Туман

Герберт Джеймс

— На вашем месте я бы загнал ребят в автобус и закрыл бы все окна и двери.

— Это еще зачем? — спросил учитель.

— Хотя бы затем, что от тумана им никакой пользы. Постараюсь как можно быстрее прислать вам подмогу, так что сидите и ждите.

Джон сел в машину и включил зажигание. Прежде чем захлопнуть дверь, он повторил свой совет:

— Не выпускайте их из автобуса и закройте окна.

— Хорошо, мистер э?..

— Холмен.

— ...Холмен, но я надеюсь, что будет тепло, и небольшой туман нам не повредит.

— В самом деле? — подумал Холмен, давя на газ и трогаясь с места. — Сомневаюсь...

Туман не давал ему покоя. Врачи

утверждают, что причиной его болезни был подземный газ или туман. Конечно, все это притянуто за уши. Но запах ему знаком, и столкнулся он с ним впервые там, в пропасти. Так подсказывал инстинкт, которому Холмен привык безоговорочно доверять. Стон прервал его мысли.

— Ой, как болит голова! — громко заохал шофер.

— Скоро доставим вас к врачу, — заверила его Кейси, нехотя отрывая взгляд от затуманенной дороги и поворачиваясь к несчастному водителю.

— Ох и влетит же мне, — печально продолжал он, — уж Саммерс об этом позаботится. Жалкий ублюдок! Ох, простите, мисс! — извинился он. — Это тот тип, что остался с мальчишками, — пояснил шофер. — Всегда меня ненавидел. Не так, вишь, отношусь к ребятам.

— Школа принадлежит ему? — спросил Холмен.

— Еще чего! Он всего лишь помощник директора, а форсу хоть отбавляй. И прозвище у него Капитан Крюк. Мальчишки придумали. — Бедняга засмеялся и поморщился от боли. — Из-за него-то все и вышло.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, ехали мы себе, посмеялись малость с ребятами, повыпендривались чуток, а он давай цепляться ко мне, как к молокососу какому. Только собрался я его на место поставить, как готово дело — в кювет угодили. Чуть стекло башкой не проткнул. Ну я, понятно, в отрубе, очухался — вся физиономия в крови. Поди, до сих пор каплет?

Холмен только улыбнулся в ответ. Туман густел, настроение падало. Машина ползла с черепашьей скоростью. Джон все ближе наклонялся к ветровому стеклу.

— Что это?! — Кейси вцепилась в его руку. Ее взгляд устремился вправо, но там лишь клубился туман.

— Что? Я ничего не вижу.

— Оно исчезло. Может, ничего и не было, но мне показалось, что я видела какой-то свет. Что-то белое сверкнуло в тумане и исчезло. Там, наверное, туман гуще. Сейчас я ничего не вижу.

— Солнце, должно быть.

— Да, наверное.

Новые жалобы пассажира привлекли их внимание:

— Черт бы побрал эту погоду. Только поспевай за ней. То солнце вовсю палит, а не успеешь оглянуться — туман. То тишина и благодать лучше некуда, то вдруг землетрясение. Да как раз под самым носом, в Уилтшире. — Шофер покачнулся от боли и заговорил громче: — А вчера? Вы слыхали, что стряслось вчера?

Холмен кивнул не оборачиваясь.

— Это вы про убийство? — спросил он.

— Ага! Во всех газетах пропечатали. Близ пострадавшего от землетрясения городка найдены зарубленные топором толстосум полковник с женой и прислуга — горничная и кухарка, кажись. А парень, что их прикончил, отрубил себе руки и умер от потери крови. Являются к полковнику гости, а они все лежат как миленькие. Кто знает, до чего мы еще докатимся?!

— Да, — сказал Холмен, — похоже, вы правы. Сейчас солнце, а через минуту мгла.

— Похоже, через все эти передряги попрут меня с работы.

— Нет, я надеюсь, что все уладится, — посочувствовала Кейси.

— Ну, вы еще старого Крюка не знаете. Невзлюбил меня Капитан, хоть ты тресни. Да мы-то про него тоже кой-чего знаем. — Ходжиз снова застонал: — Скоро уже?

