Турист
Шрифт:
— Да… а… — молодой человек бросил взгляд на отрешённого шефа и, облизав тонкие губы, вздохнул: — В общем, Азамат Хузянович предположил, что информация о месте сделки могла уйти не только с «жучков», если таковые были установлены на машинах. При наличии серьёзной аппаратуры, можно отследить нужный транспорт на очень большом расстоянии. По эфирному следу. Но для этого нужна по-настоящему серьёзная техника. Военная. Эксклюзивная.
— Та-ак, — Девлетъяр моментально понял, к чему клонит подчинённый его родовича и перевёл на Азамата потемневший взгляд. — Ты всё никак не успокоишься, да? Дались тебе эти молодожёны!
— Но у них действительно может быть такая аппаратура! — взвился
— Я могу подтвердить, что на той платформе вполне может быть установлено оборудование нужного класса и сложности, — кивнул молодой человек. — Антенные комплексы, их типы и местоположение, мощность эфирного излучения… всё говорит за это.
— Они уже к Перми подъезжают, должно быть, — тихо, словно куда-то в сторону проговорил Девлетъяр.
— Знаю, — также тихо ответил Азамат. — Я уже отправил за ними сарапульскую пятёрку и придал ей свой личный десяток в помощь.
— Решил устроить бойню на улицах Перми? — вздохнул боярин. — Молодец, племянник. Просто молодец!
— Да не будет никакой бойни! — мотнул головой тот. — Десятком командует начальник Дамира. А ему я поставил задачу — взломать эту чёртову платформу и перегнать её сюда, в Усть-Бельск. Хозяев брать живьём… по возможности.
— По возможности… — эхом повторил за Азаматом его старший родственник. — Иногда мне кажется, что твоя мать слишком часто подкидывала тебя в детстве… и не всегда ловила.
— Засранец, этот Азамат! — сердито проговорила Оля, когда запись на фиксаторе подошла к концу. Я непонимающе уставился на супругу. — Что? Он же обещал боярину не лезть к нам, если…
— Ну, «если», оно и есть «если». Передумал Азамат Хузянович, бывает, — развёл я руками. — Зато теперь понятно, почему эти орлы нацелились на спасплатформу, а не на нас. Хотя я бы на их месте действовал наоборот. Но технарь в командирах… это диагноз, да.
— О? — удивилась Оля и, смерив меня испытующим взглядом, вдруг кивнула сама себе. — Кажется, сейчас ты скажешь, что у нас кардинально меняются планы. Стоп-стоп-стоп, милый. Попробую угадать… Ты что-то узнал из этой записи… нет… не что-то… кого-то?
— Следователь ты мой, — слабо улыбнулся я ей в ответ. — Можно же просто спросить, правда? Но ты права, я действительно кое-кого узнал на этой записи. Да и ты бы узнала, если бы…
— Старик! — хлопнула себя по лбу Ольга, так и не переставшая прислушиваться к моим эмоциям. — Ты узнал старика!
— Еремей Иванович, отец моего первого друга, Вячеслава Вердта, — кивнул я, но о том, что это не единственный знакомец, увиденный мною на записи, говорить не стал. Ни к чему это. Пока.
— Полагаю, это значит, что мы отправляемся к Исенбаевым? — вздохнула Оля и, увидев мой кивок, решительно откинула люк спасплатформы. Но не успел я удивиться, как тут же услышал ответ на свой невысказанный вопрос. — Что? Надо же их машины прихватить с собой. В конце концов, техника-то подотчётная, а мы, вроде как, идём с миром. С миром же?
