Тумбочка
Шрифт:
Уж очень много она знала историй, когда девчонки летают за сексуальными утехами в Турцию, Египет и прочие южные страны. Но замуж-то сразу зачем? Все, что случилось на отдыхе, пусть остается на отдыхе, в свою основную жизнь тащить это не надо.
– Нет, менеджером в отеле работал, – ответила Вера.
– Ну я же говорю, аниматор, – окончательно постановила Василиса.
Вера слегка обиделась, но рассмеялась. И тут Василиса почувствовала злость. Ну хоть и аниматор, а у нее-то вообще никого, кроме пса, и посмотрела раздраженно на Шарика. Он почувствовал недобрый взгляд Васи и напрягся.
–
– А что, думаешь, ими только мальчишки бывают? Знаешь, сколько мужиков до седых колокольчиков остаются аниматорами? – со знанием дела спросила Вася. Ее опыт заключался в прочтении книг, в основном классиков, и просмотре сериалов, где интриги составляли самую суть. – Не жалеешь?
– О чем? – не поняла Вера.
Василиса приготовилась услышать душераздирающую историю о бедной русской девушке, которую обманул вероломный мужчина, воспользовался ее красотой, невинностью и, конечно, позарился на ее деньги, отнял ребенка и выкинул к бедным престарелым родителям обратно в Россию. Но не тут-то было.
Вера как будто прочитала Васины мысли и продолжила:
– Все были против! И друзья, и родители. Все недоумевали, как можно выходить замуж через неделю знакомства, да еще и за мужчину, с которым ты познакомилась при таких обстоятельствах. Слишком шаблонно все. Отговаривали. А я вот так влюбилась… за одну неделю всего, представляешь?!
Василиса издала какой-то неясный звук. Только Шарик среагировал молниеносно, отвлекся от девчушки и перенес свое внимание на хозяйку. «Что-то заболталась она с этой», – подумал Шарик и рыкнул, мол, пошли дальше. Но Василиса слушала Веру, не обращая внимания на Шарика. Когда нет своей жизни, а чужая наполнена яркими красками, то хочется прикоснуться к ней и почувствовать себя причастной. Василиса не могла поверить в чужое счастье и все равно ждала подвоха.
– И? – В ожидании плохой развязки спросила она.
– А я влюбилась и поверила ему.
– И? – Еще настойчивее спросила Вася.
– Ну что «и»? И вот я уже счастлива как восемь лет.
– И все? – Василиса недоуменно смотрела на Веру.
– Да. Конец истории.
– А где же страсти и трагедия? – продолжала недоумевать Василиса.
Вера засмеялась:
– Вот все так спрашивают. А я счастлива, и даже рассказать нечего. Сейчас к родителям погостить приехала. Уже так по мужу соскучилась – не могу! – Помолчала немного и добавила: – И он тоже.
– Это самая короткая история любви, которую я слышала, – сказала Василиса. Хотя она еще не закончена, немного со злобой подумала она. – Ведь все, что происходит быстро, живет недолго.
– Да, и так бывает, – произнесла Вера и встала с качелей: говорить было больше не о чем.
Чужое счастье никому неинтересно, а поделиться им так хочется.
Василиса поняла, что больше ничего не добьется от Веры и потеряла к ней интерес, да и история выходила какая-то совсем пресная. Она потянула Шарика за поводок. Пёс, почувствовав настроение хозяйки, уже был готов двигаться дальше. Она быстро попрощалась и засеменила подальше от счастливой Веры и белокурого ангела. Счастье глаза колет. Кому не хочется встретить своего принца? И неважно, египетского
Василиса вдруг остро ощутила одиночество. Шарик, конечно, скрашивал жизнь, но он не мог быть Василисиной второй половинкой. А так захотелось прижаться к сильному мужскому плечу, а не зарываться в теплую собачью шерсть. В общем, захотелось поплакать и на ручки, снова стать маленькой девочкой.
Придя домой, Вася позвонила родителям, которые жили в другом городе. Уехали к сыну, Василисином брату. Брат Вовка женился на девчонке из южного города, родил много детей, родители поехали ему помогать, да так и остались. Море, солнце, хорошая погода шли на пользу всем. А Вася осталась в родительской квартире устраивать свою личную жизнь. Она и устроила – с Шариком.
Василиса осознала, что такое положение вещей ее не устраивает. Она, конечно, не молода, но и не старуха еще, тридцать с хвостиком – не приговор. Женщина она умная, с опытом, знающая толк в мужчинах и разбирающаяся в их поведении. Не зря уже столько времени с Шариком живет. Мужчины же как собаки, ими ведь тоже одни рефлексы движут. Вырабатывай всю жизнь у них условные – и все. Условные с безусловными смешиваются, и мужчины уже не различают, какие установки даны при рождении, а какие женщины надрессировали.
Вася зашла в квартиру. Шарик остановился на коврике и сел ждать, когда хозяйка разденется и принесет тазик с водой, чтобы помыть ему лапы. Это уже тоже было выработано на уровне рефлекса. Василиса посмотрела на Шарика и в продолжение своих мыслей сказала:
– Эх, ну чем ты не мужик, Шарик? Подай, принеси, помой, накорми. Нетерпимый, как мужик, вот вынь и положь, – вздохнула она и пошла в ванную комнату за тазом.
Шарик умным взглядом посмотрел на хозяйку, как будто все понял, и поднял правую лапу.
В общем, у них было полное взаимопонимание.
Лежа ночью в кровати и глядя в потолок, считая барашков от бессонницы, Василиса приняла решение во что бы то ни стало изменить свою жизнь. Почему какой-то Вере так везет, а она хуже, что ли? Она тоже обязательно найдёт спутника жизни, выйдет замуж – может, тоже за иностранца – и родит детей. Чтобы быть не хуже Веры и брата. А то родители им гордятся, помогают, а она, Василиса, осталась одна и вроде как не у дел. На полу у кровати захрапел Шарик. Вася поняла, что не уснет в таком шуме, и встала, чтобы залезть в интернетную сеть и задать один очень интересующий её, можно сказать, сакральный вопрос: как выйти замуж?
Интернет пестрил самыми разными рекомендациями – от стандартных: «не показывайте, что хотите за него замуж…», «станьте загадкой», до интересных: «пробежаться голой по росе во время тренировки футбольной команды» и таких сложных, как «потереть бычьи яйца на удачу».
«Н-да, – думала Василиса, – между стать загадкой и бычьими яйцами яйца явно лидируют. Хотя бы знаю, где их искать». Она посмотрела на спящего Шарика: нашел быка, считай, удача в руках. Вася посмотрела на свою ладонь, как бы примеряя, поместится ли туда ее удача. «Вот так берешь… А тереть как: по часовой или против?» – серьезно размышляла она. Потом хмыкнула и даже хихикнула от своих мыслей.