Тучи над Андро
Шрифт:
– Ну хорошо, хорошо, я обещаю тебе поискать еще раз, - устало отмахнулся Хью. Старуха отчаянно боялась умереть, а он всегда считал это одной из удивительнейших форм сумасшествия. Как могут люди, существа смертные, бояться смерти? Это все равно, как если бы ром боялся быть выпитым. Его ведь для того и сделали! Хотя как знать, возможно, и среди кувшинов с ромом бывают ненормальные.
– Прямо из Бахама направлюсь в джунгли, клянусь Матерью-Девой, - легкая клятва, он действительно собирался навестить могилу С'Коллы.
– Переверну там все, найду
– Я рада, что ты хочешь быть хорошим мальчиком, - Дана взяла из рук сидевшей рядом Аклин, одной из младших хозяек, какой-то сверток.
– Только поторопись, потому что я не могу ждать очень долго. Вот твоя кукла...
– она развернула тряпицу и продемонстрировала Хью какую-то уродливую лепнину, похожую на него разве что лысой макушкой.
– Помнишь? Ты дал мне пять жидкостей и волос с лобка. Я освятила ее в Бахамском Соборе и нарекла твоим именем. Ты в моей власти, Хью Грамон.
– Да, я помню, - Грамон не удержал презрительной усмешки. Кровь, пот, сперма, слюна и моча, без этого его не отпустили с крыши в прошлый раз. Оставалось надеяться, что возобновлять запасы не потребуется.
– Зря ты так улыбаешься, зря...
– проворковала старуха, обращаясь скорее к стрелкам, молча стоящим поблизости.
– Вот только вчера я сказала Аклин: звездочка моя, что-то я давно не видела Хью. Надо наказать его за нерадивость, и тогда он придет. Аклин, дурочка, не верила мне... А я взяла мою куколку, моего маленького Хью, да и ковырнула гвоздиком ему голову. Видишь?
Дана гордо продемонстрировала крошечную вмятину на голове куклы.
– И вот он, мой Хью Грамон! Появляется с разбитой головой. Ты не можешь идти против Вуду. Ты мой.
– Я понял тебя, Дана, - коротышка постарался говорить со всей искренностью.
– Прости меня. Пожалуйста, будь осторожна с куклой. Не урони.
– Не знаю, насколько ты умен, не знаю...
– Дана побаюкала куколку, потом передала ее Аклин.
– Все, можешь идти, я устала.
– Я хотел попросить тебя кое о чем, - спохватился Хью.
– Можно мне остаться здесь на ночь? Если все будет в порядке, то утром я просто уйду.
– А если нет?
– Тогда уйду как в прошлый раз, через секретный ход, полный всякой гадости.
– Ладно, - сказала Дана после длинной паузы.
– Скажи спасибо, что я привыкла к твоей куколке. Если тебя убьют, она разобьется. Только никуда не уходи из этой беседки, за тобой будут приглядывать. Идем, Аклин, я устала.
Старшая хозяйка поднялась и гордо пошла по дорожке куда-то в неизведанные еще Грамоном уголки сада. Что ж, он и тому был рад. Трудно долго общаться с сумасшедшей старухой, от которой зависит твоя жизнь. Стрелки тоже ушли, но не по дорожке, а просто нырнули в заросли. Ребята свое дело знали, и коротышка решил не искушать судьбу. Достав из-за пазухи кусок баранины, он принялся сосредоточенно жевать мясо.
Солнце клонилось к западу. Где-то там Большая Земля, страшная, могучая.
2
Они встретились у того самого Бей-Коса, поселка крестьян, формально числящихся свободными, но работающих на полях барона Фасти. Того самого. Лоу только головой помотал, когда услышал ответы хозяина придорожной харчевни на вопросы капитана Триполи. Они сидели там уже битый час. Кусок не лез лойнанту в горло, да и капитан не слишком увлекался смакованием простых, но питательных блюд. Зато матросы, радуясь передышке, наелись и напились до отвала, а теперь норовили устроить драку с местными парнями, да никак не могли вывести их из себя. Триполи гаркнул на своих людей, опять поминая якоря, кили, мачты и прочие предметы морского обихода, и тут вошел король.
Том XXXI внешне совершенно не изменился. Почти совсем седые, но все еще густые и блестящие волосы, гладкая кожа светло-коричневого оттенка, широкий нос с характерной поперечной морщинкой. Вот только глаза - из них веяло таким могильным холодом, что у лойнанта что-то оборвалось в душе. Король по прежнему болен, решил он. Ждет возвращения своего Высокого Друга из джунглей с победой, и ни на что не годен. Следом вошли еще два человека, в которых Лоу узнал кэпа Чвако и господина Шуайа, Адмирала Королевства.
– Слава Матери-Деве, - тихо сказал капитан Триполи, приподнимаясь.
Тут же вскочил лойнант и с секундным опозданием едва не своротили стол матросы. Деревенские парни, совсем было решившиеся на драку, испуганно откатились в дальний угол зала.
– Да что с вами?
– прошипел, подбежав к столу, Чвако.
– Вы что, во Дворце находитесь?..
– Ладно вам, кэп, - положил ему руку на плечо король Том.
– Мы уже достаточно скрывались, смысла в этом больше нет. Я не могу бегать всю жизнь, теряя друзей одного за другим. Прошу садиться.
Подавая пример, король первым сел на лавку и задумчиво кинул в рот немного зелени. Лоу и Триполи медленно опустились на свои места. Неужели король поправился? Лойнант поймал не себе взгляд Адмирала, чуть насмешливый. Впрочем, Шуайа так смотрел всегда.
– Позвольте напомнить вам, король, здесь капитан галеры "Том XIX Благочестивый" господин Триполи и, довольно неожиданно, лойнант королевской стражи господин Лоу.
– Моя семья, Лоу?..
– просто спросил король.
– Все в полном здравии, живут при церкви в Бахаме, Ваше Величество, - горло лойнанта почему-то сжалось.