Трущобы Империй
Шрифт:
— … такие как ты, не должны жить, — с невероятным пафосом говорил тем временем на сцене парень-детектив, доставая монструозного вида револьвер.
— Не могу это видеть — фантастическое убожество, — всю дорогу разорялся попаданец. Как сын завуча он вынужденно участвовавал в школьной самодеятельности с первого класса. И пусть особого таланта обнаружено не обнаружилось, но за неимением гербовой пишут на простой. Позже ВУЗ, где как иногородний занимался самодеятельностью ради хорошего отношения с начальством общаги и ректоратом.
— Да ладно тебе, — смеялся О,Нил,
Слово актёры простодушный работяга произнёс с таким восхищением… аж слёзы на глаза показались!
Ах так… нарушив своё правило Не высовываться, попаданец начал многократно отрепетированный Монолог Гамлета. И пусть в своё время этот монолог был частью КВНовской постановки…
— Быть иль не быть, вот в чём вопрос, — Прямо посреди улицы вещал Алекс, не обращая внимания на зевак, быстро столпившихся вокруг, — Достойно ль смиряться под ударами судьбы иль надо оказать сопротивленье и в смертной схватке с целым морем бед покончить с ним? Умереть. Забыться.
Бывший студент декламировал, неосознанно копируя лучшего Гамлета — Высоцкого. Он не обращал внимания ни на что, привычно отдавшись сцене.
— Спасибо, парень, — были первые слова, услышанные им. Их произнёс какой-то приличного вида мужчина, который после этого… кинул к ногам Алекса монетку. Многие последовали его примеру, мелкие монетки сыпались щедро.
Парень стоял растерянный… но Фред не растерялся, начав собирать их.
— Эт мой дружок, — с превеликой гордостью доложил он толпе, перекрикивая шум, — мы из Уэльса.
— Да… кровь Талиесина не разбавить, — зычно сказал бомжеватого вида старик с роскошной окладистой бородой и в сюртуке не по размеру, болтающемся на нём, как на вешалке. В толпе понимающе закивали, начались обсуждения разыгранного отрывка, сравнения со спектаклем.
До дома провожали целой толпой, заставляя Алексея время от времени то декламировать что-то, то разыгрывать короткие сценки. Добирались в итоге почти два часа, а ещё с полчаса стояли у дома. За это время с десяток затесавшихся в поклонники местных авторитетов мелкого пошиба, громогласно взяли Алекса под свою защиту. Благо ещё, пить не потащили… но тут попаданец ухитрился отбрехаться фразами о Тонкой нервной организации актёра. Подобный пафос здесь общепринятый, так что понимающе покивали и разошлись.
К слову, не то чтобы бывший студент принципиальный противник выпивки… где ж таких студентов найти? Но как представил, сколько уважаемых людей там собралось, да ведь с каждым нужно выпить местной сивухи… Нет, с этим как-нибудь в другой раз.
— Пятьдесят долларов, Алекс! Пятьдесят! — Прошипел Фред, выпучив глаза и тряся зажатым в руке тряпичным кошельком. От услышанной суммы и сам попаданец выпучил глаза — в Пяти Точках многие столько и за год не зарабатывали…
— Нас убьют, — простонал он с надрывом, — многие же видели…
— Не сегодня, — отмахнулся Фред с горячностью, — да и пару дней точно не тронут. Тронет кто, так его на клочки… потом да, могут. Это сегодня все под впечатлением, удачно получилось.
Алекс кивнул, это именно удача — ТАК хорошо он
Деньги же… да по большей части бандитские, тут и говорить не о чём. Один только двадцатидолларовая золотая монета чего стоила! А гинея? Явно же один бандит перед другим похвалялся! Остальные по большей части мелочь, вплоть до одноцентовых монет. Даже серебряный доллар всего один.
— Завтра к нам антрепренёры придут, — пророчески изрёк Фред, и Алекс не мог не согласиться. Не использовать такую громкую историю… нереально для местных! Ребята здесь хваткие, так что пригласят — на первых порах дополнительные поступления в кассу прямо-таки гарантированны, просто из интереса к Крови Талиесина.
Другое дело, что потом будет… не в последнюю очередь, на вторых ролях бывший студент подвизался не только и не столько из-за таланта, а из-за неумения… или скорее даже нежелания встревать в свары. Даже школьная и студенческая самодеятельность радовала парнями и девушками с раздутым эго и желанием блистать на сцене любой ценой. И любой ценой здесь не преувеличение — он мог припомнить немало историй как постельного характера, так и попыток довести соперника до нервного срыва, подставить перед полицией. Что же здесь-то будет?
Но… Алексей стиснул зубы, предвкушая крайне нервную и не слишком-то любимую работу… выхода у него нет. Работать как местные, по четырнадцать-шестнадцать часов в день, у него просто не хватит здоровья. Бандитом… нет, если припрёт, он снова кого-нибудь ограбит или убьёт, себе-то чего врать… Но профессиональным грабителем? Не тот склад характера. Вот вором… мог бы пожалуй. Теоретически.
— Будем вдвоём идти, — сообщил он другу своё решение.
— Да ты что?! — Искренне удивился тот, — где я, а где…
— Где и все, — перебил его попаданец, — это просто профессия, ей научиться можно. Вспомни, как ты то пьяного изображал, то дурачка не местного — в Лондоне ещё, когда прохожим по карманам… талант!
— Я? — Фред впал в глубокую задумчивость, Алекс же дожимал:
— Именно! Не буду врать — может, ты дальше эпизодических ролей и не продвинешься, но и это… мало, что ли? Общество другое, возможности повыше.
— Это да, — согласился вконец запутавшийся и ошарашенный друг, садясь наконец на свою койку.
— Да и пропаду я без тебя, там знаешь, какие змеюшники?
Всё… нужные слова найдены, теперь Фред идёт в театр не просто хвостиком, а полноценным партнёром, без которого пропадёт друг.
Попаданец выдохнул потихонечку: не то чтобы без англичанина нельзя обойтись… по-настоящему близким другом он пока не стал, сказывалась разница в менталитете. Но присутствие рядом надёжного человека, с которым можно хотя бы пообщаться без попыток найти второе дно, уже немало.
Отсюда и все его попытки сохранить гордость Фреда — пусть чувствует себя напарником, а не приживалой. Важный момент, между прочим — явное неравенство друзей очень часто становится причиной для зависти, а там… варианты всякие.