Туннель в небе
Шрифт:
— Может, это одна из твоих лун?
— Ни в коем случае. Они больше, отчетливо видны и имеют форму диска. Я тебе говорю, Новая! По-другому и быть не может. Ты только подумай, какая удача!
— Какая еще удача? — расстроенно переспросил Род. — Нам от этого никакого проку. До нее, наверно, светолет сто, не меньше.
— Да, но неужели тебя это не трогает?
— Нет.
Род пригнулся и заполз в пещеру. Джек взглянул на небо еще раз и последовал за ним. Оказавшись внутри, они долго молчали. Род — явно обиженно. Наконец Джек сказал:
— Пожалуй,
— Просто не понимаю, где я ошибся, — откликнулся Род невпопад. — Вроде бы все было так логично.
— Не морочь себе голову, — посоветовал Джек. — Мой инструктор по аналитике говорит, что логика — это просто тавтология. С помощью логики не узнаешь ничего такого, чего не знал раньше.
— Тогда какой в ней смысл?
— Спроси что-нибудь полегче. Ладно, напарник, я спать хочу — умираю. Давай ложиться.
— Ладно. Но, Джек, если это не Африка — а я должен признать, что это действительно так, — то что нам делать? Получается, нас здесь просто бросили?
— Что значит «что делать»? То же, что и раньше: есть, спать, оставаться в живых. Это наверняка зарегистрированная планета. Если мы продержимся, кто-нибудь обязательно здесь появится. Может, просто нарушилась подача энергии к воротам, и завтра нас отсюда заберут.
— В таком случае…
— В таком случае хватит болтать и давай спать.
Глава 6. «Я думаю, он мертв»
Проснулся Род от заполнившего пещеру божественного аромата. Он перекатился на живот, заморгал от льющегося под навес яркого света и с некоторым усилием вспомнил, где он и что произошло днем раньше. Джек сидел на корточках у маленького костра на краю каменного уступа. Пахло жаренной на огне печенкой.
Род встал на колени и обнаружил, что мышцы у него по-прежнему ломит от усталости: во сне он снова сражался со стоборами. На этот раз в ночных кошмарах ему явились пучеглазые чудовища, вполне уместные на планете, неожиданно ставшей чужой и много опаснее, чем казалась. Однако он все же выспался, а когда с утра так восхитительно пахнет жареным мясом, никакие ночные ужасы не могут испортить настроение.
Джек поднял глаза.
— Я уж думал, ты проспишь весь день. Иди почисти зубы, причешись, прими душ и давай к столу. Завтрак готов. — Потом он снова взглянул на Рода и добавил: — Можешь еще и побриться.
Род улыбнулся и потрогал рукой подбородок.
— Ты просто завидуешь моей щетине, мальчишка. Подожди, через год или два и ты поймешь, какое это мучение. Бритье, простуда и налоги, как говорит мой отец, это три вечные проблемы, с которыми человечество, похоже, никогда не справится. — При мысли о родителях у Рода вдруг зашевелилась совесть: он даже не мог вспомнить, когда думал о них в последний раз. — Чем-нибудь помочь?
— Садись, бери соль. Этот кусок — тебе.
— Давай поделим.
— Ешь и не спорь. Я себе еще сделаю.
Род взял у Джека дымящийся, обугленный кусок печени — пришлось перекидывать его из руки в руку и дуть. Он поискал глазами соль. Джек в это время
В руках у Джека был «Полковник Боуи».
Среагировал Род мгновенно. Стремительным движением он схватил Джека за запястье.
— Ты украл мой нож!
Джек застыл.
— Род… ты с ума сошел?
— Ты меня оглушил и украл мой нож!
Джек даже не сделал попытки освободиться.
— Ты еще не проснулся, Род. Твой нож у тебя на поясе. Это другой нож… Мой.
Не опуская глаз, Род сказал:
— На поясе — это «Леди Макбет». А тот, которым ты режешь мясо, — «Полковник Боуи», мой нож.
— Отпусти руку.
— Брось нож!
— Род… ты, наверно, сможешь заставить меня бросить нож. Ты сильнее и уже держишь меня за руку. Но вчера мы с тобой объединились. Если ты сейчас же меня не отпустишь, наш договор не в счет. Тебе, видимо, придется убить меня… Потому что, если ты этого не сделаешь, я тебя рано или поздно выслежу. Я буду следить за тобой, пока не застану спящим. И тогда тебе конец.
Не сводя друг с друга глаз, они застыли над костром. Род тяжело дышал и пытался осмыслить, что же произошло. Улики были против Джека. Но неужели этот маленький поганец шел за ним по следу, а затем оглушил и ограбил? Выходило, что так…
Но почему-то не верилось. В конце концов Род решил, что расправится с Джеком, если рассказ покажется ему лживым, и отпустил его руку.
— Ладно, — сказал он, — как у тебя оказался мой нож?
— Это не бог весть какая история, — ответил Джек, продолжая резать печенку, — и я по-прежнему не уверен, что это твой нож. Собственно говоря, он и не мой тоже — мой ты видел. А этот я использую в качестве кухонного. У него балансировка неважная.
— У «Полковника Боуи»? Балансировка? Да это самый лучший метательный нож на свете!
— Ты будешь слушать или нет? Я нашел в зарослях одного парня — еще немного, и на него набросились бы шакалы. Не знаю, кто его прикончил — может быть, и стобор, — но он был наполовину съеден и весь изорван когтями. Однако лицо его осталось нетронутым, и я уверен, что он не из моего класса. У него была «Молния» и…
— Подожди. Ружье?
— Ну я же сказал. Видимо, он пытался им воспользоваться, но ему не повезло. Короче, я взял, что можно, — этот нож и еще кое-какое снаряжение. Могу тебе показать. «Молнию» я оставил: энергоблок был разряжен, а без него это просто металлолом.
— Джек, посмотри мне в глаза. Ты не лжешь?
— Я могу отвести тебя к этому месту, — сказал Джек, пожимая плечами. — От того парня, видимо, мало что осталось, но «Молния» наверняка там.
Род протянул руку:
— Извини. Я поторопился с выводами.
Джек взглянул на него, но руки не подал.
— Я думаю, партнер из тебя неважный, так что лучше нам поставить здесь точку. Мы квиты. — Нож перевернулся в воздухе и упал рукояткой на ногу Рода. — Забирай свой тесак и проваливай.
Род оставил нож лежать на земле.