Тунец
Шрифт:
Мне кажется, что это байки браконьеров, - скептически начал Джордж.
– Которые они рассказывают береговой охране, когда офицеры пограничной службы обнаруживают оставленный на борту улов.
Старый рыбак Арт рассмеялся в ответ и Джордж не понял, был он прав или нет.
Я чертовски устал держать эту удочку, - вытирая пот со лба с залысинами проворчал Юджин и добавил.
– Нам бы на борт противолодочный бомбомёт "Сквид". Швырнули бы рыбине глубинную бомбу, тунец бы быстро всплыл брюхом кверху.
А с ним всплыла бы единственная исправная подводная лодка канадского флота, за компанию, -
– И, кстати, "Сквид" давно уже снят с вооружения. Лет сорок назад.
Юджин хотел спросить - "А чем заменили?", но на секунду задумался, стоит ли задавать приятелю такой вопрос и свой шанс упустил.
Лёгких путей ищите, - продолжая улыбаться вмешался в разговор друзей капитан судна.
– Без борьбы вытащить улов можно, но удовольствия от рыбалки будет уже не то.
Это точно, - поддержал реплику Арта Джордж и вернулся на корму.
Лески на катушке спиннинга значительно прибавилось. Снасть уходила в глубину под углом порядка семидесяти градусов к поверхности моря, а значит тунец был уже близко.
"Он съел макрель и крючок зацепился ему за губу, а рук у него нет, чтобы выдернуть крючок. Хотя, как бы он плавал со скоростью быстроходного катера, если бы у него были руки. Смешно бы это выглядело. А раз сделать с крючком рыба ничего не может, то рано или поздно мы её достанем. Если леска не оборвётся. Опять это если.
Если ты спокоен, не растерян,
Когда теряют головы вокруг,
И если ты себе остался верен,
Когда в тебя не верит лучший друг,
А Киплинг всё таки был гений. Как хорошо и точно он применил слово "если":
И если будешь мерить расстояние
Секундами, пускаясь в дальний бег,
Земля - твоё, мой мальчик достояние,
И более того - человек!
Нет, до глубинных бомб при ловле рыбы мы опускаться не будем. Это Юджин от усталости предложил. Нужно оставаться людьми. И раз уж мы решили поиздеваться над тунцом, то нужно подтянуть его к борту, вынуть крючок изо рта и отпустить. Больше я на такое мероприятие ни ногой."
Взявшись за толстую черную рукоятку спиннинга, Джордж почувствовал, что сопротивление улова значительно ослабло. "Он всё ещё сопротивляется, но уже не так отчаянно, как полтора часа назад. Чудеса, мне уже и не верится, что на крючке двести пятьдесят килограмм мышц. А может быть Арт, по старой английской привычке, имел ввиду фунты? Тогда внизу не больше, чем сто сорок кило. Вытащим увидим, не долго осталось."
Размышляя об улове Джордж опять вспомнил Старика и его Рыбу. "Дед продать её собирался. Сантьяго несколько дней боролся с марлином и всё время думал, сколько песо ему дадут за него. Интересно, а сколько сейчас стоит рыба Старика и сколько стоит, скажем, стокилограммовый тунец? Надо будет спросить Арта, уж он то точно знает. Жук ещё тот, уверен, что наш кэп браконьерствует и втихаря толкает улов на чёрном рынке."
За свою трёхминутную вахту со спиннингом в руках Джордж отвоевал у рыбы всего лишь два фута лески и довольный тем,
Арт, - обратился он к капитану.
– Сколько может стоить наш улов? Это гипотетический вопрос, я понимаю, что мы не оставим рыбу себе.
Синий атлантический тунец до несколько десятков тысяч долларов, зависит от реального веса и свежести улова. На сегодняшний день цена мяса доходит до двух сотен долларов за килограмм. Вот и считай, если там двести кило, то сорок тысяч. Тихоокеанский - в разы дороже. Японцы просто с ума сходят на рыбных аукционах. Иногда цена за одну тушу переваливает за миллион.
А голубого марлина?
Это того, которого кубинский старик восемьдесят дней ловил, а когда поймал, то три дня вытягивал?
– усмехнулся Арт.
Да, - ответил Джордж, ожидая развернутый ответ.
Не знаю, я голубых марлинов не ловил, и не собираюсь. Правительство нашего южного соседа разрешает его коммерческий лов только за пределами двухсотмильной экономической зоны, впрочем как и тунца. Наши, естественно, во всём идут у них на поводу, а я так далеко от берега не хожу, - ответил капитан нашего плавсредства и отвернулся в окно.
Когда Джордж в очередной раз вышел на палубу, он заметил как оживились его спутники. Осмотрев водную поверхность наш госслужащий заметил, как в десятке метров от правого борта несколько раз мелькнул острый голубоватый плавник. Кайл и Юджин осторожно подтягивали рыбу к судну. Она продолжала сопротивляться, но туристам было очевидно, что её спонтанные движения теперь уже чередуются с весьма долгими паузами. Когда от улова до борта оставалось не больше метра, тунец лёг на бок и над поверхностью воды на мгновение показалась огромная треугольная серебристая голова размером со щит средневекового рыцаря. Чёрное блюдце глаза тунца оценило количество людей, которые ради фотографии три часа мучили его и он сделал ещё одну отчаянную попытку уйти от позора.
Этот нырок был последним в борьбе рыбы против шести мужчин. На палубу вышел Арт. Капитан направился на корму своего судна, на ходу натягивая толстые кожаные перчатки на мозолистые ладони.
Ну, что приятель, - потянув на себя леску руками, весело сказал он.
– Пора сдаваться.
Рыба всплыла. Покачиваясь на океанской ряби полутораметровый обитатель глубин лежал на боку и слегка бил хвостом по поверхности воды.
Вытягивать не будем. Тунец запросто может перебить руку любому из нас. Эти шипы, - Арт провёл рукой над задней частью туловища рыбы.
– Идущие от плавников к хвосту, костяные. Они острые как лезвие ножа.
Туристы загалдели от восхищения за спиной старого рыбака. В руках у каждого из них был мобильный телефон со встроенной фотокамерой. Стараясь не упустить, для большинства из них, единственный подобный момент в жизни, они снимали тунца на видео периодически выражая улову слова уважения.
Отличный боец!
Как силён!
Полтора центнера одних мышц!
Вдвоём бы не справилась!
Да, что там вдвоём, мы бы и вчетвером не вытащили его!
Кайл, плоскогубцы!
– совсем как врач в операционной, требующий у медицинской сестры скальпель, пинцет или зажим, коротко скомандовал Арт.