Трюм
Шрифт:
— Ты хочешь еще?
Разгульные звуки снаружи стихали.
— Похоже, больше еды нет.
— Я могу достать еще.
Было что-то опасное, почти зверское в том, как он сказал эти слова. Рианна сглотнула.
— Все хорошо. Спасибо.
Не желая быть бесполезной, она встала с кровати и пошла мыть миски и ложки.
Каин ничего не сказал. Вместо этого он сделал несколько растяжек, а затем начал подтягиваться на одной из горизонтальных решёток клетки.
Она наблюдала, как он делал продолжительные
Его тело было великолепным. Отточено плотным и мощным, как у скаковой лошади, но все еще изящным, без непривлекательных, чрезмерно развитых мышц, какие она видела у несколько мужчин в тюрьме.
Он был жестким и сильным, и из-за этого казался более опасным.
Девушка натянула рубашку на лифчик и поправила кровать, но потом задумалась, что еще ей сделать.
Каин никак не мог помочь в этом вопросе. Когда он закончил свою тренировку, он открыл дверь и сказал:
— Я вернусь.
Затем он запер ее за собой.
Она увидела, как мужчина побежал, и подумала, что, может быть, он бегает вокруг Трюма каждое утро для кардиотренировки.
Или для чего-то еще.
Это было хорошо для него. Иметь какое-либо занятие.
Она же не знала, чем ей заняться.
Наконец, Рианна переместилась в дальний угол клетки и немного побегала на месте. Затем сделала несколько прыжков и еще немного позанималась йогой.
Когда она наклонилась, потянувшись вниз руками к полу, то услышала голоса позади нее.
Девушка начала привыкать к постоянному шуму Трюма, забывала о смутном бормотании, но эти голоса были рядом.
И она могла четко слышать сказанное.
— Посмотри на эту задницу. Глядя на нее, мне хочется так присунуть ей, пока она не охрипнет.
— Я бы заставил ее кричать всю ночь.
Рианна дернулась, резко встала, повернулась назад и увидела Гадюку, стоящим с другим заключенным. Они стояли прямо за решеткой, наблюдая за ней.
И из-за их оскорбительных, унизительных выражений она вдруг почувствовала себя плохо.
Девушка не собиралась показывать им, что они задели ее. Посмотрев холодным взглядом, она бросила в ответ:
— Отъ*битесь.
Гадюка злобно фыркнул.
— Эта стерва хочет начать драку.
— Можно подумать, что шлюха будет знать свое место.
— Она знает свое место. На спине с раздвинутыми ногами.
Зрение Рианны затуманилось. Она не была избалованной и знала, как вести себя в большинстве ситуаций. Она провела свои подростковые годы, в основном, независимо, так как бабушка не опекала чрезмерно и не давила на нее, поэтому девушка полагала, что была сильнее, чем многие женщины.
Но она никогда не сталкивалась с таким грубым, оскорбительным отношением. Ее щеки горели от гнева и унижения, и из-за этого она повернулась
Это было ошибкой.
Второй человек стал донимать ее с грубым смехом.
— Похоже, она предпочитает сзади. Обожаю эту задницу.
Рианна знала, что не должна была поворачиваться назад, но не могла больше этого выносить. Ее ответ только поощрил бы их к словесному нападению, а она была как в ловушке в этой камере, не имея шанса уйти от них.
Она выдерживала их продолжающиеся гадости так долго, как могла, но все становилось хуже и хуже.
Когда они стали описывать то, что будут делать с ней, когда Каин «устанет от суки» и отдаст ее им, Рианна пошла в ванную комнату.
Эта комната была не особо приятным местом, чтобы торчать тут, но здесь была стена, за которой она могла спрятаться.
Девушка чувствовала себя тряпкой и трусихой, но, по крайней мере, она могла закрыть уши руками и не смотреть на них.
Она стояла так несколько минут, дрожа и изо всех сил стараясь не расстраиваться из-за их слов.
Когда она отняла руки от ушей, то обрадовалась, что их оскорбляющих голосов больше не было слышно.
Она не хотела выходить из камеры одна, хотя и не желала чувствовать себя, как дикий зверь, запертый в клетку из-за таких отвратительных представлений.
Где, черт возьми, был Каин? Эгоистичный ублюдок. Сбежал и оставил ее здесь одну.
— Рианна?
Девушка услышала звук его голоса до того, как дверь открылась и распахнулась.
Она метнулась обратно в камеру, снова вспыхнув от обиды от того, что Каин может поймать ее на трусости.
Он был весь мокрый, его футболка прилипла к груди, и по лицу стекали капли пота.
— Что ты там делала?
— Ничего.
Она знала, не было никаких шансов, чтобы он поверил в то, что она ходила в туалет. Для этого она была на другой стороне комнаты.
Он шагнул в ванную комнату и огляделся, как будто подозревал, что она что-то там скрывает.
— Что происходит? — его мужественное лицо было напряжено, и Рианна поняла, что так обозначились зачатки гнева на его лице.
— Я просто… — воскликнула она, понимая, что лучше сказать правду, или он подумает о чем-то плохом. — Пришли другие, которые были… я просто пряталась.
К ее облегчению лицо Каина прояснилось.
— Я понимаю, — он включил воду и начал брызгать ее на лицо и руки. — Тебе нужно быть пожестче.
— Я знаю.
Девушка сглотнула и отвернулась, пытаясь побороть свой гнев и обиду.
Кем, черт возьми, он был, говоря ей «быть пожестче»?
Она не была преступницей. Она не привыкла к такому звериному поведению.
Рианна была безобидным археологом, который всегда занимался своими делами.
Это была не ее вина, что она сидела в этой дыре с кучкой уродов.