Тулса
Шрифт:
— Ого. — Только и смог сказать Светоч в ответ на мощную тираду. — Ты успела это понять, живя на внешнем кольце, или этому тебе научили на внешке?
— Я наблюдательная. — Ответила Коломбина. — Кто занимался программированием, тот понимает, как работают команды.
— А зачем ему прописали этот закон?
— Наверное... — Коломбина задумалась, — Люди предполагали, что города не смогут вместить всех желающих еще долгое время, и появится возмущение этим фактом, поэтому они должны сами заботиться о собственной безопасности. Как видишь, их прогнозы сбылись.
Трактор, лязгая механизмами, остановился
— Чем дальше мы уходим от внешнего кольца, тем отчетливее я понимаю, что ты не совсем тот человек, которого я себе представлял. В тебе много такого, что ты ни разу передо мной не демонстрировала.
— А зачем дикарке корчить из себя слишком умную? Это же дисгармония.
— Ты права. Если бы ты повела подобные разговоры со мной до того, как я отправился в рейд, ни о каком продолжении отношений не могло быть и речи. Я бы испугался их крамольного содержания и решил, что ты опасна.
— И сдал бы МАКу?
— Непременно. — Светоч прижал ее к себе и поцеловал в холодную щеку. — Ты знаешь, что я сейчас чувствую?
— Что? Облегчение? — Предположила Коломбина.
— Мне кажется, что это не я иду разбираться с МАКом, а ты взяла меня в плен и ведешь. Что я жертва какого-то сложного и хитроумного плана, всю глубину замысла которого мне не постичь.
— Да брось, Светош. Просто решила выговориться. Девушке неприятно вести в паре. Мне просто не хочется тебя больше терять. Все мои разговоры, это пустая болтовня, заимствования чужих мыслей. Надо же менять твое отношение ко мне в лучшую сторону. Раз я могу связать пару мыслей в одну, почему бы и не похвастаться перед тобой. — Она засмеялась, побежала в сторону трактора, выделяющегося в темноте темным силуэтом, и бесстрашно заскочила на плуг. — Поехали, не бойся.
Светочу не хотелось выглядеть перед Коломбиной трусом. Он догнал трактор и встал на широкую раму плуга, ухватившись за механизм регулировки опорного колеса.
— Теперь ты можешь рассказывать, что участвовал на сельхозработах. — Смеясь и перекрикивая вой двигателя, произнесла Коломбина.
— Боюсь, горожанам эта информация не будет нести никакого смысла. Они, конечно, учили и видели в роликах, как растет хлеб, но то, что их не касается ежедневно, они быстро забывают. Зачем знать и помнить то, что никогда не пригодится?
— А не пригодится им почти ничего. — Резюмировала Коломбина. — Если бы не МАК, поддерживающий искусственно уровень общества на определенном уровне, то оно бы в течение нескольких поколений с таким объемом знаний и умений ухнуло бы в каменный век. Только представь, что все «клещи» выключились, а МАК перестал поддерживать инфраструктуру, и все перестало работать. — Она посмотрела на силуэт Светоча, пытавшегося не свалиться с плуга. — Представил? — Спросила она, не дождавшись ответа.
— К своему сожалению. — Ответил Светоч. — Мы понятия не имеем, как все устроено. Я даже не знаю, в каком месте зерно и мясо превращаются в еду. Где ее искать, если перестанут работать пищевые автоматы. Откуда берется электричество, вода. Кто будет менять сломанную технику. Я всего этого не знаю. МАК обо всем заботился, зачем мне было это знать. А ты что, все это знаешь и умеешь жить, даже если тебя выбросят
— Смогу. Я умею ловить рыбу, готовить еду, замешивать тесто для хлеба или лепешек, добывать огонь, много раз чинила мопед, паяла микросхему на сломанной колонке, прокладывала электричество в наш балаган, да еще много чего делала, что и не нужно было. Мое детство прошло очень беспокойно, но многому научило.
— Половину из перечисленного я даже не понял. — Признался Светоч. — Что такое паяла микросхему на колонке? Для меня это набор несвязанных слов.
— Не парься. Считай, что я немного похвасталась.
— Тебе удалось произвести на меня впечатление списком заклинаний. Положа рука на сердце готов признать, что я чувствую себя полным неучем, невеждой и даже дикарем. Прямо в этот момент, стоя на этой железяке, мое мировоззрение совершило разворот на сто восемьдесят градусов. Все, что я впитывал с детства, оказалось прямо противоположным. Мы, горожане, и есть дикари, напыщенные глупцы с необоснованным чувством превосходства.
— Ты стоишь на плуге.
— Что?
— Железяка, на которой ты стоишь, называется плуг.
— Я же говорю, глупцы, которые ничего не знают.
— Ничего страшного. Желание учиться и познавать должно сохраняться у человека в течение всей жизни.
Трактор остановился. Причиной остановки стал край вспаханного поля. Плуг начал подниматься вверх. Светоч и Коломбина испугались и со смехом спрыгнули на землю. Трактор начал разворачиваться и чуть не задел их мощными лемехами.
— Так могла бы на полпути закончиться наша великая эпопея. — Пошутил Светоч.
— Не доверяю я роботам. — Пошутила в ответ Коломбина. — Так и норовят убить человека.
— Смотри, как красиво. — Светоч уже не слушал ее.
Он смотрел в ту сторону, где белело сияние города. Его самого еще не было видно, только отражение от мощного светового потока в низких облаках. Коломбина тоже замерла, восхищенная зрелищем.
— Не верю, что увижу город вживую. — Произнесла она шепотом.
У них ушло еще три часа, прежде чем они увидели светящиеся вершины самых высоких зданий Тулсы. Казалось, что теперь он уже рядом. Но час проходил за часом, а город очень медленно открывал свои секреты. Последний секрет открылся неожиданно. Светоч и Коломбина поднялись на холм и увидели перед собой множество сияющих дорожек, упирающихся в купающееся в огне пространство огромного города. Коломбина замерла на месте. Светоч тоже видел город с такого ракурса впервые и был поражен его великолепием.
— А может, ну их, эти великие планы. — Произнесла Коломбина дрожащим голосом. — Я хочу тут остаться.
un:yes’>
Глава 14
Глава 14
Оказалось, что между городом и предприятиями, производящими питание, непрерывно сновал транспорт. Светоч и Коломбина шли с ним по одной дороге до тех пор, пока не выяснилось, что машины попадают туда подземными путями. Тоннели оказались узкими, исключая возможность попасть в город тем же способом, что и машины.