Глава 30
Сова, открывай. Медведь пришел
Тратить много времени на подготовку к визиту в имение Исенбаевых мы не стали. Всё-таки, как бы хорошо не отработала «Флешь» наших недавних противников, полностью исключить возможность наблюдения за происходившим на стоянке у отеля она не могла. Хватило бы одного-единственного фиксатора, оказавшегося внутри сформированного «Флешью» купола, чтоб в городе поднялась нешуточная тревога. Это, всё-таки, не Усть-Бельск и даже не уездный Сарапул. Пермь не просто так считается столицей Прикамья, и как и в «больших» столицах, её власти крайне отрицательно
В общем, затягивать сборы мы не стали. Единственное, пока Оля распихивала «выключенных» дружинников Исенбаевых, мне пришлось потратить несколько минут на открытие окна в кабинет Девлетъяра Исенбаева и перенос его во двор имения. Всё-таки, вламываться в личные покои боярина без спросу и предупреждения… ну, не комильфо. Да и машины там точно не поместятся, м-да. Как бы то ни было, уже через пять минут спасплатформа вкатилась на просторный, выложенный аккуратной плиткой двор имения Исенбаевых, а следом за ней, направляемые телекинезом Оли, въехали и вездеходы наших неудачливых преследователей. Въехали и замерли, мерно тикая остывающими двигателями. Как там… «Ревизор», последняя сцена? Ну, как-то так, да. Впрочем, нужно отдать должное боярским дружинникам. Как бы их не удивило появление из ниоткуда нашей спасплатформы и исенбаевских вездеходов, на то чтобы прийти в себя и поднять тревогу, охране поместья понадобилось куда меньше полутора минут. А к тому моменту, как мы с Ольгой выбрались из машины на свежий воздух, вокруг было уже не протолкнуться от вооружённых дружинников. Да и не только они почтили нас своим вниманием. В тишине, нарушаемой лишь лязгом оружия и амуниции, хлопнули высокие дверные створки парадного входа в господский дом, и на широком крыльце его появились хозяева этого имения. Собственно, сам Девлетъяр Исенбаев, боярич Азамат и… ну куда ж без великого гридня Алана!
Оглядевшись по сторонам, Оля фыркнула в адрес наставленных на нас стволов и, вздёрнув носик, подхватила меня под руку. Что ж, намёк понятен, пойдём здороваться с хозяевами дома сего. Удивительно, но останавливать наше «шествие» никто не стал, хотя стволы дружинники не отвели, держа нас на прицеле. Хотя вполне возможно, что причиной тому отпущенный мною с поводка Эфир. Но утверждать наверняка не стану.
Так и дошли до широких каменных ступеней крыльца, молча. Остановились… и я уж было хотел поздороваться… вежливо, разумеется, как меня опередил боярин Исенбаев.
— Приветствую, господа, — ровным, но звучным голосом произнёс он. — Чему обязан?
— И вам здравствовать, уважаемый Девлетъяр Наильевич, — кивнул я в ответ, всё так же поддерживая жену под руку. — Да вот, появилась неотложная необходимость нанести визит, заодно решили вернуть вам вашу технику и людей… ну и обсудить неадекватность поведения некоторых ваших родственников.
— Технику? Вижу, — протянул боярин. — А людей, простите, нет.
— Так они в технике и есть, уж извините, пришлось штабелями уложить, чтоб поместились, — я попытался развести руками, что, учитывая хватку Оли, было совсем непросто. — Не переживайте, все живы и почти здоровы. Максимум, немного помучаются головными болями, как очнутся. Но это мелочи, право слово.
— Мелочи?! — встрепенулся Азамат, но в ту же секунду ему на плечо легла тяжёлая ладонь гридня Алана, и Хузянович умолк.
— Правильное решение, — я благодарно кивнул дружинному воеводе. Тот нахмурился, но промолчал. А вот Девлетъяр, очевидно, что-то такое понял, судя по быстрому взгляду, брошенному им на Алана.
— Прошу, давайте зайдём в дом, — предложил он, возвращая к нам своё внимание. — Всё-таки, двор — не лучшее место для таких бесед.
— Благодарю, — я растянул губы в улыбке, и мы с Олей шагнули на каменные ступени крыльца. Вот тут-то я и придавил свой Эфир, перестав фонить на всю Ивановскую. Очевидно, слегка перестарался, потому что даже идущая рядом супруга облегчённо вздохнула.