Трусиха
Шрифт:
– Но он сам - Сам!
– согласился. И потом - в чем заключается ужас? Просто я напомнила ему забытое. Вот и все.
– Самое возмутительное, что ты действительно не понимаешь. Удивительно, как мы могли дружить столько лет?
– горько бросила Ленка и сунула несколько купюр под пластмассовую вазочку с сахаром.
– Ты не от мира сего! В худшем смысле слова. Он открыл тебе душу, он влюбился в тебя с первого взгляда! А ты... ты... Порылась в его памяти, как в груде секонд-хэнда, и выбросила! В тебе есть что-то человеческое или нет?
Из-за угла вынырнула белобокая
– - Подожди, Бежецкая!
– закричала Ленка.
– Что ж ты, зараза, делаешь?
Но Фея уже вскочила на подножку. Двери закрылись. Ленка в отчаянии опустилась прямо на бордюр и сняла обувь с окровавленной пятки. От боли и обиды на глаза навернулись слезы. Но даже сквозь них можно было разглядеть в автобусном окне неземную фигурку Феи. Она задумчиво смотрела в окно и даже не обернулась.
Глава 6 НЕЛЛИ
Нелли давно так хорошо не высыпалась. Она сладко потянулась и спустила ноги с кровати. Вместо тапочек нога наткнулась на что-то мохнатое.
– - Ой!
– девочка взвизгнула и открыла глаза. Она по-прежнему находилась в странном доме из дедушкиной книги. Вместо ночной рубашки на ней была старая пижама Леодина в мелкую звездочку, а на полу лежала какая-то толстая шкура. В окошко мансарды уже вовсю ломилось солнце.
– - Пожарный одевает штаны за три секунды. Сколько штанов успеет надеть за две минуты хорошо обученный пожарный?
– продекламировала Нелли, пытаясь выпутаться из просторных драпировок королевского астролога. Наконец она переоделась и спустилась вниз.
"Кажется, туалет у них здесь", - Нелли осторожно заглянула в пристройку. Никаких особых удобств там не было: что-то вроде стула с дыркой посредине, а внизу -- обычная дыра. Фу, кажется надо скорее возвращаться назад, - поморщилась Нелли.
– А где же бумага? Ничего похожего рядом не наблюдалось. Вместо этого в каморке находилась бочка с плавающим в ней ковшиком. Ну, это уж чересчур!
– возмутилась Нелли.
– Во всех приличных сказках герои вообще в туалет не ходят, а тем более не терпят такие издевательства.
Но деваться было некуда и, кое-как управившись с непривычными средствами гигиены, смущенная Нелли вышла в коридор. Там никого не было, только на кухне кто-то гремел посудой, то и дело роняя разные металлические предметы.
– - Явилась!
– Золла с остервенением упихивала грязную посуду в раковину. Посуда явно не хотела туда помещаться и протестовала всеми мыслимыми способами.
– - Нормальные люди уже поели, пока вы изволили почивать, ваше королевское величество, - женщина оставила в покое посуду и шмякнула на стол тарелку кукурузной каши с сыром.
– Ешь, и сходи скажи Леодину, чтобы он, наконец, занялся экипажем.
– - Угу, - Нелли села к столу и поморщилась: кашу она не любила. Но, не решаясь ослушаться грозную хозяйку, девочка взяла плоскую лопаточку, видимо, заменявшую ложку, и осторожно зачерпнула.
– -
– - Я ем.
Каша оказалась неожиданно вкусной и скоро лопаточка оказалась совершенно чистой.
– - Никаких манер, - вздохнула Золла, вытирая рукавом покрасневшее лицо.
– Быдло, оно и есть быдло. Марш к Леодину, вели ему отправляться в конюшню.
Нелли быстро выскользнула из-за стола, неслышно пробормотав что-то вроде "спасибо". В коридоре она поняла, что не знает, куда стучать, но возвращаться к мачехе было еще хуже.
– - Аты-быты, шли солдаты, аты-быты, на базар...
– зашептала считалку девочка, поочередно тыча пальцем в каждую из запертых дверей. Вдруг слева раздался громкий кашель и Нелли, рассудив, что ни Маринетт, ни близнецы просто не способны издавать подобные звуки, свернула налево. Леодин проворно спрятал что-то под стол и только тогда обернулся к вошедшей.
– - А-а, это ты, девица-огневица. Заходи-заходи... Как спалось?
– - Спасибо, замечательно. Э-э, меня просили передать, чтобы Вы занялись экипажем. На конюшне.
– - Да-да, непременно. Хорошо, что напомнила. Сейчас я м-м-м... закончу свои исследования. Да, именно исследования, и сразу отправлюсь.
– - А что вы исследуете?
– - Я... как тебе сказать... измеряю, насколько сильное влияние может оказать хорошо выдерженный свейль на одного невыспавшегося астролога.
– - И как? Сильное?
Леодин смущенно вытащил из-под стола бутылку зеленого напитка, пахнувшего ванилью.
– - М-да. Влияние он, несомненно, оказывает. И весьма, весьма положительное. М-да. Помоги-ка мне, милая девочка.
Нелли взяла бутылку и убрала ее в шкаф, на который показал старик. Леодин тяжело встал, покачнулся, но быстро восстановил равновесие и, приобняв Нелли за плечи, направился во двор.
– - Прошу тебя, девица-огневица, услади мой слух рассказами о своем дедушке и книге, которую ты обнаружила.
Всю дорогу до конюшни Нелли честно пыталась вспомнить все, что только могла. Плечо на которое опирался королевский астролог, ныло, на душе было муторно. "Что я буду тут делать?
– размышляла девочка.
– Полоскать штаны в озере? Чинить эту, как ее, сбрую? Почему все порядочные сказки сразу превращают героинь в королеву или нимфу, а я так и осталась толстой неповоротливой трусихой?"
В сарае они встретили Маринетт, которая весело насыпала овес смирной кареглазой лошадке.
– - Ты что такая веселая?
– трагическим шепотом спросила Нелли.
– - Проснулась -- и почувствовала, что живу, - засмеялась Маринетт.
– Птицы, солнце, небо такое чистое, даже выцвело немного.
– - А-а-а.
– - Улыбнись - и день сложится замечательно, - прощебетала красавица в галошах и направилась к дому, размахивая ведром.
Нелли оскалилась и защелкала зубами, как голодный волк. Кобылка изумленно покосилась на девочку и настроение впрямь немного улучшилось. Леодин возился с дверцей потрепанного экипажа, которая не снисходила к его усилиям и никак не желала открываться. Астролог пыхтел и цветом лица уже почти сравнялся с алой обивкой сидений.