Тщательно отшлепанная
Шрифт:
Я сдержала смех.
— Мне всегда казалось, что они больше любят веселиться.
Гарри тоже рассмеялся и покачал головой в недоумении.
— Не могу поверить, что ты моя. — Он провел пальцем по моей щеке. — Я не могу поверить, что могу любить тебя, и ты любишь меня в ответ.
Я провела рукой по его груди, с любовью и нежностью, затем обхватила его член.
— А я не могу поверить в то, что он будет обслуживать меня до конца моих дней и ночей, и полудней, конечно… Гарри поджал губы, покачав головой в насмешливом отчаянии. — Забудь
— Фейт, — сказал Гарри своим серьезным, самым британским голосом, — ты уже закончила?
— Даже близко нет. — Я положила руку ему на щеку. — У тебя есть я, и у меня есть ты, ты любишь меня, и я люблю тебя, во веки веков, аминь, умноженное на бесконечность, и ля-ля-ля, мать твою, ля-ля. — Я сцепила руки над головой у изголовья. — А теперь привяжи меня к кровати и отшлепай своим флоггером. У меня назревает еще один оргазм с твоим именем.
— Еще один оргазм, mon petit chaton? — соблазнительно произнес он, заставив мои соски напрячься, так как его безупречный французский задел все мои лучшие места.
Восхитительно обнаженный во всей своей благородной напыщенности и оливковой красоте, Гарри взял со стены мой любимый флоггер и медленно пошел обратно к кровати.
— Это вызов?
— Всегда, — ответила я и почувствовала, как температура в комнате повысилась.
Гарри привязал меня к кровати шелковыми шарфами и поцеловал в губы долгим, любящим поцелуем. Затем он встал рядом со мной, улыбка угасла, доминирование волнами накатывало на него, и мой любимый Maitre перешел к делу.
— Вызов принят.
Эпилог
Поместье Синклеров, Суррей, Англия
Два года спустя…
— Увидимся через две недели! — сказала мама, когда они с папой запрыгнули в лимузин, который должен был отвезти их в аэропорт. Они отправлялись в Италию, в Парму, родной город папы. В этом году они ехали туда уже в третий раз. Доход от аренды здания, которое купил Гарри, позволял им путешествовать так, как они мечтали. Даже если бы они не имели дохода от здания, я знала, что Гарри все равно сделал бы это возможным. Он был самым добрым и отзывчивым человеком на планете.
Я помахала им рукой с дороги и глубоко вздохнула. Когда я повернулась, Гарри приближался ко мне, улыбаясь своей улыбкой с ямочками. Его предплечья были обнажены, рукава закатаны до локтей, а сам он был одет в шорты цвета хаки и мокасины.
Я посмотрела на свое обручальное кольцо, сверкающее в лучах летнего солнца. Мы поженились в прошлом году в этом поместье. Как мы и планировали, наше время делилось между Англией и Нью-Йорком. Гарри справился с управлением HCS Media так хорошо, как и ожидалось, то есть — безупречно. А я по-прежнему писала в «Спросите мисс Блисс». Она была
— Леди Синклер, — поприветствовал Гарри, заключил меня в объятия и поцеловал. Теперь я была «леди». Леди, носящая настоящий титул, что было самым уморительным на свете. Я застонала ему в губы, и у меня закружилась голова, когда он отстранился. — Все в порядке с их отъездом?
— Да, — сказала я и повела его к нашему любимому месту в поместье, к нашему сказочному мосту. — А завтра высадятся войска из Нью-Йорка на целых две недели кровавой бойни.
Приезжали Амелия, Нова, Сейдж и Николас. Николас теперь руководил нью-йоркским офисом и, насколько я знала, отдавал приказы Сейджу и в спальне.
Я положила голову на грудь Гарри и помахала рукой Кингу Синклеру, который сел в свой до смешного дорогой спортивный автомобиль и уехал, отправившись навстречу новым приключениям. Или на день в боулинг-клуб, я так и не определилась.
— Сегодня ты выглядишь особенно великолепно, — сказал Гарри и накрутил прядь моих волос на палец. — На самом деле, ты вся светишься.
— Наверное, это от того, что ты так тщательно трахнул меня прошлой ночью. Сегодня я едва могу пошевелить ногами. Думаю, ты сломал мне таз рядовым Гарри.
— Ради всего святого, пожалуйста, перестань называть мой член рядовым Гарри.
— Ну, я должна сказать, что рядовой Гарри лучше, чем член. Сколько тебе, восемьдесят?
— Я сдержанный, — возразил Гарри.
— Сдержанный! — я фыркнула. — Расскажи это моей постоянно красной заднице, которую ты систематически шлепал в течение двух лет.
Губы Гарри подергивались от удовольствия, а затем он бросил на меня строгий взгляд с назиданием.
— Анонимность — это главное, леди Синклер. Такие вещи нужно держать за закрытыми дверями.
Я недоверчиво посмотрела на него.
— Если «за закрытыми дверями» означает сеть секс-клубов, которая теперь охватывает весь мир, принося ужасные маски и раздражающие плащи богатым и похотливым, если ты имеешь в виду это «за закрытыми дверями», тогда я понимаю.
Гарри зарычал и поцеловал меня в висок, а у меня случился внезапный приступ нервного напряжения из-за того, что я собиралась ему сказать. Когда мы шли по мосту, оглядываясь на дом, я позволила удовлетворению охватить меня и взяла Гарри за руку.
— Фейт? — спросил он, нахмурив брови. — Что случилось?
Сделав глубокий вдох, я ответила.
— Ничего не случилось. То есть, совсем наоборот. Если отбросить мою красную задницу и больные соски, то есть… ох, и тот факт, что от каждого запаха мне хочется оторвать нос…
— Фейт? — Гарри крепче сжал мои руки.
— Я беременна, — пролепетала я. И внимательно следила за реакцией Гарри. Шок быстро сменился чистым, безусловным счастьем, на его лице расплылась лучезарная улыбка, отчего мой муж стал выглядеть просто невероятно красивым.