.
– Звонил некий Ллойд из "Мидэстерна". Я говорил с ним о радиоле.
– А результат?
Керри покачал головой.
– Нулевой. Он не знает, кто собирал этот экземпляр.
– Но собирали-то у них?
– Да. Недели две назад. Но фамилии сборщика нигде нет. Ллойд, кажется, считает это весьма забавным - они всегда знают, кто какой приемник собирает.
– Так значит...
– Значит, все напрасно. Я спросил его, как открыть ящик. Говорит, что нет ничего проще: достаточно отвернуть гайки на задней стенке.
– Но ведь там нет никаких гаек, - сказал Фицджеральд.
– Вот именно.
Они переглянулись. Первым заговорил Фицджеральд.
– Я бы отдал пятьдесят долларов, чтобы узнать, сделали этого робота две недели назад или нет.
– Почему?
– Радиоатомный мозг требует обучения. Даже в таких простых делах, как прикуривание сигареты.
– Он видел, как я прикуривал.
– И подражал тебе. А мытье посуды? Гм... Вероятно, индукция. Если эту машинку обучали - она робот. Если нет...
– Фицджеральд замолчал.
– То кто?
– Не знаю. У нее столько же общего с роботом, как у нас с древней лошадью. Одно я знаю наверняка, Керри: возможно, никто из-современных ученых не сможет сконструировать такое... ничто подобное.
– Ты совсем запутался, - прервал его Керри.
– Кто-то ведь ее сделал.
– Угу. Только - когда? И кто? Вот вопрос, который меня мучает.
– Через пять минут у меня лекция. Может, зайдешь сегодня вечером?
– Не могу. Вечером я читаю во Дворце. Потом я тебе позвоню.
Керри кивнул и вышел, стараясь больше не думать о радиоле. И это ему неплохо удалось. Однако, ужиная в ресторане, он понял: ему не хочется возвращаться домой. Дома его ждал страшный карлик.
– Бренди, - заказал он.
– Можно двойное.
Два часа спустя Керри вышел из такси перед дверями своего дома. Он был изрядно пьян, и все кружилось у него перед глазами. Покачиваясь, он дошел до крыльца, осторожно поднялся по ступеням и открыл дверь.
Щелкнул
Радиола вышла ему навстречу. Тонкие, но крепкие, как сталь, щупальца, нежно обняли его, фиксируя неподвижно. Керри вдруг испугался, он хотел крикнуть, но в горле совершенно пересохло.
Из радиолы вырвался ослепительный луч желтого света, опустился ниже, целясь в грудную клетку, и Керри вдруг почувствовал странный вкус под языком.
Примерно через минуту луч погас, щупальца спрятались, радиола вернулась в свой угол. Керри с трудом добрел до кресла и рухнул в него, жадно хватая ртом воздух.
Он был совершенно трезв, хотя это казалось невозможным. Четырнадцать рюмок бренди оставляют в кровеносной системе значительное количество алкоголя, и недостаточно махнуть волшебной палочкой, чтобы в ту же секунду протрезветь. Все же случилось именно так.
Этот... робот хотел ему помочь. Другое дело, что Керри охотнее остался бы пьяным.
Он поднялся и на цыпочках прошел мимо радиолы к полке с книгами. Искоса поглядывая на аппарат, он вытащил тот самый детектив, который хотел читать прошлым вечером. Как и ожидалось, радиола вынула книгу из его рук и вернула на полку. Вспомнив слова Фицджеральда, Керри взглянул на часы. Время реакции - четыре секунды.
Керри взял том Шауцера и стал ждать, что будет. Радиола не шевельнулась. Однако, когда он потянулся за исторической работой, ее заботливого отобрали. Время реакции - шесть секунд.
Керри взял еще одну историческую книгу, в два раза толще. Время реакции - десять секунд.
– Угу. Но когда? И кто? Рентгеновское зрение и сверхбыстрая реакция. О великий Иософат!
Керри опробовал еще несколько книг, определяя критерий выбора. "Алису в Стране Чудес" отобрали беспощадно. Стихи Эдны Миллей - нет. На будущее он составил список из двух колонок.
Наконец Керри вспомнил о лекции, которую ему предстояло читать завтра, и принялся листать свои записи. В нескольких местах требовалось уточнить цитаты. Керри осторожно потянулся за книгой - и робот тут же ее отнял.
– Без глупостей, - предостерег его Керри.
– Это мне нужно для работы.
Он пытался вырвать книгу из щупалец, но аппарат, не обращая на него внимания, поставил ее на место.
Керри постоял, кусая губы. Это было уже слишком. Проклятый робот вел себя, как тюремный надзиратель. Керри метнулся к полкам, схватил книгу и, прежде чем радиола успела, шевельнуться, выбежал в холл.
Аппарат пошел следом, едва слышно ступая своими... ножками. Забежав в спальню, Керри закрыл дверь изнутри и стал ждать с бьющимся сердцем. Ручка медленно повернулась. Сквозь щель в дверях скользнуло тонкое, как проволока, щупальце робота и начало манипулировать ключом. Керри подскочил к двери и задвинул засов, но и это не помогло. Специализированные щупальца робота-отодвинули засов, радиола открыла дверь, вошла в комнату и приблизилась к Керри.