Туда, где ты

Соло Слава

Сдавшись под прессом матери и моей наигранности, он подарил мне одно из фамильных колье своей семьи. Шарлотта долго восхищалась, беспрестанно охая и прикладывая к себе три ряда огромных, слепящих своей яркостью бриллиантов. А я больше не могла притворяться алчной наследницей, ведь моя прихоть была утолена, а потому мне приходилось делать вид, что я испытываю расположение к де Буйону.

Слуги моей матери

только крестились и отводили глаза, когда я предлагала им все свои украшения за то, чтобы они случайно оставили дверь открытой. Да, меня запирают как преступницу, правда, в золотой клетке. Целыми днями я мечусь по гостиной словно тигр в клетке, в отчаянии заламывая себе руки. Моник ко мне тоже не пускают, что говорит о том, что на самом деле маменька не так быстро списала со счетов мой поступок, как я предполагала. Возможно она мне не доверяет, а возможно, всё-таки поверила в историю, рассказанную Анной, хоть и говорила мне обратное. В любом случае, герцогиня перестраховывается, чтобы быть уверенной, что всё пойдёт по её плану.

Мне становится на столько одиноко в своей келье, что когда докладывают о приходе маркизы де Монтеспан, я соглашаюсь её принять чуть ли не с радостью.

Атенаис вплывает, шелестя своими юбками и оглядывая роскошную обстановку в комнатах, выделенной моей матери. Фаворитка короля выглядит как всегда не в меру роскошно, она транжирит деньги из казны и вьёт из короля веревки. Не удивительно, что она так боится потерять своё место подле него – подобной жизни ей больше никто предложить не сможет.

– У Вас прекрасная обстановка, но разумеется, моя выглядит на много лучше. – заявляет она удовлетворенно, в свойственной ей манере.

Я пропускаю это замечание мимо ушей, интересуясь, зачем она пожаловала. Я не столь наивна, чтобы принимать это за светский визит.

Атенаис присаживается на обитый шелком стул и лишь пригубив предложенный ей чай, приступает к сути дела:

– Я слышала Вашу историю, Клеменс. До меня доходили некоторые слухи касаемо Ваших.. увлечений.

Как же быстро при дворе расползаются сплетни. Один выдох – и все вокруг уже заражены.

Разрываюсь между тем, чтобы солгать ей, однако, что-то внутри подсказывает, что в этом случае мой враг может сыграть мне на пользу. И я иду на этот риск, надеясь,

что он себя оправдает.

– Слухи не врут. – сообщаю я, внимательно следя за её реакцией.

У неё даже зрачки сужаются от моего откровения. Облегчение и осознание легкой победы явно сквозит в лице фаворитки.

– Что же, – произносит она, явно пребывая в эйфории, – Вы были со мной честны и я буду так же откровенна с Вами. Мне не нравится Ваше присутствие при дворе и я нахожу его.. неудобным для себя. – усмехаюсь этой очевидной истине, а она продолжает. – Я могу помочь бежать Вам и Вашему любовнику.

Как же сильно она хочет избавиться от меня, что готова пойти на такое? Никак король уже несколько раз упоминал моё имя в её присутствии, иначе даже Атенаис не решилась бы на столь отчаянный шаг. Но сейчас у меня во мне расползается только облегчение.

– Что Вы хотите предложить? – стараюсь скрыть своё счастливое предвкушение.

– Во время маскарада, – де Монтеспан опускается до шепота, – со стороны восточного крыла есть маленькая дверь через кухню. Там Вас будет ждать карета с чёрными занавесками. Вы сами скажете направление кучеру, он отвезёт Вас туда, куда пожелаете. На сиденье Вас будут ждать документы, куда Вы сможете вписать свои новые имена. Подлог раскроется, но времени будет достаточно, чтобы Вы смогли скрыться и преодолеть границу Франции, если пожелаете.

По мере её рассказа в моей голове рисуются такие радужные картины нового будущего, что я не могу удержать радостную улыбку на своём лице. Кто бы мог подумать, что ненависть Атенаис ко мне обернётся подобным подарком судьбы? Вопрос лишь в том, могу ли я ей верить. Эту мысль я и озвучиваю.

– Вы можете сменить кучера, как только покинете черту города, если боитесь, что он доложит мне, – пожимает плечами она, – новых имён я знать не буду, так как Вы придумаете их сами. Чтобы окончательно избавить Вас от сомнений, я дам Вам сто тысяч ливров на начало новой жизни.

– Мне не нужны Ваш деньги.

– Нужны, милая, – мягко перебивает Атенаис, – разумеется, нужны. Не для того, чтобы купить себе новый фамильный особняк, на это их не хватит, но на то, чтобы заткнуть рты и обустроить свою жизнь в какой-нибудь деревне – вполне себе.

Конец ознакомительного фрагмента.