Мучительно долгие пятнадцать минут они блуждали в тумане. Вдруг он исчез, и засияло солнце. Перемена была так внезапна, что казалось, туман остался за захлопнувшейся дверью.

— Черт, — удивленно пробормотал Холмен.

Он постоянно следил за дорогой и заметил, что

туман слабеет, но и его изумило их внезапное освобождение. Джон и Кейси оглянулись на желтую пелену у них за спиной. Ходжиза волновали только собственные болячки и переживания. Он не замечал происходящего вокруг. Кейси почудилось, что в тумане кто-то прячется, и ей почему-то стало жутко от этого. Холмен посмотрел на нее с напускной бодростью.

— Не может быть! — прошептала девушка.

Джон молча покачал головой. Дальше они поехали с выключенными фарами. Теперь можно смело прибавить ходу. Скоро они добрались до деревни. Ходжиз показал, где находится полицейский участок. Холмен побежал туда и, не теряя времени, рассказал об аварии. Сержант не понял, из-за чего он, собственно, так волнуется: ведь никто из мальчиков серьезно не пострадал. Полицейский с удивлением выслушал рассказ о тумане. В деревне стояла ясная погода, а из окрестных населенных пунктов никаких сообщений не поступало. Сержант обещал Холмену, что позвонит в гараж и вышлет на место аварии кого-нибудь из своих людей, затем сообщил адрес доктора и поблагодарил Джона за беспокойство.

Холмен вышел из участка. Его охватило чувство легкой неудовлетворенности. Возможно, он зря беспокоится, ведь туман в Англии — дело обычное, особенно летом. Ничего из ряда вон выходящего. Сейчас, когда сияет солнце, трудно представить себе наводящую ужас атмосферу желтовато-серого облака. Туман казался чем-то нереальным, словно его и не было никогда. Все-таки болезнь дает о себе знать, но ведь Кейси тоже встревожена из-за тумана. Наверное, ей просто передалось беспокойство Джона. Кто не знает, как быстро распространяется волнение, переходя от человека к человеку. Он должен расслабиться. Целый час он был напряжен до предела, а сейчас чувствует себя как выжатый лимон. Почему он запретил Кейси выйти из машины? Значит, он боится тумана, считает его причиной помешательства, хотел защитить Кейси от этой желтой дряни? Может быть, этот страх останется в нем навсегда?

Непрестанно ворчащего Ходжиза отвезли к доктору. Убедившись, что раненый в надежных руках, Джон и Кейси отправились в Лондон.

Глава 5

Через несколько часов, позавтракав по пути, Джон и Кейси приехали на Сент-Джонс-Вуд-роуд, где у Холмена была квартира неподалеку от стадиона «Лордз». Припарковав машину у дома, они, усталые, поднялись наверх. Несмотря на солидный возраст, дом хорошо сохранился. В квартире царили уют и порядок. Мебели было немного. Оригинальные картины дополняли обстановку. В углу стояло растение с длинным, почти голым стволом, но с обильной листвой на верхушке. Холмен шутил, что это растение сбежало из ботанического сада и пришло к нему в поисках любви. На самом же деле Джон самолично похитил его много лет назад, забравшись с друзьями после шумной пирушки в ботанический сад. Холмен понятия не имел, как называется это дерево, поэтому окрестил его просто Джорджем. Окно спальни выходило на плоскую крышу, где Джон любил сидеть, глядя на звезды. В его характере сочетались романтичность и любовь к риску и приключениям. Единственной роскошной вещью в доме была кровать. Холмен любил поспать, и ему доставляло удовольствие заниматься любовью, но для этого необходим простор. Естественно, что кровать занимала большую часть спальни. Впервые увидев этот сексодром, Кейси рассмеялась, а позже, лежа на нем, испытывала жгучую ревность к прошлому Джона, но отнеслась с пониманием. Холмен не скрывал своих увлечений, а Кейси была достаточно взрослой, чтобы принять жизнь такой, какая она есть. Джон тяжело опустился на стул, скинув для удобства ботинки. Кейси готовила кофе. Она принесла чашки и села у его ног, поставив кофейник на пол.